Шрифт:
Эрл Стенли ГАРДНЕР
РИСКОВАЯ ВДОВА
1
Седовласая женщина сидела в кожаном кресле в кабинете известного адвоката Перри Мейсона. Серые глаза Мейсона смотрели на посетительницу с тем любопытством, которое вызывал у него каждый новый клиент. Она спокойно выдержала его взгляд и ответила на вопрос:
– Я никого до сих пор не убивала, но только не думайте, что я из тех добропорядочных старушек, которые все вечера проводят с вязанием у камина. Это совсем не так – я, как говорится, упрямая старая ведьма.
– Порой, – улыбнулся адвокат, – за внешностью человека, подверженного всем страстям, в действительности скрывается...
– Вдова, – продолжила посетительница, заметив, что он замолчал, подбирая точное слово. – Можно даже добавить – рисковая вдова. Я была в Суде, когда слушалось дело о собаке, вы произвели на меня впечатление тем, как бились за свою подзащитную. В каком-то смысле я тоже боец, только воюю за саму себя.
Перехватив взгляд адвоката, Делла Стрит, доверенная секретарша, спросила у посетительницы:
– Не могли бы вы продиктовать ваше полное имя, возраст и где вы живете.
– Матильда Бейсон, – представилась пожилая дама. – Проживаю на Бэйджвуд Драйв, девятнадцать девяносто. Возраст вас не касается.
Мейсон усмехнулся и спросил:
– Давно вы предпочитаете сигары?
– С того самого времени, – заявила она, сверкнув глазами, – как махнула рукой на весь бред, именуемый добропорядочным образом жизни.
– И давно это произошло? – полюбопытствовал адвокат.
– Когда умер мой муж, я отчетливо увидела, какие трусливые ханжи меня окружают. Собственно, это все не имеет значения.
– Всегда хочется узнать побольше о человеке, чтобы лучше понять его, – пояснил Мейсон. – Пожалуйста, продолжайте. Вы отвергли традиционный образ вдовы?
– Да. И с каждым днем веду себя все рискованнее и раскованнее. Родственники со стороны мужа заверяют, что я – их живой позор, но мне плевать! Сейчас много говорят и пишут о людях, которые боятся смерти. По-моему, они гораздо лучше тех, кто боится жизни. Мои родственники как раз из этой породы – живут лишь по привычке и абсолютно ничего не могут. Они утверждают, что Сильвия сбилась с пути только из-за меня, и...
– Кто такая Сильвия? – перебил Мейсон.
– Моя внучка.
– Она замужем?
– Да. За Фрэнком Оксманом. И у них есть дочурка – Вирджиния, ей шесть лет.
– То есть вы – прабабушка?
– Да, – подтвердила она довольно и выпустила струйку дыма. – Я прабабушка.
– Расскажите поподробнее о родственниках вашего покойного мужа, попросил Мейсон. – Вы с ними, как я понял, не в ладах?
– Да нет, собственно. Я ведь раньше была такой же, как они. Просто в один прекрасный день я взбунтовалась, вот и все.
– Из-за чего же, если не секрет?
– Неужели это так важно? – спросила она, нахмурившись. – Я просто решила возместить себе долгие, пустые, скучные годы. Я воспитана в самых жестких пуританских традициях – с детства вокруг меня никто не хотел, да и не умел, по настоящему насладиться жизнью. В отрочестве они думают лишь о том, как подготовить себя к достойной зрелости, а повзрослев – как бы побольше заработать, чтобы обеспечить старость. А в старости единственной заботой становится примирение с Богом, и они замаливают грехи, которые не совершали. Я была одной из них и даже не помышляла о другой жизни. А потом умер мой муж, и мне достались по страховке кое-какие средства. Я выгодно инвестировала их, стала довольно обеспеченной и независимой и решила попутешествовать, посмотреть на мир. И поняла, как много теряла – я даже не подозревала о прелести жизни. Мне ведь тогда было уже за шестьдесят, но, как оказалось, по-настоящему я никогда и не жила. Так что теперь я безбожно пью виски, курю сигары, ругаюсь площадной бранью, и вообще, делаю все, что захочется. Чтобы удовлетворять мои прихоти денег вполне достаточно.
– И теперь вам потребовались услуги адвоката? – спросил Мейсон.
– Да, – кивнула миссис Бейсон, став внезапно серьезной.
– У вас возникли проблемы?
– Пока нет.
– Но предполагаете, что будут?
Посетительница задумчиво поджала губы, мизинцем ловко стряхнула пепел с сигары и, наконец, произнесла:
– Рассчитываю этого не допустить.
– Хорошо, – сказал адвокат. – Каких именно услуг вы от меня хотите?
– Вам известен господин по имени Сэм Грэйб?
– Нет. И кто он такой?
– Содержатель игорного дома. У него есть партнер – некий Чарли Дункан. Они вместе содержат корабль, бросивший якорь за пределами запретной двенадцатимильной зоны. Судно переоборудовано под казино и носит гордое название «Рог изобилия».
– Чем вас насолил мистер Грэйб?
– Он может сильно навредить Сильвии.
– Как именно?
– Он имеет ее долговые расписки.
– На какую сумму?
– Семь с половиной тысяч долларов.
– Каким образом он их получил?
– Она играла на них в его заведении.
– И вы желаете, чтобы я принес их вам, не заплатив ни цента?
– Нет, конечно, – вспыхнула она. – Я хочу, чтобы вы полностью рассчитались за долги Сильвии. Но ни центом больше. Я готова платить долги, но шантажисту – никогда.
Мейсон удивленно посмотрел на миссис Бейсон.
– Вы хотите сказать, – переспросил адвокат, – что мистер Грэйб может не отдать эти расписки по номинальной стоимости? Но ведь он не имеет права поступить иначе. Ведь это...
– Не торопитесь с выводами, молодой человек, – перебила она. – Вы не знаете этого человека, а рассказать вам я могу очень немного. Грэйбу стало известно, что Фрэнк Оксман, муж Сильвии, вполне вероятно, заплатит за эти расписки больше, чем они стоят на самом деле.
– Почему? – спросил адвокат.
– Это доказательства.
– Доказательства чего?
– Того, что Сильвия одержима страстью к игре, и на этом основании ей нельзя доверять деньги.
– Зачем мистеру Осману такие доказательства?