Чтение онлайн

Оловянноокий дядя не похож на дурака. Он понимает, что отказ в авансе не может меня не насторожить. На что же он надеется? На мою жадность? Правильно надеется, но и не только на это. Я ведь и в самом деле повязан, так как осведомлен. Теперь в любом случае обратного хода нет… Исходя из всего этого – заказ я принимаю. Но… Это самое НО мне предстоит продумать досконально…

– Как оцениваешь наши шансы? – немного помолчав, поинтересовался Иван, внимательно выслушав меня.

– Шансы? – переспросил я. – Если уцелеем – станем состоятельными людьми. По-настоящему.

– Вот именно – если уцелеем.

– Мы работаем не первую экспедицию, Иван… Разве я когда-нибудь подставлялся? – резонно возразил я.

– Но мы еще ни разу не работали с таким «объектом»… И за такие деньги. – Иван был неглупым парнем.

– Хочешь выйти из дела? – открыто спросил я. – Валяй, справлюсь один.

– Ты так просто об этом говоришь? – Мой ассистент был удивлен.

– Я говорю об этом так просто, потому что знаю – никуда ты теперь от меня не денешься… Потому что вряд ли доберешься до аэропорта.

– Ты прав… – Иван говорил спокойно, но внутренне был натянут, как пружина, и я это чувствовал. – Мы много знаем… Теперь.

– Вот именно. Поэтому если мы откажемся – церемониться с нами не будут. Но прощаться будут вежливо.

– А если… Если работа будет завершена успешно… Уже после… Ты думаешь – нас действительно отпустят?

– Риск есть, – резюмировал я как можно более равнодушным голосом. – И немалый… Но я все же думаю, что убирать нас после «успешного окончания» не имеет смысла. А наши работодатели – ребята рациональные, и лишние трупы им не нужны.

– Что-то я не понял. – Кажется, Ваня немного успокоился. Мое спокойствие передавалось и ему.

– Очень просто – завалив этого… хряка с кошельком и получив оплату, ты, разумеется, будешь орать об этом во все горло на каждом перекрестке, раздавать интервью газетчикам и телевиденью? Тебе нужна слава Александра Солоника?

– Скажешь тоже… – Иван повеселел, кажется, он начал просекать мою мысль.

– Ну так вот… Нас обязательно ликвидируют только в одном случае – если мы где-то дадим осечку и нас повяжут… Здесь мы покойники на все сто, ну, может, лишь пару дней покукуем в Бутырке… Или если мы попытаемся сразу же слинять за бугор. Земля, она ведь слухом полнится. Столь заметные в этом «бизнесе» фигуры, как мы с тобой, не могут просто исчезнуть – мы просто укажем на себя пальцами. И опять – нас выловят, как мух из борща, либо менты, либо представители заказчика, чтобы ментов опередить. Поэтому, если все пройдет успешно и мы будем сидеть тихо, – нас не тронут. Мы много знаем, но развязывать свои языки нам так же невыгодно, как и им, – я ткнул указательным пальцем в потолок. – Как у тебя с памятью, Ваня? Ведь на нас столько уже висит, что пожизненное нам обеспечено. Да и «вышак» в любой момент могут обратно вернуть. Пройдет мода на этот сраный гуманизм (а она пройдет!) – и все…

– Ты же сам говоришь, что в тюряге мы от силы дня два…

– Ну разумеется! – Я весело усмехнулся. – Пожизненное заключение – это я в смысле самого лучшего варианта… Но это только если нас поймают.

– Не дурак, соображаю… Мы у них… – Ваня задумался, подыскивая нужное слово.

– Мы в мышеловке, Иван, – помог я. – Но выход из нее имеется. И фокус в том, чтобы этот выход использовать, прихватив с собой сыр, которого на этот раз немало… Так что – сомненья прочь, давай о деле.

