Шрифт:
Ветер войны
Это новая межавторская Вселенная.
Уникальное многослойное переплетение всех стилей и направлений в фантастике. На российском книжном рынке такого продукта еще не было.
Нашим авторам удалось создать действительно новую реальность с тщательно проработанными, связанными между собой мирами, с яркими персонажами, с насыщенной событиями историей. Герой одной книги может оказаться злодеем в другой, ведь никто не знает, куда подует ветер войны завтра.
От авторов
Мы попытались смоделировать свою систему развития общества. Со своими особенностями…
Конечно, за основы были взяты исторические народы. Тем не менее никому не известно, как бы развивалось государство в замкнутом мире, без соприкосновения с другими земными народами (или в соприкосновении с неземными расами). Ведь взаимовлияние, взаимопроникновение культур накладывает свой отпечаток.
Некоторые понятия и термины мы постарались оставить, так сказать, в первозданном виде. Однако, дабы не путать читателя и не путаться самим, мы изложили многие вещи в современном понимании.
Авторы выражают благодарность всем участникам и идейным вдохновителям проекта «Ветер Войны»: Маргарите Свидерской, Сергею Хорунжему, Юрию Погуляю, Борису Сапожникову, Ивану Кузмичеву, Олегу «Зеленому» Филимонову, Константину Мзареулову, Асмунду Торму, Александру Владимирову и группе «WAGNER» за заглавную песню проекта и отличную музыку.
Пролог
Мрежевые поленья жарко потрескивали в костре. Большая кованая тренога, раскорячившись над огнем, держала на закопченных цепях вместительный котел. В нем негромко похлюпывала пшенная каша с кусками свежего мяса. Аромат от котла шел такой, что у ребят аж дух захватывало. Они сидели на походных ковриках из только что вошедшего в моду «руна». Подложка с густым и плотным ворсом прекрасно спасала от прохлады остывающей ночью земли.
Им не было холодно. Весна выдалась на удивление теплой, и вот уже первая седмица первого летнего месяца заканчивалась. А пуще костра и даже пуще поспевающей каши грели души отроков рассказы деда Артая. Две дюжины любопытных глаз жадно сверлили старика и одиннадцать чутких ушей внимали его сказкам. Одиннадцать… да, ибо у бедного Хвала не было одного уха — до того на колядах заигрался, что и шапку потерял, и ухо отморозил.
— Так вот… — проворчал Артай, помешивая кашу и щурясь от дыма, — о ту пору всяк из роду нашего мог волком обернуться…
— Когда захочет?
— Цыц тебе, старших перебивать, — дед нахмурил брови. — Все у тебя, Всеволод, слово поперек думки норовит выскочить, аки ляд [1] пред волхвом.
Отроки сдержанно захихикали.
— А чего ты томишь, дед Артай, — парень не растерялся и смело глянул в глаза рассказчику.
— Смел ты больно не по годам. — Старик закончил кашеварить. — Вот дать бы тебе по лбу… — он замахнулся деревянным черпаком, — да у тебя батька на то есть. Вона я ему и обскажу, какой ты плут. Снимайте котел — готово!
1
Ляд — злой дух.
Парни ловко убрали котел с огня, водрузили его на деревянную колоду. Дед Артай первым извлек ложку и зачерпнул каши. Старик торжественно поднес ее ко рту, пофукал и отведал. Отроки, глотая слюну, ждали своей очереди, пожирая глазами Артая.
— Вкусна каша, — крякнул дед, давая отмашку молодежи.
А те и не заставили себя долго ждать. Вмиг шесть рук устремились к еде. Старик степенно черпал кашу да следил, чтоб у кого ложка не мелькала быстрее прочих. Торопливость в еде в роду Волковых приравнивалась к жадности, а за это тут же можно было схлопотать по лбу. Ели молча. Парням не терпелось поскорее покончить с трапезой и вновь услышать сказки деда Артая. А тот лукаво поглядывал на волковскую поросль да ухмылялся в усы — растут, пострелята.
Наконец, ложки, начисто облизанные, были спрятаны, и по кругу пошла большая фляга с травяным духмяным квасом.
— Фу, — старик отер пот со лба, — так на чем это я остановился?
— На оборотнях… — подсказал одноухий Хвал.
— Да… так вот, стало быть. В нашем роде исстари, много-много веков тому…
— Еще до прихода руссов?
— Ну, Всеволод, дождешься ты у меня, — пригрозил старик отроку за его скорый язык, — до руссов еще далече было… У нашего рода — волк священный зверь. Бережет он наш род и силу дает. Потому как бог наш, Роднават, и есть волк!
— Деда Артай, а Перун, Велес? — осмелился спросить Остей, самый младший из всех.
— То тоже верные боги, — ответил старик, — только после они были. Когда роды наши с руссами накрепко породнились…
Парни понимающе закачали головами. Оно как иначе. Перун седоусый — великий воин. А еще Сварог…
— У рода медведя лесного воины оборачивались в медведя, и так каждый род у своего хозяина-покровителя силу брал. Но давно это было. Ноне не всякий воин силу свою разумеет, а которому и дадена богами та сила, то управиться с ней не может. Еще мой дед говорил, что он сам мог волком обернуться, когда пожелает. А ноне… — Артай махнул рукой.
— И ты не можешь? — вопросил Всеволод.
— Не могу, — пожал плечами старик. — Не каждому дана сила зверя. Потому быть берсеркером — почетно.
Парни, услыхав новое словечко, вытянули шеи вперед.
— Так руссы прозвали наших лесных воинов. Как обернутся они волком, медведем или туром, так нет с ними сладу. Огонь их не жжет, железо не рубит — вот как!
— И что, убить его не можно?
— Отчего… — Дед отпил квасу. — Всякое живое существо жизни лишить возможно. На то способов и уловок разных не счесть. Только воина-оборотня… берсеркера стало быть, убить непросто.
— Хочу быть берсеркером! — вскочил Остей и принялся скакать возле костра. — Вот я вам, вороги!
Парни дружно хохотнули и тут же поддержали забаву.
— Я вот тебе сейчас задам… Берсеркер сопливый!
— Я тоже буду воином волков! Ау-ууу.
— Ату их!
— Воины вперед! Волки!
— Перун с нами!
Моментально были расхватаны все мало-мальски пригодные сучки и палки, и вокруг стоянки пошла потеха.
— Руби его!
— Слева заходи! Ай…
— Не уйдешь…