Руины
Шрифт:
— Что?
— Ты же…
— Просто ответь на вопрос, Стейси. Если бы тебе нужна была почка, ты бы…
— Ты же понимаешь, что это не одно и то же.
— Почему?
— Потому что почка — это операция. Это было бы… — Стейси запнулась. Она не могла подобрать подходящих слов, их не было. — Это… Это… — Она смотрела на Джефа и не могла выразить то, что чувствует, и поверить, что он мог предложить такое…
Эрик открыл глаза и посмотрел на Стейси:
— Вы о чем?
Стейси показала на Джефа:
— Он хочет… Он… — Она выглядела совсем потерянной.
— Мы говорим о пище, — объяснил Джеф, пытаясь сохранить спокойствие, и показал на тело Эмми. — О том, придется нам голодать или нет.
Эрик задумался над этими словами, но так ничего и не понял:
— А при чем тут почка Эмми?
— Да ни при чем! — закричала Стейси. — В том-то и дело!
— Ты бы взял ее почку? — повторил свой вопрос Джеф. — Если бы от этого зависела твоя жизнь?
— Наверное, — подумав, ответил Эрик. — Почему нет?
— Да он не собирается брать у нее почку! — кричала Стейси. — Он говорит о еде! Понимаешь? Он хочет съесть ее!
Стейси первой произнесла эти страшные слова.
В воздухе повисла тишина… И первой ее решилась нарушить именно Стейси. Она посмотрела в глаза Джефу и тихо сказала, еле справляясь с негодованием, охватившим ее:
— Неужели ты сможешь это сделать?
— Люди делали такое, чтобы выжить…
— Я спрашиваю про тебя. Неужели ты сможешь съесть ее?
Джеф на мгновение задумался.
— Не знаю, — ответил он. И это была правда: он не знал, сможет ли переступить через себя ради спасения.
— Ты не знаешь? — переспросила Стейси.
Джеф кивнул.
— Как же ты тогда можешь предлагать такое?
— Я предлагаю, потому что не могу представить, как можно прожить без пищи. Тот момент, когда у нас не останется ни крошки, неизбежно наступит… И когда я столкнусь с этим лицом к лицу… Я не знаю, что выберу, не знаю, какое приму решение. Единственное, что мне сейчас известно: у нас есть возможность избежать голода… Но воспользуюсь ли я ею — покажет время. Если мы сейчас решим, что не будем отвергать эту возможность, то тогда пора действовать, чтобы не упустить время.
— Действовать?
Джеф кивнул.
— Например?
— Надо придумать, как сохранить это.
— Это?
Джеф снова кивнул и, взглянув на лицо Стейси, добавил:
— А что ты хотела, чтобы я сказал?
— Я спрашиваю про нее, — ответила Стейси.
Джеф почувствовал, что Стейси просто вывела его из себя и он сейчас взорвется. Он попытался взять себя в руки и сказал:
— Ты что, правда, думаешь, что это еще она? Что это еще Эмми? Нет, Стейси. Теперь это больше не Эмми, а оно. Это то, что мы можем либо использовать, чтобы выжить, либо просто отдать растениям, которые быстро оставят от него только кости. Выбирайте. Только нам решать, что делать с телом. Можно, конечно, вообще об этом не думать, — тоже выход, а просто сесть, закрыть глаза и ждать своей смерти. Но посмотрите вы на все реально! Перестаньте вести себя как страусы! Все, что я хочу от вас, чтобы вы сами приняли за себя решение, поняв сложность ситуации. — Джеф замолчал, потом, немного подумав, добавил: — А то, что лежит перед вами… Это просто мясо… И все…
Последних слов Стейси вынести уже не могла.
— Да что с тобой, черт возьми, творится? Ты с ума сошел? Ты не понимаешь, что Эмми, наша Эмми умерла?! Джеф?! Она умерла.
Джеф с трудом сдерживался, чтобы не кричать, а говорить. Вдруг ему почему-то безумно захотелось подойти к Стейси, взять ее за руку, захотелось, чтобы они оба успокоились и мирно все обсудили.
— Неужели ты думаешь, что Эмми не согласилась бы? Ее уже нет, ей все равно, а для нас — это спасение. Представь себя на ее месте. Ты была бы против?
Стейси поправила шляпу, которая совсем сползла на глаза, и тихо сказала:
— Джеф…
— Что?
— Перестань… Перестань воспринимать все происходящее как какую-то игру. Игру на выживание… Перестань… Пойми… Это ее тело. Она умерла… Я не собираюсь…
— Как ты это собираешься сделать? — вдруг перебил ее Эрик.
Джеф обернулся, посмотрел на него и переспросил:
— Что сделать?
Эрик лежал на спине, держа руку на груди и щупая припухлые ребра.
— Ну, как ты сохранишь…
«Мясо» — вот было подходящее слово, но Эрик не решился его произнести.
— Я понял, — кивнул Джеф, — его надо высушить.
Услышав это, Стейси наклонилась вперед и открыла рот, как будто ее сейчас вырвет.
— Не могу больше, — прошептала она.
Джеф сделал вид, что не слышал ее.
— Я думаю, его можно засолить, — снова заговорил он. — С помощью мочи. Нарезать мясо на куски и…
Стейси закрыла уши руками и закричала:
— Нет, нет, нет, нет, нет!
— Стейси…
— Я не позволю, не позволю, не позволю… — повторяла она.
Джеф замолчал. Говорить было совсем невозможно. Стейси кричала и мотала головой, не давая произнести ни слова. Шляпа слетела у нее с головы. Наблюдая за Стейси, он почувствовал, что устал бороться, устал их спасать… «Почему бы не смириться? И тихо умереть здесь, как и сотни наших предшественников?» — подумал он. Джеф поднял руку, вытер пот со лба и сразу же почувствовал запах апельсина от пальцев. Он еле удержался, чтобы не облизать их.
Наконец Стейси замолчала. На некоторое время воцарилась тишина. Эрик все трогал раны. Матиас пил воду. Стейси держала Эмми за руку.
Джеф посмотрел на Пабло. Грек лежал с открытыми глазами и смотрел на ребят, как будто понимал, о чем речь. Бросив взгляд на обездвиженное жалкое тело Пабло, Джеф подумал, что они еще вернутся к этому разговору, потому что смерть Эмми — далеко не последняя.
Джеф попытался отбросить черные мысли и сконцентрироваться на происходящем. Он понимал, что никто не решится начать говорить, поэтому это снова придется делать ему. Джеф облизал губы и тихо сказал: