Шрифт:
Питерский ветер тянет за ворот пальто.
Обратно. Назад. В метро. На зеленую ветку.
Я для него по-прежнему просто «Никто»,
И рядом со мной он ставит «Уныние» метку.
Он громко хохочет и снова кидает меня
Лицом прямо в грязь. В октябрско-мерзкую жижу.
Но только меня… Чарует та странная вязь...
Которую, лежа в грязи, я по-прежнему вижу.
Мой город молчит. Какие ответы, прости?
Он тот, кто тебе никогда и ни в чем не поможет.
Он, если захочешь, подарит тебе те пути,
Которые позже сияют ожогом на коже…
Которые позже ноги тебе оторвут,
Заставив лежать и смотреть в его серое небо.
Но, между тем, с усмешкой тебе кинет жгут,
Чтоб не шептал ты... Нелепо-пустое «Уеду».
Не бросишь его. И хватит кидаться опять…
Словами. Мечтами. И всем, что давно не хранишь.
Он может помочь, а именно напрочь сломать,
Тогда ведь ты точно… Не сдашься. Не убежишь.
И питерский ветер... Тянет за ворот пальто.
Тебя точно так же. Мой милый, таких миллионы.
А город поставит тебе вдруг отметку «Никто».
И ты в нем, как все. Ничтожество. Рыбки. Планктоны.
Но что ты хотел? Таков он. Смирись иль уйди.
Твой выбор всегда за тобой, прекращаем браваду.
Не важно, какие в дальнейшем сияют пути.
Никто не подвластен изменить «человека» на «стадо».
Дело не в нем. Возможно, проблемка в тебе.
Ты вспомни, как долго держался, себя не жалея?
Питерский ветер тянет за ворот пальто…
Либо под поезд, либо туда, где теплее.