Чтение онлайн

Нэрниса больше интересовал недоваренный заяц. Сульс не отваживался ходить в лес за хворостом, и очаг топили тем, что осталось от старых построек. Дыма была много, а жара почти никакого. А выводы из рассказа Расти брат сделает и сам.

Даэрос внимательно выслушал, чем занимались люди в их отсутствие. На следующее утро, после того, как они ушли в лес, Сульс решил, что надо сложить очаг. Устраивать костер прямо на земле было неудобно — или сухая трава ночью загорится или дождем некстати зальет. Пока Оружейник ровнял площадку под очаг, Расти, по его заданию, искал остатки печей и очагов в разрушенных домах. В те, что еще сохранили хоть какие-то остатки стен, Сульс ходить не велел — завалит, отвечай потом перед господами. Искать Проныре нравилось, и когда он натаскал достаточно кирпичей, то отправился к примеченным развалинам в надежде найти там кое-что поинтереснее. Тот самый старый сапог подсказал ему, что не все еще истлело. Результаты своих поисков он приносил к их убежищу. Сульс осматривал каждый предмет и бросал в кучу: всё, что приносил Расти уже ни на что не годилось. Проныра, конечно, не послушался и облазил брошенную деревню везде, а не только там, где ему разрешили.

Нэрнис сообщил, что заяц готов, но Даэрос совсем утратил аппетит.

— Расти! — Полутемный укоризненно посмотрел на Проныру. — Ты же не старые тряпки искал, верно? Хватит прикидываться глупым, рассказывай, что нашел. Отбирать не буду. Возвращать найденное все равно некому.

— Вот! — Мальчишка полез за пазуху и вытащил тряпичный узелок. — Это с трех домов. Каких показывать?

Даэрос развязал узел и высыпал на землю монеты: кучка меди и две серебрушки. Даже для трех домов селян это были не такие уж и маленькие деньги. Серебряные его особенно заинтересовали. Он потер одну монету в пальцах, рассмотрел и сказал:

— Ну, примерно так я и думал. Давай, Разведчик, теперь показывай какой ты умный. Сразу догадался?

— А то! — Расти раздулся от гордости. — Сначала сапог попался, потом тряпки всякие, утварь старая. Сразу видно, что здешние все не ушли, а сбежали. Разве кто добро оставит, если обстоятельно собирается? А раз сбежали, стало быть, так страшно было, что могли чего и другое оставить. А я ж знаю, где ухоронки делают. По погребам в стенках, да в печах за вьюшками. Но из печки-то достать быстро можно. А в погребе стенки рушить долго. Так вот из погребов это.

Сульс посмотрел на монеты и возмутился:

— Я же говорил, что он и на ровном месте найдет, что украсть! Сразу надо было его по заброшенным деревням водить. Вон их сколько вдоль леса. Разбогатели бы!

— Нет. — Нэрнис решил, что не все же Даэросу демонстрировать свою сообразительность. У него, между прочим, тоже ум имелся. И он сразу понял, как только увидел котел, что этой вещи никак не семь сотен лет. — В других деревнях не разбогатели бы. Они были брошены очень давно. А эта, судя по бревнам — не слишком. Что скажешь про монету, Даэрос?

— Ей лет сто двадцать, судя по чеканке. Похоже, что люди ушли из этих мест лет сто назад. Не раньше. А точнее — их отсюда согнали. Я думаю, что местные селяне притерпелись к лесу и поняли, что ничего опасного в нем нет.

— Как нет?! — Сульс уже почти сочинил страшную историю про жутких лесных монстров, которые чуть не съели эльфов. — А что же там орет все время — то тише, то громче?

— Предел. — Полутемный нисколько не сомневался, что и Сульс и Расти горят желанием узнать, что делали в лесу плащеносцы, просто пока не лезут с расспросами. — В Пределе есть дыра. Лаз. Вот он и орет. Или, как говорит мой Светлый брат: стонет, потому что раненый. Плащеносцы сгрузили свое добро с плотов на волокуши, дошли до этого лаза и переправились на ту сторону. Мы с братом должны побывать во владениях здешних Темных, а потом снова уйти за Предел. Пелли пойдет с нами. Вы завтра утром отправитесь за ней в Руалон. Привезете нашу сестру в Дрешт и остановитесь на постоялом дворе. Пока будете нас ждать, по городу не разгуливайте, особенно втроем. И старайтесь не попадаться на глаза гномам — они вас уже видели. О Пределе никому не рассказывать. Пелли можете по дороге рассказать — и всё. А дальше… решайте сами. Или с нами, за Предел, или — обратно в Руалон.

