Чтение онлайн

– Эй! Леди Грейсток! Где вы?

Но ответа не последовало.

Мужчины, словно забыв про усталость, бросились назад по тропе. Проискав Джейн до наступления полной темноты, они вернулись на прежнее место ни с чем, выбиваясь из сил.

– Все бесполезно, – воскликнул Браун. – Я убежден, что она исчезла так же, как Аннет. Не могу себе простить, что я не убил этого негодяя, а позволил ему уйти.

– Неужели вы подозреваете принца?

– Конечно, это его рук дело! Вот сволочь! Зря я послушался леди. Она прекрасный человек, но у нее чересчур мягкое сердце. Убей я эту скотину сразу, когда мне первый раз захотелось это сделать, тогда и Аннет, и леди Грейсток были бы с нами!

– Вы не должны винить себя, мистер Браун, – попытался успокоить его Тиббс. – Мы ведь все дали обещание подчиняться леди Грейсток.

Было, однако, ясно, что сегодня они уже не в силах больше ничего предпринять. Разумнее всего было позаботиться о ночлеге.

– Пожалуй, нам лучше забраться на дерево, Тиббс, – предложил Браун. – Все-таки там безопаснее, да и спать на холодной земле не слишком приятно.

– Да, это очень вредно. Мой отец получил ревматизм после таких ночевок в Крыму.

– Тогда полезли, – сказал Браун.

Всю ночь леопард Шита прыгал под деревом, на которое забрался Нкима, пытаясь достать его. Обезьянка натерпелась таких ужасов, что с первыми лучами солнца бросилась на поиски Тарзана и вазири.

Искать пришлось, к счастью, недолго. Услышав знакомые голоса, Нкима испытал такое чувство радости и облегчения, что сердце едва не выскочило из его груди.

С веселыми криками Нкима взобрался на плечо Тарзана и, обхватив одной рукой своего хозяина за шею, другой поднес палку с письмом прямо к его глазам.

Увидев почерк, который он узнал бы при любых обстоятельствах, Тарзан не поверил собственным глазам. Откуда у Нкимы могло оказаться письмо Джейн? Но сомнений не было. Это ее почерк.

– Где ты взял это? – спросил Тарзан обезьянку, торопливо разворачивая письмо.

Нкима и рад был ответить хозяину, но за последнее время произошло столько всяких событий, что он никак не мог вспомнить, когда и откуда оказался у него этот лист бумаги.

– Дурные вести, Бвана? – спросил Мувиро, внимательно наблюдавший, как изменялось выражение лица Тарзана.

– Это письмо от леди Грейсток. Она попала в беду. Самолет, на котором она летела со своими друзьями, совершил вынужденную посадку. Они заблудились в джунглях без еды и оружия.

И Тарзан снова стал допытываться у Нкимы, где и как тот получил письмо Джейн. Обезьянка, искренне желая помочь хозяину, напрягалась изо всех сил. Наконец, она вспомнила все.

– Нкима нашел это письмо в шалаше.

– Где этот шалаш? Постарайся вспомнить. Ты должен отвести меня туда.

Нкима моментально ощутил всю свою значительность. Он спрыгнул на землю.

– Следуй за Нкимой, – сказал он.

– Вы идите дальше на север, пока не найдете деревню кавуду, – приказал Тарзан Мувиро. – Если они встретят вас враждебно и откажутся вернуть Бувиру, ждите меня. Если же вы освободите ее, сообщите мне. А мы с Нкимой попробуем отыскать леди Грейсток и помочь ей.

Тарзану пришлось изрядно покружить по джунглям, поскольку его поводырь не совсем точно помнил, куда надо идти. Когда, в конце концов, они отыскали лагерь, в котором Нкима нашел письмо, Тарзан приободрился. Теперь уже он не зависел от Нкимы. Прямо перед ним простиралась тропа, по которой Джейн со своими спутниками ушла на восток. Надо было спешить к ней на помощь.

Когда Сбороу осознал до конца то положение, в которое сам себя поставил, он испытал мучительный ужас. Одному в джунглях было жутко и неуютно. Но и назад к своим спутникам путь отрезан: Браун тут же прикончит его. Сбороу одинаково боялся и обитателей джунглей и американского пилота, но, поразмыслив, решил следовать плану, который предлагал с самого начала – двигаться на запад, в надежде найти поселение белых в Бельгийском Конго.

Смущало его одно обстоятельство. На обратном пути ему пришлось бы пройти мимо могилы убитой жены. Хоть он и не испытывал никаких угрызений совести, рассказ Тиббса о том, как герцогиня вернулась за своей служанкой, не давал ему покоя. В конце концов, Аннет ведь тоже исчезла при весьма загадочных обстоятельствах.

Однако другого пути не было, и он решился.

Первую ночь он провел на дереве, не сомкнув глаз от страха. Когда рассвело, он спустился и побрел по тропе в ту сторону, где надеялся найти спасение.

Если бы сейчас его увидел кто-нибудь из знакомых, он ни за что не узнал бы в этом измученном страхом и бессонницей человеке с небритым лицом, испачканном грязью, принца Сбороу с парижских бульваров.

Пройдя довольно изрядное расстояние, принц, неожиданно подняв голову, увидел прямо перед собой нечто такое, от чего колени его подкосились, а все тело просто окоченело от ужаса.

В том месте, где тропа делала крутой поворот, стоял громадный лев и внимательно смотрел на Сбороу.

С большим трудом принцу удалось овладеть собой, и он попятился. Где-то Сбороу слышал, что все звери гоняются за убегающей дичью, и потому, сдержавшись, он не побежал.

Лев медленно, в такт шагам Сбороу, следовал за ним. Видимо, хищник решил поиграть с принцем, а когда ему надоест, он сделает молниеносный скачок – и конец. Больше всего сейчас Сбороу занимал один вопрос: как долго продлится эта игра.

За поворотом, скрывшим его на время от льва, принц пустился бежать. Через несколько мгновений он услышал за спиной злобное рычание. Лев тоже перешел на легкую рысцу. Сбороу обернулся, и единственное, что он увидел, были жуткие желто-зеленоватые глаза хищника. Утратив последние остатки самообладания, принц издал душераздирающий вопль – предсмертный вопль насмерть перепуганного человека.

Тарзан и Нкима двигались по деревьям вдоль тропы, ведущей на восток. Ветер Уша, обдувавший лицо человека-обезьяны, приносил ему все новости из джунглей: он рассказал о змее Гисте, о леопарде Шите, об антилопе Ваппи, о большой воде, лежавшей на его пути. Прекрасно понимавший язык запахов, Тарзан благодаря ветру легко ориентировался в незнакомой местности.