Шрифт:
Экспедиция номер три
Жене Тюбикову невероятно повезло. Еще несколько дней назад он просто не знал, куда деть столько свободного времени, и либо играл с ребятами в футбол, либо вообще ничего не делал. Потому что заниматься чем-то обыкновенным, будничным, как, например, сажать на пришкольном участке деревца, Жене не хотелось, а необыкновенных дел в районном городке, где он жил, не случалось. Возможно, так и прошли бы у Жени все летние каникулы, если бы он совсем случайно не узнал об одной удивительной новости.
Дня три назад, когда скучающий Женя, размахивая сумкой, шел в магазин, его окликнул Володя Постников.
— Тюбик, стой! Ты в городском музее был?
— Заходил как-то еще зимою, — ответил Женя. — А что?
— Зимою! — присвистнул Володя. — Значит, ты ничего не видел!
Тут Володя подозрительно оглянулся по сторонам, потом притянул Женю к себе и, точно сообщая великую тайну, прошептал:
— Там появился позвонок ихтиозавра.
— Чей позвонок? — переспросил Женя и почувствовал, как по его спине пробежал колючий холодок.
— Их-ти-о-завра, — раздельно произнес Володя и добавил: — Я видел, как его выгружали. Свежий экспонат. Стотысячелетней давности. Пуда на два позвоночек. Его в Замойском ущелье откопали.
— Не может быть?!
— Что я, врать буду? — обиделся Володя. — Айда в музей!
— Вот убеждайся, — сказал Володя, когда мальчики вошли в одну из комнат музея и остановились перед экспонатом, похожим на огромный кусок мела.
— «Один из позвонков доисторического животного ихтиозавра. Обнаружен профессором Гардиным в нашей области, в Замойском ущелье», — прочитал Женя на дощечке, повешенной рядом с экспонатом.
— Ну, кто прав? — спросил Володя.
— Вот так история, — протянул Женя и схватил Володю за руку. — Бежим! Подберем ребят — и в это ущелье! А еще лучше вдвоем. Мы обязательно тоже что-нибудь откопаем.
— Что ты! Разве после ученых что найдешь? — усомнился Володя.
— Наверняка найдем. Вот увидишь, — решительно заявил Женя. — Профессор этот, наверное, старенький, уже плохо видит. Ну и пропустил что помельче.
— Небось у него ассистенты были, — возразил Володя и предложил: — Давай лучше у нас за огородом землю исследуем. Я прошлой осенью, знаешь, какой камень там обнаружил? Ярко-красный с оранжевым оттенком.
— Кирпич это, — усмехнулся Женя. — Вы же прошлой осенью печку перекладывали.
— А может… боксит?
— Скажешь тоже, — фыркнул Женя. — Ну откуда у нас в городе бокситу взяться? Глину на ремонт школы и ту откуда-то привозили. Нет уж, тут искать — только себя смешить.
— А вот почему у нас за огородом земля пухнет, словно дышать собирается? — не унимался Володя.
— Потому и пухнет, что раньше вокруг нашего города болота были. Знать надо! — Женя повернулся к экспонату и, ткнув в его сторону пальцем, продолжал: — А тут, пожалуйста, факт налицо. Чего тебе еще? Ну, говори, идешь в экспедицию?
— Я уже два раза ходил с тобой, и все без толку.
— Так разве это экспедиции были? Детская забава! В пяти шагах от дома. А что мы искали? Один раз затонувший плот, а в другой раз — бабке Катерине козу. А тут верная слава!
— И чего тебя все время из города тянет? — сокрушенно вздохнул Володя. — Мы еще здесь ничего не исследовали. Вот выясним, что с моим огородом творится, тогда пожалуй…
— И не надейся! Я ждать не буду, — прервал его Женя и, уже выходя из музея, предупредил: — Смотри, не пожалей только.
В тот же день Женя уговорил пойти с ним в ущелье своего одноклассника Андрюшу Осокина.
— Я с удовольствием, — сказал Андрюша. — Вот только что с Вадиком делать? Мне поручили смотреть за ним.
Восьмилетний Вадик был младшим братом Андрюши. Женя подумал и согласился взять его с собой.
— Будет связным. В каждой экспедиции связные есть, — сказал он и, глядя на Вадика, строго добавил: — Только домашним ни слова. А то, чего доброго, еще не отпустят. Лучше пусть все из газет узнают. А пока оставим записку: «Уходим в поход. Не волнуйтесь. Будем писать». Вот и все.
На сборы ушел весь остаток дня. Утром, вооружившись тремя до блеска отточенными лопатами и рюкзаком с провизией, участники экспедиции вышли в путь. До Замойского ущелья было семнадцать километров. Больше половины расстояния, как и наметили накануне, мальчики прошли за первый день. На ночлег остановились в дачном поселке у дальних родственников Андрюши. У них решили устроить и базу экспедиции. Утром поднялись рано. Всем не терпелось: до деревни Васильки, где было ущелье, оставалось всего шесть километров.
— Жаль, что у нас нет рации, — поеживаясь от утренней прохлады, сказал Женя, — тогда мы могли бы передавать сведения о ходе наших работ прямо в редакцию областной газеты.
— Пока что-нибудь не раскопаем, шуметь нечего, — возразил Андрюша.
Мальчики вышли к железнодорожной станции, обогнули большие клумбы с высокими пестрыми цветами и оказались на проселочной дороге. Женя достал из своей полевой сумки вычерченную им накануне карту маршрута и сделал какую-то пометку. Потом пошли дальше. Немного погодя сзади ребят послышался скрип колес. Они обернулись, увидели возницу с телегой.
— Может, попросим подвезти, чего зря силы терять? — спросил Женя.
— Резонно, — заметил Андрюша и остановился.
— А вдруг откажут? — заволновался Вадик.
— Дедушка, вы случайно не в Васильки едете? — спросил Женя.
Дед не расслышал и, натянув вожжи, остановил лошадь. Мальчики подбежали к телеге.
— Может, подвезете до Васильков?
Возчик посмотрел на связанные лопаты, рюкзак и сказал:
— А ну, занимай места!
— Вот за это спасибо! — устраиваясь поудобнее в телеге, заговорил Женя. — А то пришли бы мы усталые, пришлось бы отдыхать, а теперь прямо за работу.