Пробка
Шрифт:
— Неужели украли? — всплеснула руками Татьяна. — Так надо было в суд!
— В суд! — хмыкнула Антонина Дмитриевна. — Пойди судись с ними. У них деньги, адвокаты.
— Нет, судиться Нина не стала, — сказала Таисия Максимовна. — В издательстве с ней вежливо поговорили, объяснили, что доказать авторство будет очень сложно. Гораздо разумнее прийти к соглашению и сотрудничать. Мол, большое количество начинающих авторов печатаются под известными брендами. А раскручивать издательство собирается Доктора К°, потому что его авторство уже заявлено и биография подходящая. Из бомжей — да в писатели! Нина не стала спорить. Толку-то? Сначала книга не очень шла, но Нину убедили сесть за продолжение. И вдруг…
— Опять это «вдруг»! — резко сказала Татьяна.
— А ты как хотела? — усмехнулась Галя. — Нетерпеливая! Подавай тебе все и сразу! Успех — вещь непредсказуемая.
— Совершенно верно, — кивнула Таисия Максимовна. — Наша Галечка, как всегда, права. Сюжетом заинтересовались продюсеры, и был снят роскошный фильм, со спецэффектами.
— Так у Нины что, были связи в кино? — охнула Милочка.
— У нее много чего было, — вздохнула Таисия Максимовна. — А главное — талант.
— А Греков ее — Пробка! — осуждающе сказала Галя.
— Кстати, а почему она ничего ему не сказала? — тихо спросила Инна. — Все-таки муж!
— Нина знала, что он до денег жадный, — вздохнула Таисия Максимовна. — Хотя последние полгода подумывала все ему рассказать. Юра собрался покупать новую машину. Вот Ниночка и гадала: как подсунуть ему деньги? Даже хотела сказать, что в лотерею выиграла. А я ей советовала: скажи правду.
— Я бы не подумала, что вы, Таисия Максимовна, — такой скрытный человек, — осуждающе сказала заведующая. До сих пор она внимательно прислушивалась к рассказу, но от комментариев воздерживалась.
— А вы почему не спросили: откуда деньги, когда брали в долг?
— Я думала, она наследство получила, — сказала Антонина Дмитриевна.
— От кого, же?
— Да мало ли?
— Нина нарочно скрывала от нас, что у нее много денег, — высказалась и Татьяна. — Быть может, у нее и машина была?
— Машину Нина не водила, — отрицательно покачала головой Таисия Максимовна. — Но насчет ее знакомых…
— Так значит это ее я видела однажды в ночном клубе, — мяукнула Киска. — Я думала, что ошиблась, просто та женщина похожа на Нину Грекову. А теперь до меня вдруг дошло! Это ж Нинка и была! Но в та-аком виде!
— Неужто Греков ничего не знал? — тихо спросила Инна. — Где проводит время его жена? И с кем? Ведь не одна же она там была! Может, даже с мужчиной?
— А ему до Нинки было дело? — резко сказала Татьяна. — Много они времени проводили вместе? Он на дачу — она домой. Он домой — она на дачу. Она к нему на дачу — он на рыбалку. Между прочим, с ночевкой уезжал. Я не удивлюсь, если у Юрки была любовница.
— Слушайте, если б он видел свою жену та-акой! — рассмеялась вдруг Киска.
— Даже странно, — покачала головой Инна. — Странно, как она себя вела. Другие бы на ее месте давно раззвонили, не преминули бы похвастаться. Вот, мол, я какая! А Нина молчала.
— Такая уж она была, наша Ниночка, — вздохнула Таисия Максимовна.
— Давайте за это и выпьем, — подсказала заведующая и потянулась к бутылке, в которой коньяка осталось уже меньше половины.
— Эх, узнает Греков, что мы прикончили его коньячок, шума будет! — рассмеялась вдруг Татьяна.
— Ничего. Новую бутылку купить. Десять! Он ведь теперь клад нашел, — усмехнулась Галя. — Ведь где-то эти деньги лежат?
При этих словах Антонина Дмитриевна отчего-то побагровела и, чтобы скрыть смущение, заговорила, всплеснув руками:
— Девочки-и-и… А мы, похоже, попали в пробку!
— Как — в пробку? Меня ж вечером ждут! — Киска вскочила и кинулась к лобовому стеклу, а потом заверещала на весь автобус: — Что делается?! Это когда же мы теперь приедем! Нет, я на поминки не поеду! Выскочу у ближайшего метро!
— Ты сначала до него доберись! — усмехнулась Татьяна.
— Что ж там такое могло случиться? — спросила Галя. — У меня ребенок маленький. Со свекровью остался, а она ворчит. Надеюсь, Нина меня простит, если я тоже не поеду.
— Ну тогда давайте помянем здесь. — И Антонина Дмитриевна принялась разливать остатки коньяка.
— Нам не надо! — затрясли головами Инна и Таисия Максимовна. Последняя пожаловалась: — У меня давление.
— По капле, — сказала заведующая и плеснула и им. Потом подняла свой стаканчик: — Ну, девочки, выпьем! За Нину! Пусть земля ей будет пухом!
Помянув, сидели молча — каждая думала о своем. Потом Татьяна покосилась в окно, направо, и сказала:
— А эта все еще тут! Мадам в шляпе! Гляньте, через ряд!
— Куда ж ей деваться? — удивилась Галя. — Пробка же! Все стоят, и она стоит.
— Как вы думаете, девочки, это любовница Грекова? — спросила вдруг Милочка.
— А что? — ехидно сказала Татьяна. — Не Нинкина же! Хотя, после всего услышанного я и этому не удивлюсь. Ну и денек сегодня! Одно открытие за другим! Подружка вдруг оказалась писательницей, богачкой, ходила по крутым кабакам. Может, она еще и того? Нетрадиционной ориентации? А?
— Не говори ерунды, — одернула ее Галя. — Я не знаю, кто эта женщина, но на кладбище она приехала неспроста. Что-то Нину и ее мужа с ней связывало.
И Галя задумчиво посмотрела в окно, на красный «ягуар»…
Когда машина встала окончательно, Алина Одинцова вдруг почувствовала отчаяние. Как и все, она ненавидела пробки. А Москва стояла все чаще и чаще, потому что машин на дорогах столицы появлялось все больше и больше. И с этим ничего нельзя было поделать. Алина Одинцова закусила губу. Как это некстати! А сегодня особенно! События развиваются совсем не так, как планировалось. Огромная пробка спутала все карты.