Регулюм
Шрифт:
– Поживем – увидим. Где сейчас Диана?
– По ее следам идет охот-группа, скоро она будет найдена и нейтрализована.
– Так вы ее еще не взяли? – с облегчением проговорил Вадим. – Это меняет дело. Действительно, теперь можно побеспокоиться и о себе. А когда вы ее поймаете и допросите, что сделаете?
– Ты не понял, – криво усмехнулась охранница. – Охот-группа уже ушла в прошлое, в девятьсот девяностый год. Зачем тратить силы и средства на поиск опасного секретоносителя в настоящем, если проще найти его в прошлом и…
– Убить в детстве! – глухо закончил Вадим.
– Соображаешь.
От избытка чувств Вадим едва не нажал на курок, но опомнился, оторвал от автомата побелевшие пальцы. Несколько секунд раздумывал, что делать, потом разорвал на полосы накидку с топчана и умело связал обеих «волчиц», чтобы они не смогли освободиться в ближайшее время, затем выскользнул в коридор служебно-хозяйственной зоны базы. Сразу перешел на бег. Коридоры просматривались телекамерами и вот-вот должна была начаться тревога.
Коридор привел его к перекрестку: здесь он поворачивал и пересекался с другим таким же тускло освещенным коридором, один конец которого вел в технозону, а второй – к ангару с техникой. Кроме телекамер, этот коридор охранялся «волчицами», поэтому, увидев двух спецназовок в обычной униформе РК, Вадим тут же повернул в обратную сторону, но его заметили и окликнули:
– Эй, мужчина, вы куда?
Вадим свернул направо, притаился за поворотом, прислушиваясь к долетавшим шумам: девицы заторопились к перекрестку, потом побежали – и в этот момент он возник перед ними как привидение.
Эти «мадам боя» были тренированы не хуже его охранниц, и ему пришлось повозиться, чтобы не дать им открыть стрельбу и превратить его в дуршлаг. Трофейный автомат он пускать в ход не захотел, смерти «волчицы» не заслуживали.
Обезоружив потерявших сознание девушек, он опрометью бросился к лестничной площадке и едва успел свернуть, как за спиной в стену и потолок брызнули струи пуль: охранницам пришла подмога. Его схватку видели дежурные у телемонитора и вызвали смену усиления.
Одно мгновение Вадим колебался, решая, не рвануть ли вверх и попытаться прорваться через транспортный отсек базы, но победила авантюрная составляющая характера: захотелось не только уйти «красиво», но и спасти Диану, – и он заскакал по лестнице вниз, на самое дно подземного сооружения, туда, где располагался хронотранс.
Его встретили еще две «волчицы» – на третьем горизонте, но он отогнал профессионалок спецназа огнем с двух стволов. В два прыжка преодолел последние пролеты лестницы и выскочил в коридор, ведущий к свободе. Оставалось преодолеть последний барьер – пару «волчиц», охраняющих вход в «машину времени», которые были вооружены посерьезней – автоматами и длиннерами.
Ему повезло: девушки еще никогда не попадали в ситуацию с прямым нападением на объект охраны и на несколько мгновений растерялись, промедлили, давая Вадиму возможность рывком преодолеть больший отрезок коридора, а когда они опомнились и открыли огонь, было уже поздно. Он опередил их, начав стрелять чуть раньше, устроив самый настоящий свинцовый ливень.
Коридор заполнился визгом рикошета, шлепками пуль в стены и звонким грохотом попаданий в металлическую дверь бункера с оборудованием хронотранса. Ранив одну девушку в руку, а вторую в ногу, Вадим станцевал грациозный «маятник», достал первую охранницу прикладом автомата, затем вторую – ногой, отбросив ее на несколько метров в глубь коридора, и прорвался. И только потом почувствовал боль и понял, что ранен: пули пробороздили плечо, бок и бедро, но касательно, ни одна из них не повредила кости и ребра.
Везет дуракам и пьяницам, подумал он мимолетно и добавил про себя: и влюбленным.
Подскочил к ворочавшейся на полу девице:
– Код!
– По… шел… ты!.. – прошипела «волчица», силясь поднять оружие.
Вадим дал очередь в глубь коридора, остужая приближавшийся отряд охранниц, потом вторую – над головой девицы (стандартный прием, но действенный, надо признаться), воткнул ствол автомата в верхнюю губу:
– Код открывания! Ну?!
– Джи… шесть – шесть – шесть… ка… один – один…
– Спасибо, фрау. Прошу прощения за грубое обращение.
Вадим метнулся к двери бункера, набрал код на панели электронного замка, но дверь не открылась.
– Ах ты с-с-с!..
Метнулся обратно, в ярости замахнулся на «волчицу».
– Убью!
Охранница вжалась в стену, царапая пальцами костюм на груди, расстегнула кармашек и достала пластиковую карточку с зеленой полосой и выпуклым штрих-кодом.
– Блокировка…
Вадим вставил карточку в щель дверного автомата, толстая металлическая плита с мягким гулом откатилась вбок. Коридор вдруг наполнился криками, грохотом стрельбы, пули с визгом посыпались в стены, одна из них задела голову над ухом, но Вадим уже нырял вперед, в открывшийся проем, оставив огненный смерч позади. Нажал красный квадрат блокировочного устройства слева от двери, дождался, пока дверь станет на место, поднялся и прислонился к решетке стены, чувствуя стекающий на шею горячий ручеек крови. Потрогал царапину над ухом, с недоумением посмотрел на окровавленную ладонь. Сказал глубокомысленно:
– Кажется, они решили выпустить из меня всю кровь…
Раздался гулкий удар в дверь.
Вадим посмотрел на нее, очнулся и торопливо направился к нише с аппаратурой запуска. Хронотранс обычно запускали дистанционно, с главного пульта управления базой, но по рассказам Дианы Вадим знал, что «машину времени» можно запустить и с помощью автономного задатчика программ.
Все оказалось проще, чем он думал.
«Волчицы», уверенные в том, что никто не станет запускать хронотранс без санкции высшего руководства, не предусмотрели кодовой защиты задатчика хроноспуска. Включенный компьютер запуска спросил вполне человеческим голосом:
– Расчетная глубина спуска?
– Тысяча девятьсот девяностый год… то есть двадцать один год.
– Месяц?
Вадим озадаченно потер пальцем переносицу. Выяснить месяц, в каком высадилась охот-группа «волчиц», он не догадался. Единственное, что запомнилось ему из бесед с Дианой, – ее место рождения: Кострома.
– Запусти меня в январь.
– Масса посыла?
– А?.. Я один… восемьдесят пять килограммов.
– Время подготовки?
– Чего?
– Время подготовки к запуску?