Шрифт:
Пролог
Что будет…
— Ну, привет, невеста! — Новиков в футболке и джинсах стоит, расставив ноги и сложив руки на груди.
М-да, наглый прищур и ухмылка тут как тут.
Хозяин жизни. Ни дать, ни взять.
— Здорово, женишок, — хмыкаю, подпирая косяк попой.
— Ждала? — осматривает яркие спортивные шорты и разноцветную футболку-размахайку, сползающую с одного плеча.
По глазам вижу, что на свой счет списывает мой внешний вид.
Разве ж может быть по-другому?
И ни капли понимания, что причина всему — старый жилфонд: толстые каменные стены, отличные стеклопакеты и котельная под попой, как говорит Клавдия Ивановна.
— А то как же, даже красную дорожку расстелила, — приоткрываю дверь, демонстрируя ковровое полотно советских времен. Красное с зелеными полосами по бокам. Практически не затёртое и всё такое же яркое, как, думаю, тридцать или сорок лет назад было.
— Язва!
— Павлин!
— Хамка!
— Самодур!
— Так и будем соседей по площадке веселить или всё же пригласишь? — засовывает Новиков руки в карманы, раскачиваясь с пятки на носок.
— Хм, — делаю вид, что размышляю.
Что есть…
Привет, Питер! А вот и я!
Пока еще чужая для тебя, но очень желающая стать своей.
Надеюсь, мы с тобой подружимся. И ты подаришь мне будущее, полное счастья, радости и любви. А я приложу для этого все усилия.
Самолет приземляется в Пулково по расписанию. Аэропорт всё также, как и в Братске, напоминает муравейник. Правда, более шумный и масштабный. А вот люди везде одинаковые: носятся с сумками, чемоданами, детьми, переносками для животных, табличками и заботами на лице.
Оглядываюсь и вдыхаю запах новой жизни.
Да! Я это сделала!
Забавно, но мне снова в какой-то момент кажется, что вижу Новикова. И опять толпа закрывает обзор, и я теряю ориентир.
Смеюсь в голос и качаю головой.
Вот же навязчивый человек, даже досюда добрался, пусть и в моих мыслях.
Эх, несмотря ни на что, он меня позабавил и зацепил.
Зарядил эмоциями, взбодрил и раззадорил.
Жаль, что так быстро пришлось расстаться. Было бы интересно посмотреть, на что его выдумки хватило еще.
Хотя, вспоминая последние секунды в ресторане перед моим побегом и его зверское лицо, всё же думаю, что, исчезнув не прощаясь, поступила правильно.
И обезопасила свою шею и нервы.
В порыве вдохновения останавливаюсь прямо посреди зала, не замечая обтекающую меня со всех сторон людскую массу, и достаю сотовый.
Да, я сделала фотографию записки, что оставила у Иришки.
Вот такая зловредно-сентиментальная.
2:1
Удачи в поиске, Мажорчик!
Перечитываю сообщение в сотый раз и снова улыбаюсь.
Эх, хорошее было время, но пора двигаться дальше…
Убираю телефон обратно в рюкзак, подхватываю ручку чемодана и делаю первый шаг…
Глава 1
Сентябрь
— Доброго здравия Вам, Арсения Викторовна! — импозантный старичок в сером клетчатом костюме останавливается рядом со мной и снимает шляпу, немного склоняя голову.
Ух-ты, как в кино!
Мило и… подозрительно. Особенно если взять в расчет, что в город-миллионник я переехала всего два месяца назад и не имею тут ни близких, ни родных. Знакомых-то всего ничего, учитывая, что учебный год только-только начался, и я еще толком даже всех одногруппников в лицо не разглядела.
Вот, как раз минут пять назад с одной приятельницей распрощалась, так как ехать нам в разные концы города. Моя маршрутка где-то задержалась, а Женькина пришла вовремя. Она смоталась, а я осталась в ожидании средства передвижения.
За первый месяц в университете успела сдружиться только с Павловской. Но там сам Бог велел, учитывая, что мы с ней обе по «шишке» заработали, не заметив друг друга и врезавшись лбами у доски с расписанием. Потом долго извинялись и смеялись, а зацепившись языками, выяснили, что не только на одном направлении будем учиться, но и в одной группе.
Так и повелось, что до места обучения добирались по-разному, на лекциях и семинарах обитали вдвоем. И вместе же доходили до автобусной остановки, где расставались, прощаясь до следующего раза.
— Добрый день, — киваю мужчине. — Мы знакомы?
Он немного ниже меня ростом, сухощавый и весь седой, как лунь. На вид можно дать и шестьдесят, и семьдесят, плохо разбираюсь в возрасте. Зато по острому взгляду и уверенным движениям понимаю, что дедок необычный. Как и его трость. Очень красивая, с блестящей ручкой и наконечником, а деревянное основание оформлено резным орнаментом.
— Еще нет, но в скором времени очень рассчитываю это недоразумение исправить, — говорит медленно, немного растягивает слова. Оттого каждое из них кажется весомым и заставляет вслушиваться. — Кстати, домой торопитесь, барышня?
— Тороплюсь, — соглашаюсь, поворачиваясь и снова выглядывая свой транспорт.
— Тогда моя машина, — показывает кончиком трости в сторону белоснежного мерседеса, что припаркован в пяти метрах от остановки, — к Вашим услугам.
М-да, несмешная шутка.
Неужели еще кто-то на такое ведется и садится в подозрительные машины к незнакомым людям?
Бред!
Вот уж не верю, что такие дурочки еще остались.
— Спасибо, не интересует, — отступаю на шаг назад, а потом еще на один.
— Аккуратнее, — указывает старичок взглядом мне за спину, — на мальчиков не наткнитесь.
Резко оборачиваюсь и замечаю двух амбалов метра под два ростом и по метру в ширину.
Вру чуть-чуть, конечно, про размер плеч бугаев, но со страху и не такое привидится.
Оба в строгих черных костюмах и белых рубашках. Ботинки начищены так, что носа горят, отражая яркий солнечный свет. Руки мужчин заложены за спину. Но уверена, кулаки там, что надо.