Повелитель огня II

Мы шли всю ночь и даже с первыми лучами солнца не прервали свой путь — решили двигаться до появления на дороге первых всадников или повозок. Для меня и Ясны такой марш-бросок не был проблемой, а вот Добран устал. Хоть мы и отдохнули днём, и выспались, но ребёнку такая нагрузка вкупе со сменой режима далась тяжело.

На мальчишку невозможно было смотреть без слёз: мало того, что на его лице читалось, как сильно он вымотался и устал, так ещё и одежда добавляла колорита — поверх выданных огневиками лохмотьев мы надели на Добрана кафтан бордового плаща. Он был ему до самых пят, а рукава я обрезал, чтобы они были мальчишке по край ладони. Подпоясал верёвкой, и в таком виде бедный пацан шёл по дороге. Одно радовало — в кафтане он не мёрз, хоть ночью и было довольно прохладно.

Когда впереди показалась одинокая повозка крестьянина, едущая нам навстречу, я увёл Ясну и добрана в придорожные кусты и достал карту, чтобы сориентироваться, в какую сторону нам сходить с дороги — где лес ближе. Изучив карту, обнаружил, что совсем скоро по пути нашего следования должен быть поворот на крупное село — Дольничи.

Я посмотрел на одетого, как беспризорник, Добрана, вспомнил, что у нас запасов еды максимум на один день, а вода вообще почти вся закончилась, и сказал:

— Предлагаю зайти в ближайшее село. Поворот на него совсем скоро, а там от главной дороги идти пять вёрст. Это часа полтора пути, с уставшим Добраном — два с небольшим. Но нам нужно купить еды и нормальной одежды и набрать воды.

— А он дойдёт? — спросила меня Ясна. — И как вы в таком виде в село зайдёте?

— Дойду, — ответил на первый вопрос мальчишка.

— Нам необязательно всем заходить в село, — ответил я на второй. — Кто-то один не доходя останется с Добраном, а второй сходит и всё купит. Лучше я.

— Но я одета приличнее, — возразила Ясна.

— Ты одета, как парень, а голос менять так и не научилась, — сказал я. — Удивляюсь, как тебя на рынке в Гардове не вычислили.

Крепинская княгиня обиженно надулась, но возразить ей на это было нечего. Мы дождались, когда мимо нас проедет телега, выбрались из кустов на дорогу и пошли дальше. Примерно через полчаса свернули направо. Дорога на Дольничи оказалась довольно сносной и хорошо утоптанной — видимо, по ней постоянно ездили повозки, да и люди ходили частенько. По крайней мере, несколько телег, гружённых разным товаром, мимо нас проехали.

Когда мы прошли примерно треть пути до села, дорога раздвоилась: налево уходило её продолжение — такое же широкое, явно ведущее в Дольничи, а направо — совсем узкая дорожка, которую украшал деревянный указатель с надписью: «Пасека Будуты — 1 верста».

— Если никому резко не захотелось мёда, то нам налево, — сказал я и повернулся к Добрану, стоявшему у меня за спиной, чтобы подмигнуть ему и лишний раз приободрить.

Думал, что к стоявшему, но когда повернулся, то обнаружил, что пацан лежит на дороге примерно в десяти метрах от меня, и, как мне показалось, вообще не подаёт признаков жизни. Как и когда он упал, я не заметил — как-то тихо всё произошло. Ясна тоже не обратила внимания, мы с ней отвлеклись на развилку и указатель и прозевали этот момент.

— Добран! — заорал я и бросился к мальчишке.

— Добран! — крикнула Ясна и рванула за мной.

Подскочив к пацану, я первым делом повернул его голову набок и прижал средний и указательный пальцы к его шее в районе сонной артерии. Замер и через пару секунд радостно выдохнул — пульс прощупывался.

— Живой, — сказал я Ясне.

— Но что с ним? — спросила та.

— Да кто ж знает? Возможно, организм не выдержал психологических и физических нагрузок и дал сбой. Он же маленький ещё, а тут столько всего навалилось за пару дней.

— И что теперь делать будем?

— То же, что и планировали, только разобьёмся не у села, а пораньше. Надо только понять, где здесь поблизости можно спрятаться.

Я принялся снимать с Добрана кафтан — уже было довольно жарко, и перегревать мальчишку не стоило. Снимая, заметил, что пацан весь потный, потрогал лоб и аж присвистнул.

— У него жар, — сказал я.

Ясна наклонилась к мальчишке, тоже потрогала его лоб и заявила:

— Надо нести его в село. Ему нужна помощь. Без лекаря или хотя бы бабки-знахарки он до следующего утра не доживёт. Донесёшь?

— Донести-то донесу, — ответил я. — Но как с ним на людях появляться? Нас сейчас ищут по всему княжеству. Одно дело — в одиночку мне или тебе в село зайти, и совсем другое — с мальчишкой.

— Но ему нужна помощь!

— От того, что ты это повторяешь, она не придёт. Дай подумать.

Однако долго думать не пришлось — я на автомате посмотрел на табличку, и в голову пришла мысль.

— Идём на пасеку, — сказал я. — Вряд ли там знают о том, что мы в розыске.

— Но там нет лекаря! — возразила Ясна.

— Зато есть мёд, и должны быть прополис, маточное молочко и куча других вещей, которые могут помочь Добрану сбить жар и восстановить силы.

Сказав это, я поднял мальчишку, поудобнее взял его и пошёл в сторону пасеки. Ясна последовала за мной.

Дошли минут за двадцать. Дом пасечника стоял у самой дороги, возле него расположились несколько хозяйственных построек: сараи, навесы, мёдник, а за невысоким забором, окружавшим двор, стояли колоды — пчелиные дома, выдолбленные в цельных брёвнах. Они ровными рядами уходили в цветущие поля.

На нашу удачу пасечник был дома — стоял во дворе и чинил какое-то хитрое деревянное устройство. Мы подошли к калитке, и я крикнул:

— Добра и света тебе, добрый человек!

Пасечник посмотрел на нас, положил на землю то, что чинил, подошёл к нам, с интересом осмотрел нас всех по очереди и ответил:

— И вам добра и света, люди добрые! Куда путь держите?

— Шли в Дольничи, — сказал я. — Но наш младший брат занемог, сознание потерял, жар его пробил, вот мы сюда и направились в надежде, что на пасеке найдётся чем ему помочь.

— Чем помочь, есть: я из мёда и прополиса настойки лечебные делаю, жена у меня травы в полях собирает для одной лекарки из Дольничей, многое для себя оставляет, — произнёс пасечник и посмотрел на меня так выразительно, что я без проблем смог прочитать в его глазах всё, что он недоговорил.

— Нам есть чем заплатить, — ответил я на незаданный вслух вопрос. — У нас достаточно денег. Более чем достаточно. Не обращай внимания на наш вид, мы путешествуем, смотрим мир и специально так оделись, чтобы не привлекать грабителей.