— Я пойду! — Расти вцепился в Даэроса и даже стал его трясти. — Я задаром пойду, ушастый! Видишь, как я искать умею! Можно я совсем с Сульсом не поеду? А если по вашим Темным владениям нельзя шастать, так я где-нибудь с краю посижу.

— Опять? Расти, что за обращение? За-Предельное какое-то! Ещё раз ушастого услышу, к отцу отправлю! — Даэрос понял, что с последней угрозой он перестарался. — Не хнычь. Ты поедешь с Сульсом. Два жеребца и два мерина на него одного — слишком много. А коней мы с собой взять не можем. Мы с братом отправимся на лодке по реке и дальше по морю. — Полутемный отцепил от себя Расти. — Сульс, о чем мечтаете?

— А? Я думал. За Предел я, конечно, с удовольствием. Когда-нибудь этот подвиг прославит моего Нофера. Всем известно, что заслуги слуг, являются в первую очередь заслугами их господ. А может там и собственные владения получить можно?

Даэрос представил себе владения Сульса и понял, что это будет самое жуткое место на свете.

— Может быть. Когда орков подальше от Синих гор отгоним. Предупреждаю: там они кругом и не такие как здесь. Жизнь в Синих горах пока бедная и тяжелая. Вместе с гномами.

— Пфф! — Оружейника такой чепухой напугать было нельзя. — Я же не кто-нибудь, я оружейник Нофера Руалона. И дочь у него — самая настоящая гномиха! Только я вот о чем думал: а что здешних людей напугало, если лес не опасный, но они всё равно сбежали?

Даэрос об этом уже подумал, и выводы ему самому не очень нравились.

— Скорее всего — другие люди. Те, которые нашли проход за Предел, и которым эта деревня была совсем не кстати. Нашли одни — найдут и другие. Может быть, предки наших плащеносцев были отсюда родом. Теперь уже точно сказать невозможно, но и исключить, что здесь кого-то пугали не только чучелами и пугалами — тоже нельзя. Чтобы люди так поспешно сбежали, должно было случиться что-то действительно страшное. Убийство. А может — и не одно. Поэтому наши следы в лесу и эти кучи старья меня очень беспокоят. До завтра тут вряд ли кто появится. Но не хотелось бы на обратном пути попасть в засаду… К тем шестерым, что ушли в лес, еще семеро с той стороны пролезали помогать. Да и на той стороне кто-то был. Я посмотрел по следам — четверо не меньше.

— Так Вы там были? — Сульс уставился на Полутемного, а Расти даже зайца грызть перестал.

— Дядька Сульс, так сказали же: бедно там живут. Значит знает! Бывал потому что! А как оно там за Пределом, а? Как тут?

Даэрос понял, что если не прекратить расспросы, то они до утра не отдохнут. Нэрнис уже спал сидя, Расти сонно моргал, а вот Сульс был бодр и спать не собирался.

— Всё то же самое. Ничего необычного. Только лес, который виден сквозь Предел на склонах Синих гор, больше не существует. И тот, что в предгорьях — гораздо реже. Всё. Ложимся спать. Сульс, будете сторожить до утра или сменить?

— Я до утра посижу. — Оружейник все-таки приспособил к делу старый котел и прикрыл им угли. — Значит, Предел показывает не то что есть… Может, он показывает то, что было? Вот бы знать!

— А может, морочит просто. — Расти бормотал уже засыпая. — Морок он. Дырявый.

С Сульсом и Расти эльфы прощались не доезжая до окраин Дрешта. Даэрос пытался всё учесть и давал последние наставления. Он велел покупать провизию в дорогу, как можно дальше от города и не заходить по пути к тем, у кого они уже бывали, обязательно смотреть, не следит ли кто за ними по пути в Руалон и обратно, а на оговоренном постоялом дворе, если мест не окажется — непременно оставить письмо. Полутемный вытащил из своего кофра старый кошель и передал брату: