Чтение онлайн

Столь ярко выраженный здесь в цифрах параллелизм количества секреции и кровяного давления еще резче выступил на кимографической кривой. Явление казалось очень заманчивым. Мы уж почти склонны были после этого наблюдения сделать заключение о причинной связи между кровяным давлением и слюноотделением.

Однако вскоре нам суждено было потерпеть разочарование в нашем ожидании и даже на той же собаке.

Так как пульс у собаки был еще очень сильный и можно было заключить о значительном кровяном давлении, мы попробовали понизить кровяное давление перерезкой спинного мозга.

После прополаскивания артериальной канюли отпрепаровывается ligamentum nuchae.

Шейный отдел спинного мозга разрушен тонким шпателем ниже calamus scriptorius. Вскрытие показало, что лишь незначительная часть правого бокового столба осталась неповрежденной.

Теперь уже не осталось никакого сомнения, что результаты первой половины опыта обязаны своим происхождением тормозному влиянию кураре на слюнную секрецию.

После сообщенных выше наблюдений едва ли покажется слишком смелым предположение, что кураре обладает двояким действием на слюноотделение, смотря по дозе. Один раз, при малых дозах (1-2 куб. см % фильтрованного водного раствора), слюноотделение усиливается кураре, в другой раз, при больших дозах (4-8 куб. см), слюнной ток им затормаживается. Может быть, этим обстоятельством можно объяснить иногда противоположные данные разных исследователей о действии кураре.

Во время моих опытов мне крайне любезно ассистировал г-н Пестич, за что я здесь выражаю ему мою искреннюю благодарность.

Последствия перевязки протока поджелудочной железы у кроликов

[9]

(Из Физиологического института в Бреславле) (Приложение: 1 таблица)

В своем последнем сообщении о секрете поджелудочной железы травоядных животных Гейденгайн 2 2 [10] заметил, что у кролика секреторное давление этого сока равняется 16--17 мм ртути. Отсюда он вывел заключение, что, как это бывает с желчью при патологических условиях, например при кишечных катарах, здесь легко может иметь место задержка в выходе секрета в кишку и вследствие этого его всасывание внутри протоков железы. Это предположение привело к целому ряду экспериментальных вопросов. Как обстоит дело с питанием и общим состоянием животного с перевязанным протоком? Продолжается ли секреция и после создания непроходимости? Каковы в положительном случае свойства секрета? Какие изменения претерпевает железа в своем строении под влиянием застоя? Богатство сократа ферментами и пищеварительная энергия именно белкового фермента позволяют предполагать, что, с одной стороны, исключение их из кишечника и, с другой стороны, их переход в общую массу соков делают эту операцию в высшей степени опасной для животного. Правда, это опасение уменьшается, если принять во внимание возможность, что при патологических поражениях слизистой кишечника, которые влекут за собой желтуху вследствие непроходимости d. choledochus, часто также, конечно, бывают и застой и всасывание панкреатического сока, без того, чтобы об этом дали знать резкие симптомы.

Во время моего пребывания в Бреславле, слишком короткого для разрешения всех этих вопросов, я занялся некоторыми из них. Результаты моих наблюдений, которые требуют продолжения, я и предлагаю ниже.

Все сообщаемые опыты проведены исключительно на кроликах. Этот выбор обусловливается главным образом легкостью перевязки протока. У собак верхний, меньший из двух протоков отыскивается с трудом, причем наносятся большие повреждения. На кроликах операция занимает от двух до четырех минут и происходит чисто, без побочных повреждений. Кролики легко переносят вскрытие брюшной полости начинают есть иногда уже в тот же день. Ни одно из шестнадцати оперированных животных не погибло. Максимум времени, которое я давал животным жить, равнялся 30 дням. В течение этого времени проток никогда не восстанавливался.

