Чтение онлайн

– Ответ отрицательный, – сообщил искин.

– Сделай общий поиск в радиусе шестисот километров.

– Восемнадцать совпадений.

– Кого-нибудь из них зовут Бэйк? Или как-то похоже?

– Есть Баркер Туми.

– Еще?

– Барбара. Это все.

– Что имеется на Баркера Туми?

– Врач. Восемьдесят восемь лет. Учился в медицинском институте…

– Достаточно.

– Это не наш парень, Алекс.

– Да.

– Возможно, Бэйка Туми нет в списках.

– Возможно. Но если он коллекционер или торговец, это странно. Проверь наших клиентов. Думаю, мало кого из них нет в списках.

– Алекс, – сказала я, – как по-твоему, это тот же тип, что вломился к нам?

– Вряд ли это сильно поможет.

– А если он связан с женщиной, которая вручила поддельную премию Диане?

– Подозреваю, что так и есть. Может, и не связан прямо, но цель у них одна.

– То есть?..

– Вот тут-то, моя дорогая, мы и подходим к сути. Позволь задать тебе вопрос: почему наш взломщик счел нужным вскрыть витрину, но не книжный шкаф?

Я смотрела, как за окном поднимается такси и уходит на восток.

– Понятия не имею. Почему?

– В книжном шкафу стоял бокал. А в бокале ничего не спрячешь.

– Думаешь, кто-то что-то спрятал в одном из артефактов?

– По-моему, сомнений нет.

Я попыталась переварить услышанное:

– Значит, вор забрал монеты и книги…

– …чтобы отвлечь внимание.

– Но почему он не оставил их себе? Все-таки они довольно ценные.

– Возможно, он этого не знал, – сказал Алекс. – Возможно, он вообще ничего не знал об антиквариате.

– Не может быть, – заметила я. – Здесь все крутится вокруг антиквариата.

– Не думаю. Здесь все крутится вокруг чего-то другого, совсем другого.

Мы сидели, глядя друг на друга.

– Алекс, если в карманах кителя Мэдди что-то было, неужели мы бы этого не заметили?

– О да, – кивнул он. – Я всегда осматриваю товар. И даже проверил, не зашили ли в него что-нибудь. В любом случае мы знаем, что в доме они не нашли того, что хотели. Иначе охота не продолжалась бы.

Я живу в достаточно скромном месте – в трехэтажном доме без всяких изысков, который стоит уже сто лет. На каждом этаже – по четыре квартиры, а во дворе есть бассейн, который поздним вечером постоянно пуст. Подлетев со стороны реки, мы опустились на посадочную площадку. Откуда-то слышалась музыка и звонкий смех, казавшиеся совершенно неуместными. В салоне было разлито мягкое сияние приборной панели.

– Ты просмотрела ту Библию? – спросил Алекс.

– Да. Там ничего не было.

– Уверена?

– Ну, каждую страницу я не проверяла.

– Позвони Сун Ли, пусть взглянет. Для надежности.

– Ладно.

– И поговори с Идой. У нее ведь комбинезон?

– Да.

– Скажи ей, пусть посмотрит в карманах. И проверит подкладку. Если что-то найдет – не важно что, – пусть сообщит нам.

Я открыла дверцу и вышла. В листве послышалось хлопанье крыльев. Алекс проводил меня до двери, удостоверившись, что я добралась до дому в целости и сохранности. Настоящий джентльмен.

– Кто мог иметь доступ к артефактам? – спросила я. – Сотрудник разведки?

Алекс плотнее запахнул пиджак – становилось холодно.

– Через пару дней после кражи я говорил с Винди. По ее словам, артефакты были под надежной охраной с тех пор, как закончила работу комиссия Тренделя. Но несколько недель назад хранилище вскрыли, чтобы провести инвентаризацию перед аукционом. Что бы они ни искали, оно должно было оказаться там после вскрытия хранилища и перед терактом. Или же в первые месяцы расследования, в тысяча триста шестьдесят пятом.

– Есть еще одна возможность, – сказала я.

Он медленно кивнул:

– Мне не хотелось говорить об этом первым.

Оставить это мог один из летевших на «Полярисе».

Позвонила Сун Ли: она пролистала Библию страницу за страницей, но там ничего не оказалось: ни вставок, ни необычных записей на полях. Затем со мной связалась Ида и заверила, что в комбинезоне ничего не спрятано.

Последней вещью, которая имела непосредственное отношение к пропавшим с «Поляриса», был экземпляр «Звездной пустыни» Пернико Хендрика, некогда принадлежавший Нэнси Уайт. У меня было немного свободного времени, так что я достала книгу и начала ее листать. В этом длинном – семьсот с лишним страниц – сочинении описывались усилия различных организаций по охране окружающей среды. Речь шла примерно о шестидесяти годах, предшествовавших публикации, – до начала четырнадцатого века.

Пометок в книге было немного. Уайт чаще всего подчеркивала фрагменты, вызывавшие у нее интерес, и ставила на полях вопросительные или восклицательные знаки. «Население – ключ ко всему, – писал Хендрик. – Пока мы не научимся контролировать рождаемость и стабилизировать экономический рост, все природоохранные действия, все попытки построить стабильную экономику, все усилия по ликвидации разногласий в обществе ни к чему не приведут». Три восклицательных знака. Далее следовал длинный ряд цитат. Несмотря на развитие технологий, люди все равно плодились слишком обильно: вряд ли кто-нибудь стал бы это отрицать. Иногда последствия оказывались минимальными – чересчур плотное движение, нехватка посадочных площадок. В иных же случаях рушились государства, свирепствовал голод, вспыхивали гражданские войны, и наблюдатели с других планет ничем не могли помочь. «Сколь бы ни был велик флот, невозможно доставить еду для миллиарда человек». В книге подробно описывались усилия по спасению вымирающих видов на всех ста планетах Конфедерации, по сохранению окружающей среды, разумному использованию ресурсов, замедлению роста населения. Говорилось о сопротивлении со стороны государства, корпораций и религиозных групп, о безразличии общественности (которая, согласно Хендрику, никогда не осознает серьезности проблемы, пока не становится слишком поздно). Он сравнивал человечество с раковой опухолью, распространяющейся по Рукаву Ориона и заражающей отдельные планеты. Снова восклицательные знаки.

От подобного чтения волосы вставали дыбом. Горячность автора порой не знала пределов. Там, где вполне можно было ограничиться одним прилагательным, он вставлял два или три.

Книга, однако, была основательно зачитана: Нэнси Уайт явно соглашалась с автором по большинству вопросов. Она постоянно спорила с ним по поводу фактов или технических подробностей, но, похоже, в главном они сходились: множество людей умерли или были навсегда ввергнуты в нищету лишь из-за того, что человечество не может или не хочет обуздать свою страсть к размножению.

Я показала книгу Алексу.

– Паникер, – сказал он. – И она, кажется, тоже.

Я уныло уставилась на книгу:

– Возможно, как раз это нам и нужно.

Он удивленно взглянул на меня:

– Не знал, что ты из этих чокнутых «зеленых».

Когда на следующий день я подлетала к слиянию рек Мелони и Наракобо, возвращаясь домой, позвонил Влад Коринский – владелец таблички с историей предыдущих полетов «Поляриса». В конечном счете, решила я, она вполне могла быть самым ценным из всех артефактов, уцелевших после взрыва. Никто не знал, где именно на корабле она находилась, но, если Мэдди придерживалась традиций, табличку следовало поместить на мостике, на видном месте. Влад был путешественником и искателем приключений. Он побывал в Хокмире, Морикалле, Хамалупе и во многих других местах, где велись археологические раскопки – как на планете, так и за ее пределами. Стены комнат в его доме были украшены фотографиями – Влад на фоне руин городов, принадлежавших полудюжине древних цивилизаций. За многие годы он основательно обгорел на солнце, на лицо наложили отпечаток ветры десятка планет.