Я – ведущий, Иван – ведомый. Таков закон наших урбанистических джунглей. Значит, мне и думать. И не о деньгах, деньги, конечно, немалые, очень хороший капиталец! Но думать сейчас надо о главном, о том, как уцелеть в этом деле. Деньги в данном случае… как это… «мелочь, а приятно». Вот пусть и будут приятной мелочью. А простреленное тело господина олигарха – билетом на выход… На выход в ЖИЗНЬ из того положения, в котором мы сейчас оказались. Все просто, если есть мастерство – и если повезет…

– Инструмент? – тут же перешел к делу Ваня. Он все-таки был понятливым юношей. Сейчас таких не так уж много.

– Пока не знаю. Мы ведь еще не выезжали на местность. Но предполагаю, что это будет нечто компактное и приспособленное к работе в бесшумном режиме – «Бизон», например. Впрочем, работодатель сказал, что с этим проблем не возникнет. Подбор инструмента они берут на себя. По нашему заказу, разумеется…

– Здравствуйте, это Чехов. Ваше предложение принято. Приступаем к работе с завтрашнего утра.

– Я не сомневался, господин Чехов, – откликнулся после небольшой, но выразительной паузы мой оловянноокий работодатель на другом конце провода. – Вы мне нравитесь. Решение нужно принимать быстро, но обдуманно. Если у вас появятся какие-то проблемы, надобность в информационном обеспечении – немедленно обращайтесь ко мне. Кстати, транспорт мы вам предоставим. «Жигули» девятой модели вас устроят?

– Вполне, – согласился я. «Девятка» – тачка самая заурядная, лишнего внимания привлекать не будет, как раз то, что нужно в нашем деле.

– Тогда, если у вас больше нет пожеланий на сегодня, желаю здравствовать!

– И вам того же, – столь же вежливо попрощался я.

А ведь он наверняка как минимум полковник, этот вежливый оловянноокий дяденька. С Житной или с Лубянки… Чувствуется в нем эта закваска дзержинско-бериевского замеса. В отставке, разумеется. Хотя, возможно, по-прежнему в рядах… Мне-то какое дело! Будь он хоть преподаватель ботаники, хоть акушер-гинеколог. Он – работодатель. Заказчик. Он платит и заказывает музыку. А мы с Ваней – только исполняем… Но исполняем виртуозно. А бывают виртуозы-работодатели? Может быть. Я не слыхал. Для меня он остался просто работодателем, даже без имени и должности – для людей моей профессии считается некорректным знать о заказчике вообще что бы то ни было, кроме того, что он платежеспособен.

Мы привыкли просыпаться рано. Как жаворонки. Легко перекусив, мы выходим на улицу, где нас уже встречает приветливый юноша, покручивающий на пальце ключи от «девятки», припаркованной рядышком…

Наш путь лежал к офису СПЦОАГШ ВТОО «Нептун». Да, да – язык можно сломать – СПЦОАГШ ВТОО. Моей эрудиции и незаконченного высшего образования не хватает для расшифровки этой аббревиатуры-абракадабры. Впрочем, мне это и ни к чему. Обычная жульническая контора по выуживанию деньжат из ваших, дорогой читатель, карманов… Вкратце мне изложили направление деятельности этого «Нептуна» – так, для кругозора, но я не проникся. Название вроде как морское, но сидят они в Москве, где морем не пахнет, – а лучше сказать, пахнет, но совсем не морем. Торгуют нефтью и нефтепродуктами, стройматериалами, лекарствами, занимаются рекламой и шоу-бизнесом. Да хрен с ними – пусть налоговая полиция с ними разбирается. И с аббревиатурами их мудреными. Меня же интересует только хозяин этой конторы – этой и многих других, ей подобных. Господин Олигарх.

Офис располагался почти в самом центре города, по соседству с комплексом зданий детской больницы. Точнее – прямо на территории господин Олигарх оттяпал у медицины небольшой четырехэтажный особнячок и уютно в нем расположился. Детей, правда, не обижает. Напротив – иногда спонсирует. Ну и за аренду, само собой, щедро платит. Благодетель ты наш… Умелая благотворительность, как известно, окупается многократно – нет лучше рекламы.

Мы остановились за два квартала от больницы и далее двигались пешком. Просто так, на всякий случай.