Рикошет
Шрифт:
— Я не…
Не успел он договорить, Дункан выстрелил в стол. Дерево треснуло, в нескольких дюймах от носа Савича в столешнице образовалась большая дыра.
— Осталась одна.
— Хэтчер, ты мне надоел, — хладнокровно заявил Савич.
— Признавайся или мозги вышибу! — заорал Дункан.
— Дункан, не надо!
— Диди, я тебе объяснил…
— Ты не можешь этого сделать.
— Еще как могу. Пристрелю в два счета. Запросто.
— Нет! — Голос Диди в отчаянии сорвался. Она отпустила Элизу и направила пистолет на Дункана. — Я тебе не позволю.
— Что ты…
— Бросай оружие, Дункан!
— Ты не станешь…
— Еще как стану.
Он потрясенно взглянул на нее.
— Ты выстрелишь в меня?
— Клянусь.
Сирены звучали ближе. Завизжали тормоза. Загрохотали дверцы автомобилей. Но в кабинете время, казалось, остановилось.
— Я не могу его отпустить, — сказал Дункан.
— Бросай оружие, последний раз предупреждаю.
— Сначала тебе придется застрелить меня.
— Не доводи меня до этого! — со слезами в голосе закричала Диди.
— Я не выпущу этого ублюдка.
— Дункан, брось пистолет!
— Черта с два.
— Дункан, не надо!— закричала Диди.
— Встретимся в аду, Савич.
— Не надо, не надо, — завизжал Савич. — Я… я убил Морриса.
В ту же секунду в кабинет ввалились несколько полицейских в форме. Впереди всех бежал детектив Уорли.
— Как не стыдно, Савич. Теперь тебе крышка.
Полицейские ринулись к столу и окружили преступника. Дункан сунул пистолет за пояс.
— Ему нужен врач, — сказал он. И бросился через комнату к Элизе, обнял ее двумя руками. — Ты в порядке?
Она прижалась к нему и слабо кивнула.
— Я не ожидала, что он наставит на меня пистолет.
— Господи, и как только я позволил тебе сюда прийти. Еще пара секунд и…
Она прижала пальцы к его губам, чтобы он замолчал.
— Но ведь ты успел. Я знала, что ты успеешь.
Он крепко прижал ее к себе, отпустил и повернулся к Уорли.
— Какого черта ты так долго ехал! Диди меня чуть не пристрелила. Я почти все патроны истратил, пока тянул время. Думал, она точно выстрелит.
— Пробки на дорогах, сам понимаешь, — заявил Уорли. — Ты мне велел дожидаться ее звонка, вот я и не выезжал.
Диди потрясенно смотрела на них. Особенно на Дункана.
— Ты ему велел дожидаться моего звонка? Когда? О чем вы говорите? Что происходит?
Уорли передвинул зубочистку из правого угла рта в левый и сказал:
— Ух, как она рассердилась. Да, Дунк, придется тебе объясняться. Не завидую. А мне пора за ордером на обыск. Скоро буду. — Он вышел из кабинета, чтобы позвонить по мобильному.
Диди в упор смотрела на Дункана:
— Когда ты ему позвонил?
— Из дома, когда забирал эту пушку.
— Признайся честно, ты ведь все равно бы не выстрелил?
Он покачал головой:
— Нет. Но мне было необходимо, чтобы ты поверила в обратное.
— Зачем?
— Чтобы убедить Савича — я на грани срыва. Для этого ты должна была действовать так же убедительно, как я.
— И ты меня использовал.
— Я полагался на твою профессиональную честность и приверженность правилам.
— Все это вранье.
— Ты права, — признался он. — Все это вранье. Я тебя использовал.
— Как ты мог мне не доверять?
— Я доверял, Диди. Верил, что ты все сделаешь правильно, так оно и вышло. Я знал, что ты вызовешь поддержку. И велел Уорли быть наготове.
Она кивнула на Элизу:
— А с ней что?
Дункан нагнулся и подобрал с пола сумочку Элизы.
— Он обыскал меня, но, к счастью, не догадался заглянуть в сумочку, — сказала она, вынимая маленький магнитофон и передавая его Диди. Та во все глаза уставилась на него.
— Бабушкин. Но работает отлично, мы проверили. — Он повернулся к Элизе. — Я подоспел в тот момент, когда он рассказывал об их с судьей махинациях. А что про Наполи?
— Из-за него он хотел меня убить. Сказал, убить свидетеля всегда удобнее, чем заключать с ним сделку. Как и Наполи, я была тем концом, который нужно спрятать. Весь разговор записан.
— Подождите, — подняла руку Диди. В ее взгляде, обращенном на Элизу, сквозило восхищение. — Ты пришла сюда и рассказала Савичу о том, что видела на мосту?
— Таков план. Дункан был против.
— Против — это мягко сказано.
Она нежно улыбнулась ему, потом сказала Диди:
— Иначе было нельзя. Ты не верила мне с самого начала. И вместо того чтобы разубеждать тебя, я уговорила Дункана тебя разыграть. Мы решили, что ты легко поверишь в мое предательство.
Диди помолчала, раздумывая.
— И этот разговор между вами — кто важнее, Лэрд или Савич, — вы тоже для меня разыграли?
— Да. Так же как и рукоприкладство с судьей, — сказал Дункан. — Хотя я с удовольствием оттаскал его за яйца.
— Откуда ты знал, что я приеду сегодня в дом твоей бабушки?
— Мама оставила мне сообщение на телефоне. Хотела проверить, правильно ли она угадала. Я знал, что ты приедешь. Мы с Элизой заранее обговорили, как себя вести.
Хотя Диди еще была возмущена тем, как ловко ее провели, поступок Элизы по-настоящему восхитил ее.
— Ты рисковала жизнью, когда пришла к Савичу одна.
— И еще раз рискнула бы. У меня в этом деле собственный интерес, не забывай. Мой брат.
— Да, но для этого требуется мужество, — сказал Диди. — Честно говоря, я подумала… ну…