Печать Леса
Шрифт:
До меня стал доходить весь комизм ситуации: если меня он попросил о помощи, то остальных отдал на съедение родне… правда, подобные альянсы по расчету у смертных – я читал – обычнейшее дело.
– А меня решил на съедение не бросать?
– Да я только «за»! Иметь в родственниках лучшего друга… только я бы поостерегся. Обе опасны, словно стая демонов. Своевольны, вспыльчивы, и выдрессированы матерью, словно волчицы. Дашь слабину – съедят.
– Интересная у тебя семейка, Олес! Очень интересная!
– О, ты даже не представляешь, насколько… – Олес непроизвольно повел плечами, будто от холода.
«Только у меня уже есть подруга».
– А если ты думаешь о своей серой… Она тебе, кстати, сказала?
– О чем?
– Глава их дома прислал письмо перед самыми каникулами. Она должна пройти обручение с младшим сыном, который потом станет принцем-консортом ее дома. – Олес, заметив, как я напрягся, понизил голос и пробормотал: – Извини, но я должен был предупредить. Она, когда прочла письмо, разрыдалась. Скорее всего, рассказала бы после обручения. Род серых, светлых и темных эльфов никогда не примет человека в свой дом.
Я глубоко вздохнул. В голове – сумбур, на душе – пустота… Как там? «Подобные альянсы у смертных – обычное дело»? Пока речь шла о других… А когда меня коснулось. Непосредственно. Не зря нам запрещается привязываться к смертным, ох нельзя!
Спокойно… спокойно… спокойно…
– Что ж! Сыграем в твою игру!
Перехватив мой взгляд, Олес оскалился:
– Вот таким ты мне больше нравишься! – Он хлопнул меня по плечу. – Меня всегда восхищало твое хладнокровие! Особенно после того, как я узнал о твоей скромной привычке оставлять за собой горы трупов!
Я непроизвольно вздрогнул.
– К-каких трупов?
– Тех, что были в подземелье! Там нашли остаточные следы боевой магии смерти, буквально перепесочившей древний город и всю прятавшуюся там нежить! А у самой печати? Перегрузил контур? Да на средоточии своей силы призыватели от тебя должны были только тапки оставить, и те – дымящиеся. Но где эти милые люди и где ты!
– Олес…
– Нем, как рыба! Фаршированная! Под соусом!
«Значит, он что-то знает, вот только сводит все к шутке».
– Кстати, о фаршированной рыбе! – решил я сменить тему. – Ужин скоро? А то так кушать хочется, что и переночевать…
– Через полчаса! Переодевайся! – После моего согласия Олес снова превратился в себя прежнего – в «привидение с моторчиком». – И прими душ! Наши павлинчики, кстати, уже вовсю чистят свои перышки – сейчас будут показывать себя во всей красе… То-то смеху будет!
Олес развалился в кресле и, создав маленький огненный шарик, стал гонять его между пальцев, словно монетку.
– У тебя симпатичные сестры.
– О, ты еще не видел мою маму! Как однажды мне признался отец – я тогда еще был маленький, – ради такой стоит либо сокрушить горы, либо свернуть себе шею! Настоящая женщина! А сестры – все в нее!
Неожиданно мне припомнилась похожая фраза, прочитанная мной в одной из книг. Которую я и озвучил:
– «Принцесса стоит смерти…»
– Да-а, друг, наш философ глубоко засел в тебе со своими догмами!
Мы вместе рассмеялись.
Сегодня я понял значение термина «распушить перья».
Расфуфыренные, надушенные… по-моему, они даже брови подвели! От такого уже у меня дрожь началась. Олес же с каменной ро… лицом наблюдал за этой картиной. Я, правда, не понял, то ли он скривиться хочет, то ли расхохотаться.
Зал, куда меня проводил сухонький дворецкий (или слуга – я так и не понял, какую должность занимал этот человек), был огромным.
В углу на небольшом возвышении находилась группа музыкантов. Женщины еще не появились. Олес сел по правую руку от отца, а на попытку одного из сокурсников примоститься рядом, сказал тому что-то шепотом. Тот подскочил как ужаленный и ускакал на противоположную сторону стола. Как впоследствии выяснилось, именно там, с противоположной стороны, должны были сесть дамы. Так что ему вроде как повезло, и он устроился аккурат возле них…
Первым появился отец Олеса. Герцог Гайрал был в свободном, не стесняющем движения костюме. На поясе справа – длинный узкий меч с лепной рукоятью с крупным рубином в гарде и тонкой гравировкой. Поприветствовав гостей, он сел во главе стола.
Пинок под столом и шепот Олеса:
– Не вздумай пить из кубков! Да и с едой… – Тут Олес заметил, что отец прислушался к нам. – Добрый вечер, отец.
В следующий момент распахнулись главные двери, ведущие в зал…
Большинство гостей мужского пола подорвались со своих мест за столом, которые уже успели облюбовать.
Ну, а дальше – чудная картина: «распушив павлиньи хвосты», гости, осыпая комплиментами появившихся дам, сопроводили их к столу, едва не начав драку за право отодвинуть стул. Едва не прозвучали вызовы на дуэль.
Леди продефилировали через зал к столу, позволив себе только легкий поклон, согласно этикету. Все.
У всех трех девушек были светлые волосы с легким голубоватым отливом. Большие голубые глаза. Высокий рост. Ну, «высокий» – для меня. Примерно сантиметров на пять-восемь выше. Как любят выражаться классики: обладали высоким станом, белоснежной кожей и ледяным взглядом.
«Умны, стройны, высокомерны», – оценил я.
На хозяйке, матери Олеса, герцогине Лаардан, было черное платье с полями, скрывавшее стройные (ну, а как иначе-то?) ноги до самых щиколоток. Это же платье соблазнительно облегало высокую грудь над тугой шнуровкой. На руках – черные перчатки. Волосы уложены в хитрую прическу, в которой при желании можно спрятать немаленький арсенал метательных спиц или чего-нибудь подобного.
Девушки были в белых платьях, расшитых мелкими самоцветами, дающими интересную игру света. Хм… И являющихся интересным артефактом… А узоры этих камней, между прочим, составляли сложный контур, скорее всего защитного типа.