Чтение онлайн

Про заключенных все очень просто, Ходорковский виновен, я в этом абсолютно убежден. Но с моей точки зрения, он уже абсолютно вину искупил, и длительность срока мне кажется чрезмерной.

Ирина Ясина: Не буду спрашивать, почему виновен. По первому делу или по второму?

Сергей Миронов: По первому.

Сергей Удальцов: Наша позиция — во-первых, итоги приватизации неправедные, грабительские, преступные, как угодно называйте. Обязательная ревизия, но ни в каком-то диком формате — все отнять и переделить — надо расследовать, это вполне по силам государству, с подключением общественности, независимых экспертов. Как было приватизировано, по какой цене, законно, незаконно. Если все законно, смотреть — если это стратегическая отрасль, конечно, государство должно входить, брать на себя. Опять же, государство не нынешнее, не надо путать нынешнее государство и как должно быть. Государство под контролем граждан — это совсем другое.

Ирина Ясина: Как же Вы этого добьетесь?

Сергей Удальцов: Секунду, я на первый вопрос отвечаю.

Дальше — если было неправедно, если по заниженным ценам все это приватизировалось, другие нарушения — разные механизмы, можно компенсировать в бюджет, налог компенсационный, это во многих странах применяется. Не можешь компенсировать — отдавай государству, это вполне нормальная ситуация.

То есть никакого насилия, но разумная ревизия нужна. Потому что сегодня это один из залогов нашей социальной разобщенности. Люди не могут простить и понять, как господа, не буду называть фамилий, условно — Абрамович, Березовский и прочие — стали вдруг в одночасье миллиардерами, за счет чего, что они вложили? Они просто украли народную собственность, и теперь за счет этого купаются в шоколаде. Это неправильно, это разобщает страну. Мелкий бизнес, малые предприниматели — надо опять же смотреть, бизнес, направленный на созидание, на производство — поддерживать и освобождать от налогов. Бизнес спекулятивный, финансовые махинации — это вообще надо пресекать и заканчивать с этим, потому что сегодня, видите, весь мир страдает от финансовых спекуляций. Их надо максимально ограничивать всеми способами, в том числе и преследованием по уголовному законодательству.

Мария Макеева: Сергей, Вы биржи закроете или нет? Сергей Удальцов: Биржи — я думаю, постепенно надо от этого уходить.

Мария Макеева: А как же мы с миром будем общаться? Сергей Удальцов: Еще раз говорю, постепенная, разумная изоляция. Сегодня видите, как мир штормит. Надо в первую очередь протекционистские меры, поддерживать своего производителя, свой бизнес. В одночасье ничего не будет делать, но постепенно от этих финансовых спекуляций надо уходить, я в этом глубоко убежден.

По поводу Ходоровского — на данном этапе безусловно понятно, что он политзаключенный. Я не поддерживаю его идеологически, но его дело надо пересматривать, изучать. Если там реальная вина — я думаю, что он уже свое отсидел, безусловно. Если была реальная вина, он ее уже искупил. Но это должно коснуться и остальных. Потому что сегодня просто Ходорковский стал таким козлом отпущения, на котором другим показали — в политику не лезьте, иначе будете сидеть. Вот это абсолютно несправедливо. Но идеологически я не сторонник Ходорковского. Хотя его статьи про левый поворот интересны. Но надо уже смотреть на практике, насколько это будет реализовываться в делах.

Татьяна Лазарева: И здесь, Маша, они практически одного мнения.

Сергей Миронов: Не по вопросу закрытия бирж. Александр: Меня зовут Александр, я предприниматель.

У меня вопрос к Сергею Миронову. Вы выступаете за прогрессивную шкалу налогообложения. Отдаете ли Вы себе отчет, что прогрессивный налог я как предприниматель, как работодатель, буду платить за своих работников? Что они по факту не будут его платить. Вы душите меня. Если вы хотите что-то изменить — пожалуйста, сделайте агентом по этому налогу работников наемных, как во всем мире. Вот тогда что-то переменится, тогда граждане будут платить подоходный налог, и вот тогда они будут ходить на выборы, и будут требовать с политиков, чтобы они что-то выполняли. А сейчас люди ничего не платят, я плачу за них. Вы душите меня, а не их. А им все равно, какой будет подоходный налог, они требуют — дайте им чистую вот такую зарплату, и все.

Сергей Миронов: Александр, а Ваши работники получают более 300 тысяч рублей в месяц?

Александр: Может, не более, но немало получают, я Вам честно скажу.

Сергей Миронов: Тогда можете спать спокойно, по нашей шкале до 300 тысяч рублей —13 %. Месячная зарплата до 300 тысяч рублей — остается 13 %, наш закон предусматривает именно это.

Мария Макеева: Это те пять шагов, о которых Вы говорили?

Сергей Миронов: Да, прогрессивная шкала. Начинается прогрессия после 300 тысяч рублей в месяц.

Мария, «Коммерсант»: Я смотрю на задник, на фоне которого вы стоите, и у меня возникает вопрос, какие же толпы поведете за собой Вы, Сергей, и Вы, Сергей. У каждой партии, насколько я понимаю, должна быть какая-то база, на которую опирается партия. Какое-то ядро, какой-то класс социальный, или что-то такое. И очень интересно, кого именно вы представляете, поскольку я этого не услышала. Спасибо.

Сергей Миронов: В партии СР сегодня более 400 тысяч членов, мы вторая по величине партия в РФ. Наши сторонники, наши избиратели — это бюджетники, это пенсионеры, это рабочий класс, это наша интеллигенция. К сожалению, студенческая молодежь представлена не очень значительно. Потому что молодежь в основном, к сожалению, аполитична.

Мария Макеева: И некоторые союзники Вашего оппонента, Сергея Удальцова. Сергей, действительно — сами не думали переметнуться к Сергею Михайловичу? Он и на улицу тоже не против выходить. Белковский 8 % обещает.

Сергей Удальцов: Вопрос был — социальная база. Партия «Трудовой фронт» — трудящиеся, люди труда, кто производит, то есть пролетарии. Не паразиты, не те, кто эксплуатирует, не те, кто наживается неправедно. Это первое. Второе, по поводу объединений — понимаете, объединения для начала должны происходить в делах. Мы увидим, что будут совместные дела — все возможно в нашей жизни. Но это не какая-то торговля, ты мне, я тебе, там место купил-продал. Меня лично волнует судьба страны, это не пафос. Меня не волнует любой ценой получить место в Думе или еще какие-то привилегии. В делах если будет взаимопонимание — почему бы и нет. Я считаю, левое движение должно консолидироваться, это пойдет на пользу.

Мария: Сергей, я, видимо, человек не трудящийся, по Вашей классификации, я руками ничего не делаю. Я только по клавиатуре печатаю. Это важно. Все-таки пролетариат — это люди, которые с молотком.

Сергей Удальцов: Не надо упрощать, журналистика — это труд почетный и достойный. Вы, извините, не паразитируете, Вы трудитесь.

Мария Макеева: Наверное, Александр паразитирует? Сергей Удальцов: Ну какой он паразит. Чем Вы занимаетесь?