Чтение онлайн

Руки тряслись так, что она сумела вставить ключ только при второй попытке. Наверное, последствия шока. Ее тело, наконец, запоздало среагировало па пережитый ужас.

Тео вошел первым, пытаясь что-то разглядеть в темноте. Потом, по-прежнему загораживая Мишель спиной, шепотом велел запереть дверь и услышал скрежет засова. Загудел холодильник. Тео вспомнил, что телефон находится в большом зале, в конце стойки, как раз рядом с кладовой. И тут ему вдруг показалось, что пол скрипнул.

– Оставайся здесь, – приказал он, выхватил пистолет и осторожно вышел в бар. Свет, падавший со стоянки, бросал серые тени на столы и стулья. Однако в углах было темно. Тео зашел за стойку. Глаза уже привыкли к полумраку, и он не спускал взгляда с полуоткрытой двери в кладовую. Идеальное место для укрытия. Неужели они оставили кого-то сторожить? Нет, вряд ли.

Но все же Тео продолжал наблюдать за дверью. Дойдя до середины стойки, он остановился и сунул руку вниз, нашаривая ружье Джона Поля. С этой штучкой он уже не промахнется.

Пальцы коснулись ложа. Тео подхватил ружье и осторожно вытащил. И уже отвернулся от стойки, когда ощутил шеей легчайшее дуновение. Даже не оглядываясь и ничего не слыша, он понял, что кто-то подкрадывается сзади.

– Мишель, беги! – вскрикнул Тео, роняя ружье на прилавок, и, круто развернувшись, вскинул «глок».

Лица неизвестного он не видел: было слишком темно. Огромная тень рубанула по запястью Тео приемом карате, но он не выпустил оружия. Потом тень схватила руку Тео и закрутила за спину. Он едва успел заметить летевший навстречу кулак.

Тео увернулся, но недостаточно быстро. Костяшки пальцев скользнули по подбородку так резко, что голова откинулась. Огненная боль обожгла челюсть. Тео вложил в свой удар всю оставшуюся силу и саданул нападавшему в живот. И понял, что дела плохи. Его кулак словно столкнулся с цементным блоком. Вполне вероятно, что теперь рука сломана.

Откуда взялся этот сукин сын? Неужели он уже успел что-то сделать с Мишель?

Вне себя от ярости, Тео снова ударил. Мужчина, со скоростью отбойного молота, размахнулся ногой, чтобы пнуть Тео в больное колено. Но тут откуда-то вывернулась мишель и, включив люминесцентные лампы, взвизгнула:

– Джон Поль! Нет! Отпусти его.

Противники сцепились в медвежьих объятиях. Каждый старался сломать спину другого. Но, услышав крики сестры, Джон Поль разжал руки. Тео попытался снова ударить, в надежде раз, мозжить врагу нос. Но Джон Поль легко отбил атаку, приложив ровно столько усилий, сколько потребовалось бы иному, чтобы отогнать назойливого комара. При этом он смахнул бутылку виски, полетевшую прямо в другие бутылки, выстроившиеся на полке у стены за стойкой.

Мужчины одновременно отступили, меряя друг друга взглядами. Мишель втиснулась между ними, испуганно озирая злые лица, и решила, что из них двоих Тео хуже владеет собой. Поэтому она положила руку на его грудь, велела глубоко дышать и держала до тех пор, пока он не овладел собой и не сделал, как она просила.

Тео пристально осмотрел противника. Настоящий дикарь. Одетый в армейские зеленые шорты, ботинки и майку, он выглядел достаточно огромным и мускулистым. Ни дать ни взять великан Джолли <Джолли – веселый (англ.).> Грин из мультика.

Только вот веселого в нем было мало. Вид поистине зловещий. Нож «боуи» с длинным лезвием и защищенной рукояткой, сунутый в высокий ботинок, и стальное, зловещее выражение глаз лучше всяких слов говорили о том, что он по-прежнему намеревается переломать Тео все кости. Нет, это не Джолли Грин. Явно неудачное сравнение, решил Тео, тяжело дыша от усталости и страха за Мишель. Не дай Бог, она себе что-то повредила! Кстати, ее братец мог бы стать звездой любого боевика! Волосы почти достигают плеч, а шрамы на щеке и бедре невольно заставляли думать о том, что он явился из далекого прошлого.

– Тео, познакомься с моим братом Джоном Полем, – объявила она, когда сочла безопасным отпустить его, и обернулась к брату. – Джон Поль, это…

– Я знаю, кто он, – оборвал брат. Тео недоуменно моргнул.

– Знаешь?

– Именно.

Джон Поль еще в жизни не уклонялся от драк и, когда Тео шагнул к нему, в свою очередь, подался вперед. Мишель снова встала между ними.

– Но если ты знал, кто я, зачем набрасываться? – проворчал Тео.

– В самом деле, зачем? – вторила Мишель, стараясь взглянуть брату в глаза. – Это ужасно грубо с твоей стороны.

Сестра всегда умела его рассмешить, и теперь Джон Поль с трудом сохранял мрачное выражение лица. Грубо? Да, пожалуй, это чистая правда.

Он сложил руки на груди.

– Я не мог позволить ему забрать ружье. А вдруг он слетит с катушек и прикончит кого-нибудь, а то и по ошибке прострелит себе ногу.

Но Тео, не удовлетворенный ответом, сделал еще шаг.

– Ты пытался лягнуть меня в больное колено, верно?

– Всегда ищи самые слабые точки, – улыбнулся Джон Поль. – Ты прихрамывал, так что я сообразил…

– Зная, что я друг твоей сестры, ты все же собирался раздробить мне коленную чашечку?

– Вовсе нет, – запротестовал Джон Поль, – просто хотел свалить тебя с ног.

– Но ты мог покалечить его! – вспылила Мишель.

– Мишель, я не нуждаюсь в твоей защите, – пробормотал Тео. Его мужское достоинство безжалостно унижалось, а он был совершенно беспомощен!

– Если бы я хотел покалечить его, он бы уже на полу валялся. Мало того, я мог бы убить его, но пощадил.

– Черта с два! – взорвался Тео, опуская пистолет в кобуру.

– Я мог бы одним ударом сломать тебе шею, но сдержался. Мишель уже хотела было приказать Тео перестать дразнить, но тут увидела засохшую на его предплечье кровь. Включив свет за стойкой, она заметила блеск мелких осколков в глубоком порезе.

– Когда это случилось? Тебе нужно наложить швы.

Она не дала ему времени на объяснения и, ринувшись на брата, принялась колотить его кулачками в грудь.

– Это ты натворил? О чем только думал?

Тео улыбнулся. Он мог бы положить конец этой сцене, пояснив, что Джон Поль тут ни при чем, но он искренне наслаждался, видя, как корчится бедняга, покорно отступая под натиском сестры. Его несчастная физиономия доставила Тео злорадное удовлетворение. Парень явно не знал что делать. Когда Мишель угомонилась и перестала бичевать его словами, у брата был покаянный вид. Не слишком, правда но все же….