Чтение онлайн

— А ты? — спросил сержант.

— Одеяла кончились, — ответил Офер.

Тарин больше не мог терпеть такое отношение Офера к самому себе.

— Будь с Эдоном, — без задней мысли выпалил он. — Я знаю. И клювонос тоже.

Эдон нахмурился.

— Вы нас обсуждали?

Тарин покачал головой.

— Я смотрел на вас. И видел, что Гаррик тоже смотрит на вас. Сюда никто не придёт. Укройтесь одеялом оба.

— Тарин, ты мальчик. Не указывай мне, что делать, — сказал Эдон и приподнял руку, под которую тут же поднырнул Офер. — Сегодняшний вечер будет нашей тайной, мальчики.

Тарин допил бульон, замотался в одеяло и сел рядом с Гарриком.

— Спой песенку Фу-Фу, — предложил сержант. — Тарину она понравится.

— Но она глупая, — сказал Офер. — Нам надо что-то весёлое, но спокойное. Лучше спою одну из тех песен, что я напевал, когда был садовником.

Эдон угостил ребят леденцами и улыбнулся.

— Ладно, но я только что представил, как Тарин стал Фу-Фу.

— Дурацкая песня, — повторил Офер. — Сегодня вечером мы мечтаем о длинных теплых днях и пробуждении природы.

— Темно, — заметил Тарин, укутываясь в одеяло. До знакомства с мужчинами и их «цивилизацией» Тарин никогда не задумывался, как темно может быть зимними вечерами. Раньше он просто любовался звёздами и луной из своего тёплого гнёздышка, которое устраивал себе для ночлега. А мужчины совсем не любят темноту.

Офер начал петь:

— Шаг за шагом, ряд за рядом, мальчики работают над грядками…

Слушая песню, Тарин хмурился. Странно всё это… Надо работать, чтобы что-то выросло? Мы же только собираем! Да, иногда приходится ползать и пробираться сквозь заросли кустарников, чтобы сорвать веточку со сладкими ягодами, но рыть землю и собирать камушки?..

— А что такое сорняки?

— Плохие растения, — ответил Эдон.

Тарин закатил глаза и погонял леденец во рту. Вот, теперь ещё и растения мужчинам чем-то не угодили! Мальчики, растения… они просто есть! Тарин причмокнул. А вот мужчины могут быть плохими. Такие как Джейдон!

— Спой её ещё раз, Офер. Она мне нравится. Да и Тарин так быстрей выучит наши песни.

Тарин помычал немного, «подпевая» другу, чтобы сделать приятное Эдону. «К тому же, — решил Тарин, — Гаррику должно понравиться, что его мальчик тоже поёт».

— Зерно! — благоговейно сказал Эдон, заканчивая песню. — Вот откуда берётся хлеб, Тарин. Мы пытаемся его выращивать, но это сложно. Матушки дают нам муку в знак своей милости.

— Мне понравилось делать хлеб, — заметил Тарин, решив, что это правильный ответ. Ведь не могу же я сказать, что мне понравилась свободная ворона, о которой пелось в последних строках песни. Тарин посмотрел на остроносый профиль своего мужчины. Нет, хорошо, что он не ворона.

— Хорошо, — сказал Эдон и подмигнул Оферу.

— Мужчина сотворён из костей и мечтаний, — повторил Тарин понравившуюся фразу из песни. Да, звучит страшно и странно, но так оно и есть. Тарин погладил клювоноса по руке.

— Ещё одну песню, Офер, — сказал Эдон. — А то Тарин, похоже, загоревал.

Тарин мысленно постарался произнести это смешное слово, пока Офер и сержант выбирали следующую песню.

— Горе! — сказал он. — Уйди за вал!

— Точно, — прошептал Офер. — А теперь новая песня. Эдон, тебе она нравится. И ты, Тарин, присоединяйся, когда запомнишь слова. Готовы? Овёс, бобы и ячмень растут!

Вечер прошёл под песни о солнце и растущей травке. Тарин старался подпевать. Когда мог. Ему даже показалось, что брови клювоноса слегка расслабились после того, как он услышал голос своего мальчика.

Когда Эдон вышел за дверь, чтобы поговорить с дежурными, Офер научил Тарина петь колыбельную.

— Ты уже знаешь песню «Луна смотрит на меня», так что спою тебе другую. Вам с Гарриком понравится.

Тарин внимательно слушал и повторял, пока не запомнил. Казалось, что клювонос даже задышал спокойнее, когда оба мальчика запели вместе.

— Хорошо, — сказал Офер. — Знаю, что мужчины попробуют заставить тебя вернуться на ночь в зал, но я уверен, что ты всё равно останешься здесь. Так что не бойся заснуть, когда захочется. Но перед сном обязательно поговори с Гарриком и спой ему пару колыбельных.

Тарин кивнул.

— Спасибо, Офер. Надеюсь, что вы с Эдоном будете вместе.

Офер фыркнул.

— Даже если его повысят в звании, я всё равно останусь евнухом и общим мальчиком. — Офер сжал руку Тарина. — Не волнуйся за меня, друг. Тебе сейчас и без того не легко. А я попрошу Матушек о помощи в Книге Заявок.

Вернулся Эдон, неся в руках кувшин с корзиной.

— А вот и я! Смотрите, что я принёс: булочки с сушёной вишней и медовую водичку. Кстати, Тарин, патрульные нашли вот это.

Сержант кинул Тарину его цветочные подошвы и тот сразу же обулся. Ноги совсем замёрзли, и хоть обувка совсем не грела, Тарин не хотел её снимать. Ведь подошвы ему подарил Гаррик!

А потом Тарин с Офером внимательно слушали истории Эдона, пока тот, увлёкшись рассказом, активно жестикулировал, объясняя Тарину традиции общины. Булочка оказалась вкусной, но Тарин лишь изредка откусывал маленькие кусочки. Эдон не стал заострять на этом внимание.

К концу рассказа сержанта о том, как у людей появился огонь, вернулся Гайдеон в обнимку с Сокорро. Тарину больше понравилась история про собаку, крадущую огонь, но, к сожалению, там огромная птица заклевала мужчину.

Затем Эдон объявил, что отведёт Офера «домой», на что Гайдеон хитро улыбнулся и, осмотрев Гаррика, кивнул.

— Он отдыхает. Тарин, я не буду с тобой спорить о том, где ты сегодня будешь спать. — Тарин глубоко вздохнул. — Поэтому Сокорро принесёт тебе сюда спальный мешок, который ты постелишь на полу. Доктора из ночной смены будут тебя охранять. Позови их, если Гаррик проснётся. Хотя они и так будут заглядывать сюда каждый час, чтобы проверять его состояние.