Регулюм
Шрифт:
Комиссар СТАБСа внимательно посмотрел на Панова, глаза его засветились сильней, он почувствовал внутреннее напряжение, овладевшее человеком.
«Парализаторы!»
Однако марсиане охраны не успели выстрелить в Стаса из электрошокеров, он был уже процессом и через мгновение исчез. Пренебрегая всеми советами, думая только о Дарье, о друзьях и близких, он отправился в свое время, на Землю.
С поверхности Луны Земля казалась каплей нежно-опалового свечения с туманно-акварельным рисунком материков, морей и океанов. Стас долго разглядывал белые полосы облаков, опоясывающих родную планету по экватору, подумал с невольным удивлением и жалостью: какая же она маленькая! И сколько же копий сломано ради установления господства над ней, причем в большинстве случаев – в ущерб самой планете…
Скала под ногами вздрогнула. Стас оглянулся и увидел за гребнем горы дымный фонтан: строители продолжали добывать лунный грунт для сооружения станции и расширяли котлован с помощью взрывов.
«Мы тебя ждем», – прошелестел в ушах голос Дианы.
Стас бросил последний взгляд на Землю, освещенную Солнцем «из-за спины» ее спутницы, и «волхварнул» себя под поверхность Луны, в зал запасного терминала РА, случайно открытого Кешей Садовским. Этот подземный бункер имел хорошую защиту – фазовые экраны и полевые завесы, однако это не помешало команде Панова проникнуть внутрь и заняться своим делом. Более удобное убежище сыскать было трудно.
Сбежав из резиденции СТАБСа в «аварийном» режиме, Панов «струной» пронзил слой времени толщиной в двести миллионов лет и оказался в Солнечной системе начала двадцать первого века. Ему не составило труда найти Диану – посредством ее модема – и вызвать «агента Ди» на Луну, где состоялось их объяснение.
Впрочем, Стас не возмущался и не требовал от девушки оправданий, его больше интересовали ее «советники», особенно Дервиш, назвавшийся путешественником-исследователем вселенных и «заместителем главы администрации Создателя».
– Никакой он мне не советник, – заявила Диана, сначала настроенная агрессивно и смягчившаяся после того, как Стас не предъявил ей никаких претензий в связи с ее ролью тройного агента: она умудрилась работать на «волчиц» РК, на СТАБС и на неведомую разведслужбу «администрации». Стас не удивился бы, узнай он, что она работает еще и на Метакон.
– О советниках я сболтнула, чтобы не понял фундатор, – продолжала Диана, одетая по осенней моде в скромный брючный костюм песочного цвета. – Дервиш более крупная фигура, чем ты думаешь. – Она помолчала. – Крупнее, чем я, во всяком случае. Но то, что он встретился с тобой, меня радует. Значит, ты его заинтересовал. Единственное, чего я не понимаю: зачем он посоветовал тебе изменить милиссы эвменарха и маршалессы? Что от этого изменится?
– Равновесие не разделится на две самостоятельные части…
– Нет, это не уровень Дервиша, он вмешивается лишь в глобальные конфликты и лишь в исключительных случаях, затрагивающих всю Метасистему.
– Галактику?
– Наша Галактика – только одна из Сверхсистем регулюмов, объединяющая всего около трех триллионов звезд. Она сама входит в Интерсистему, то есть в местное скопление галактик, а те, в свою очередь, образуют Метагалактику. Или Метасистему. Не понимаю, что он задумал.
– Ты давно его знаешь?
Диана улыбнулась.
– Всю жизнь. Это мой отец.
Стас недоверчиво посмотрел на собеседницу.
– Шутишь?
– Нисколько. Это действительно мой отец. Если бы его увидел Вадим, он бы подтвердил.
Стас крякнул, потянул себя за нос, покачал головой, с новым интересом разглядывая красивое задумчиво-рассеянное лицо девушки.
– Щоб я вмер! Ты, оказывается, та еще штучка – дочка высокого босса! Какого фига тебе понадобилось лезть в мужские разборки, становиться агентом конкурирующих организаций, рисковать жизнью? Остроты ощущений захотелось?
– Примерно так, – вздохнула Диана, пригорюнившись. – Все мы не свободны… в той или иной мере. Но я не жалею о своем выборе, мне нравится моя работа.
– Отец тебя не отговаривал?
– Нет, он у меня умный. – Диана лукаво улыбнулась. – Строгий, но справедливый. Всегда меня защищал, понимал и понимает.
– Значит, Вадька зря ринулся спасать тебя от «волчиц» в прошлое?
Лицо Дианы изменилось, стало мягким и нежным.
– Капитан – человек боя, решительный и смелый, и всегда готов прийти на помощь. Когда он меня таким образом «спас» – маленькую девчушку Диану, я запомнила его на всю жизнь.
– А потом?
– Потом встретила… и поняла, что не ошиблась. – Диана исподлобья посмотрела в глаза Панова. – Я люблю его уже двадцать лет, хотя он этого не знает. По-твоему, глупо, да?
Стас покачал головой.
– Завидую Вадьке, честное слово! Но ведь ты – абсолютник, человек иных возможностей… а он хоть и сильный, и решительный, но…
– Обыкновенный, – закончила Диана и рассмеялась. – Знаешь, невыключенный, для меня это не главное. У него есть душа, есть сердце… остальное приложится. Ты ведь тоже полюбил обыкновенную девушку Дашу. Не так ли?
Стас вздрогнул. Он все порывался спросить, где Дарья, что с ней, но не решался, Диана заговорила о ней первой.
– Где она? У кого ты ее оставила?
– На попечение одной моей подруги.
– «Волчицы»?!
– Нет, она понятия не имеет о «волчицах». Не волнуйся, с твоей инопланетянкой все будет хорошо. Кстати, она о тебе все время спрашивает, поздравляю.
Стас помолчал.
– Вадим тоже остался на попечении твоей подруги?
– Он у Кеши Садовского.
Брови Стаса прыгнули вверх.
– Да вы что?! Его же «пасут» и «волки» и «волчицы»!
– Уже не «пасут», Кеше еще раз изменили милиссу, он теперь театральный художник и совершенно безопасен для обеих Равновесий.
– Кеша – художник? – пробормотал Стас. – Никогда бы не подумал. В школе он никаких художественных способностей не проявлял.
– Давай о ситуации. Ты хорошо сделал, что не стал светиться на Земле. В Системе сидит ИЗАР и ждет тебя. Меня он трогать не стал, видимо, надеется проследить и выйти через меня на тебя.