Чтение онлайн

– Петрович, - сказала Дара, - Алохэ спрашивает, ты их убить или не убить?

– Значит так, Дара, - ответил Сергей Петрович, - скажи Алохэ, пусть она сообщит всем, что мы будем убивать то зло, которое поселил в них Шамэл, а не их самих. Для этого они должны отказаться от всего, что было у них в прошлом, от своих имен, обычаев, одежды, языка. Будет тяжело, больно и страшно, поэтому это дело добровольное. Сейчас мои помощники будут ставить их на ноги, и подводить сюда. Те, кто хочет, чтобы их зло умерло, а они родились заново, должны как ты встать на колени. Те, кому их зло дороже жизни, пусть остаются стоять. Мы оставим их здесь, связанными по рукам и ногам, на съедение диким зверям, и они умрут от их клыков, как жертвы вашего племени умирали от рук ваших мужчин.

Алохэ заговорила высоким мелодичным языком и лежащие ниц на земле полуафриканки начали ворочаться и перешептываться. Сергей-младший и Гуг начали поднимать их на ноги и выстраивать в одну линию перед Сергеем Петровичем. Некоторые опускались на колени сразу, некоторые какое-то время раздумывали. Вот остались стоять только двое, но одна, когда к ней уже направились Сергей с Гугом, вдруг в последний момент буквально упала, ударившись коленями об землю.

Последнюю упрямицу, оставшуюся стоять на ногах, и зло смотревшую на своих пленителей, отвели в сторону, и, в дополнение к рукам связали ей ноги, и заклеили скотчем глаза и рот. Сергей Петрович отчего-то подумал, что это была как раз та девка, что пыталась удрать от них в самом начале, и которую скрутили свои же товарки.

Тем временем Катя и Лиза закончили с увязкой багажа на УАЗ, и подошли к вождям.

– Лани уже отплывают, - сказала Катя, - Что нам делать?

– Весте с Гугом сходите к месту засады, - ответил ей Сергей Петрович, - и принесите сюда буксировочный трос. Он нам скоро понадобится. Будьте осторожны, там уже могут быть падальщики.

Когда Гуг, Катя и Лиза ушли, Сергей Петрович, посмотрел на Сергея-младшего.

– По моей команде, - сказал он, - будешь заклеивать им скотчем глаза, потом разрезать ремешки на их одежде. Все делать медленно и печально без всякой суеты. Понятно?

Сергей-младший судорожно кивнул, а вот Андрей Викторович скептически хмыкнул.

– Петрович, - с сомнением произнес он, - а может не надо всей этой африканской эротики? Ну ее...

– Надо, Андрей, надо, - ответил Сергей Петрович, - Мы все тут, кроме Гуга, мужики женатые и африканской эротикой нас не проймешь. Эти женщины должны быть уверены, что оставили позади свое прошлое. Как говорила одна моя знакомая экстрассенша - не стоит тащить к нам в дом вещи с такой мерзкой эманацией. Понятно?

– Понятно, - кивнул Андрей Викторович, - в смысле, понятно, у кого ты нахватался таких словечек.

– Шаман я, или нет?!
– сказал Сергей Петрович, жестом подзывая к себе Дару и Сергея-младшего, - Приступим, товарищи. Дара скажи ей, что сейчас им всем будут заклеивать глаза и разрезать их одежду, чтобы они стали такими, какими были в тот день, когда вышли из чрева матери. Потом они почувствуют холод смерти, сначала на своей шее, потом на губах, но на этом их мучения только еще начинаются. Я поведу их в далекий путь в иной мир, на котором они даже не будут видеть - куда ступают. Там их ждут новые испытания смены имени и очищения духами огня и воды.

Сергей младший заклеил Алохэ глаза, поднял ее на ноги, потом сноровисто начал разрезать ремешки на ее одежде, уронив на землю сперва распашную куртку без рукавов, потом тяжелую, ниже колен, запашную юбку. После этого Сергей Петрович, провел плоской стороной ножа, стараясь не поранить кожу, сперва по шее, там, где бьется жилка сонной артерии, а потом и по губам.

– Да, - перевела Дара слова Алохэ, - я чувствовать холод смерти и ее вкус. Ты будешь брать нас всех, как мужчина берет женщина?

– Хороший вопрос, - сказал Сергей Петрович, - Слушайте все и ты Дара, переводи. Я накладываю табу на этих женщин до полного завершения процесса очищения.

Гуг, Катя и Лиза вернулись с тросом тогда, когда Сергей Петрович заканчивал 'причащать' последних полуафриканок холодной сталью. Женщины бывшего клана Лани к тому времени уже отплыли, и делать на разоренной стоянке было больше нечего. Пора уже собираться в обратный путь.

Закончив с 'обрядом', Сергей Петрович распорядился выстроить полуафриканок в колонну, и начать пропускать трос под их левым локтем, закрепляя его на боку еще одним куском скотча. После чего он уже было собирался отозвать Андрея Викторовича в сторону, для того чтобы обсудить с ним дальнейшие планы, как вдруг та упрямица, что решила остаться, начала брыкаться, кататься по земле и мычать.

– Серега, - сказал Сергей Петрович, - сходи, отклей ей рот, может она хочет чего сказать?

Она хотела. Едва только Сергей-младший сдернул скотчевую заклейку, как полуафриканка быстро заговорила, захлебываясь словами.

– Она теперь не хотеть остаться, - перевела Дара слова Алохэ, - она хотеть, как все, убрать свой зло. Шаман, пожалеть глупый женщина, не оставить ее есть дикий зверь.

Сергей Петрович обрадовался и еще как. Именно на такой исход он, в конце концов, и надеялся ибо нельзя было силком тащить с собой упрямую козу. Надо было сделать так, чтобы она захотела идти с ними добровольно. Конечно же он приказал Сергею-младшему освободить 'упрямой козе' ноги, и поскорее подтащить ее к остальным, чтобы закончить обряд.

И вот, все было готово к отправлению в путь. Сергей Петрович подошел к Андрею Викторовичу. На часах было десять минут пятого.

– Возьми Себу и езжай вперед, - сказал он, - Там ее, наверное, заждались.

– Себа не ехать, - неожиданно сказала Дара, - Себа говорить, что одна рука ребенок и два большой девочка потеряться. Нет здесь, нет там, нет мертвый. Они спрятаться. Себа кричать, они выходить.

– Себа умница, - сказал Сергей Петрович, и, подозвав к себе девочку, погладил ее по голове, - А я и не догадался у нее спросить все ли на месте.

– У тебя быть трудный день, - перевела Дара ответ Себы, - Наш вождь часто так говорить.

Сергей Петрович тяжело вздохнул.

– Тогда возьми Лизу, - сказал он Андрею Викторовичу.

– Я-то ее возьму, а вы как?
– вопросом на вопрос ответил Андрей Викторович.

– У нас тут, - сказал Сергей Петрович, - я сам, Серега, Катя и Гуг. Вряд ли нам встретится такая опасность, с которой не смогли бы справиться три молодых охотника и взрослый мужчина, вооруженные к тому же двумя огнестрельными стволами.