Чтение онлайн

После лекций я пулей метнулся к Насте домой и мы снова разложили чертежи. Теперь я старался вникнуть в каждую деталь и находил много мелких недочётов, которые могли отрицательно сказаться на эксплуатации. Если вопрос коснулся реального строительства, а не просто дипломной работы, то и внимание к деталям должно быть соответствующее.

— А это что за помещение? — ткнул я пальцем в очередной чертёж.

— А это твой кабинет будет! — с гордостью ответила Настя, видимо ожидая похвалы, но у меня было несколько другое мнение.

— Насть, я не собираюсь в своём кабинете играть в большой теннис, ты точно уверена, что под него нужна именно такая площадь?

— Ну вот, совсем другое дело, — сказал я, пересматривая чертежи и довольно улыбаясь. — Только всё равно не согласен, зачем ректору нужен такой большой кабинет. Здесь можно утренние пробежки по периметру делать, а если сетку натянуть, то в волейбол играть можно.

— Саш, ну ты же не всегда будешь в кабинете один, — возразила Настя. — Вот здесь будет стоять твой большой письменный стол, а от него в эту сторону идёт длинный стол для совещаний, человек на тридцать, не меньше.

— Этот письменный стол не меньше, чем для бильярда, — продолжал упираться я.

— Это нормальный письменный стол для ректора университета, — терпеливо ответила Настя. — Вспомни, какой стол у Обухова.

— Он главный лекарь Санкт-Петербурга и губернии.

— А ты будешь возглавлять ведущий медицинский ВУЗ империи, это намного выше и ответственнее. К тебе учиться поедут со всех дальних уголков страны.

— Я уже давно понял, что скучно мне не будет, — хмыкнул я. — теперь надо и преподавательский состав со всей империи подтягивать, а ещё их надо обучить всем нашим нововведениям, чтобы не менять шило на мыло.

— Ну это уже тебе всё решать, — улыбнулась Настя. — Моё дело довести проект до ума, ну ещё строительство проконтролировать, а что там будет происходить — это уже полностью твоя забота. Я разве что только морально могу поддержать.

— Этого мне будет вполне достаточно, — сказал я, прижал её к себе и поцеловал. — Только учти, твоя моральная поддержка мне нужна будет каждый день.

— Ты хочешь, чтобы я работала твоим секретарём? — удивлённо спросила Настя и вскинула брови.

— Не совсем так, — рассмеялся я. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

— Ого! — воскликнула девушка и немного от меня отстранилась, пристально глядя в глаза.

— Что такое? — пожал я плечами. — Я что-то не так сказал? Почему ты на меня так странно смотришь?

— Хочу понять, насколько серьёзно ты сейчас это говоришь, — ответила Настя. — Я давно хотела это услышать, но мне слабо верилось, что это может произойти в ближайшее время. Так, подожди, а где преклонённое колено? А колечко в шкатулочке, которую так элегантно открывают и суют под нос избраннице?

— Я думал об этом, — честно признался я. — Даже искал в каталогах подходящее, хотел как следует подготовиться, но сейчас не удержался. Могу взять свои слова обратно и повторить, когда соответствующе подготовлюсь.

— Назад забрать? — Настя вскинула брови. — А я их тебе не отдам!

С этими словами она снова прижалась ко мне и уткнулась в плечо, на котором я потом увидел мокрый след. Так мы простояли несколько минут.

— Мы же не успеем в типографию! — воскликнула вдруг Настя. — Собирай чертежи, я одеваюсь и бежим!

— Бежим.

Я улыбнулся и начал собирать со стола и двух кульманов ватманские листы, потом пытаться скрутить их в трубочку. Точнее в трубу. Подоспела Настя, мы разделили чертежи на две группы и совместными усилиями запихнули в тубусы. До закрытия ближайшей типографии оставалось полчаса, когда мы перешагнули через порог.

Усталая приёмщица заказов пыталась убедить нас, что лично её рабочий день на сегодня закончен. Тогда мне пришлось прибегнуть к коррупционным действиям. Так как человек точно не относится к аристократии, то деньги ей наверняка не помешают. Я оказался прав, несколько крупных купюр резко изменили отношение женщины к рабочему расписанию. Она бережно развернула чертежи, разложила по порядку и подсчитала, сколько будет стоить тираж в десять экземпляров.

— Только у нас расчётное время печати от одной до двух недель, заказов много, — строго сказала она. — Если хотите, чтобы завтра это было готово, то придётся внести двойную плату.

Я посмотрел результаты её подсчётов, умножил цифру на два и отсчитал ещё несколько купюр.

— Вот, держите, сдачи не надо, — сказал я ей, любезно улыбаясь, купюры так же ловко исчезли со стола в неизвестном направлении, как и первые. — Хотелось бы увидеть копии завтра до одиннадцати.

— К десяти будут, — ответила приёмщица, довольно улыбаясь. Видимо таких увесистых чаевых она очень давно не получала, если получала вообще. — Можете приходить завтра даже немного раньше десяти, будет готово.

— Спасибо огромное! — расплылся я в благодарной улыбке. — Вы очень любезны.

С чувством выполненного долга мы вышли на улицу. Сегодня потеплело и в местах, где дворники не успели убрать нападавший с утра снег, под ногами всё хлюпало, но нам это не помешало получать удовольствие от прогулки. Очень хотелось подышать свежим воздухом, а так как ветер практически стих, нам ничто не мешало.

— Пожалуй, это надо отметить, — сказал я.

— Распечатку чертежей? — спросила Настя.

— Нет, кое-что другое, — сказал я, остановился, как вкопанный и медленно повернулся к замершей рядом Насте. — Кстати, а ты ведь мне ничего не ответила, может тогда и отмечать нечего?

— Ты про что? — спросила девушка, удивлённо глядя на меня, потом, видимо до неё дошло. — А-а-а, вот ты о чём! Глупенький, ну конечно да!

С этими словами она повисла у меня на шее и принялась расцеловывать.

— И как тебе в голову могло прийти, что я откажусь? — спросила она со счастливым лицом, немного отстранившись и глядя мне в глаза. — Или может ты в тайне надеялся?

— Вовсе нет, — хмыкнул я. — И я хочу исправить свою ошибку.

За спиной Насти на той стороне улицы я увидел магазин известной ювелирной мастерской. Девушка проследила за моим взглядом и рассмеялась.