Общее состояние животного по с л е перев я з к и. Никакой симптом не указывал на какое-либо болезненное поражение у животного. Мерилом для состояния питания служит вес животных. Выяснилось, что падение его имеет место лишь в течение первых двух-пяти дней после операции. Затем вес достигает опять своей первоначальной величины и остается в общем постоянным на неопределенное время, не считая, конечно, более мелких колебаний, которые бывают и у нормальных животных, когда корм дается им в неограниченном количестве. Разницы между калом оперированных и неоперированных животных никогда не замечалось. Примером состояния веса могут служить следующие цифры, полученные на кролике, который надолго был оставлен живым. Когда 20 июня был перевязан панкреатический проток, животное весило 2575 г. В ближайшее время вес колебался следующим образом:

Из этих цифр видно, что вес отнюдь не меняется постоянно в каком-нибудь одном определенном направлении, например в сторону падения. Колебания в ту и в другую сторону зависят от неравномерного принятия пищи, обусловленного преимущественно тем, что все кролики в клетке переставали есть от страха, как только их покой нарушался шумными собаками из соседнего помещения.

Секреция после перевязки. Не подлежит никакому сомнению, что после перевязки секреция продолжается; я наблюдал ее в течение 30 дней. Правда, в трех из шестнадцати опытов сок не мог быть получен. Однако такие отрицательные наблюдения встречаются в этом случае не чаще, чем у нормальных животных; они являются исключительно следствием побочных обстоятельств. Именно, в течение каждого опыта можно часто вполне убедиться в том, до какой степени влияют механические причины на оттекание секрета через единственно применимые тонкие канюли. Малейшая неправильность в положении канюли, вызывающая разрыв протока, малейший кусочек эпителия, расположившийся перед внутренним отверстием канюли, затрудняют оттекание. Иногда лишь после долгих стараний удается дать соку свободный путь. Другой, не менее важной причиной прекращения секреции является слишком сильное отравление кураре. Что этот яд может тормозить секрецию с самого начала опыта, явствует из многих случаев, в которых в середине опыта на кролике, который хорошо сецернировал сок, вторичное кураризирование окончательно прерывало секрецию. Что это объяснение отрицательных случаев правильно, ясно видно из того, что они совпали с началом ряда моих опытов, когда я еще не достиг необходимой осторожности, и что они относятся к кроликам, которые жили сравнительно короткое время с перевязанным протоком; зато в дальнейших опытах кролики, жившие гораздо дольше, дали положительные результаты.

Количество и свойства полученного сока не обнаруживают значительной разницы по сравнению с секретом нормальных кроликов. В вышеупомянутом сообщение Гейденгайна приведена максимальная величина секреции, равная 0.6 0.7 куб. см в час. Это количество было получено и в наших опытах, правда, лишь один раз, у одного кролика через два дня после перевязки протока. Большей частью секреция колебалась между 0.3--0.4 куб. см в час, что является приблизительно средней величиной для нормальных кроликов. Впрочем, это сравнение может претендовать лишь на приблизительную ценность вследствие упомянутых выше трудностей собирания сока.

Влияние секрета на фибрин исследовалось всегда, его влияние на крахмал - лишь изредка. В одиннадцати случаях из тринадцати имело место растворение фибрина. В обоих отрицательных случаях собранное количество было слишком незначительно, чтобы демонстрировать растворение фибрина; в одном из них жидкость была смешана с кровью. Оба случая относились к кроликам после кратковременной перевязки; при более долговременной перевязке влияние на фибрин никогда не отсутствовало. Степень растворяющей силы сока очень разнообразна у разных кроликов; разница эта не зависит от времени, в течение которого был перевязан проток. Подобные же колебания Гейденгайн нашел также в соке нормальных кроликов. Для того чтобы высказаться определенно о соотношении активности сока у нермальных и оперированных кроликов, количество наших опытов недостаточно.

Диастатическое влияние на крахмал, там, где его испытывали, никогда не отсутствовало.

Что касается свойств сока после перевязки, то необходимо упомянуть, что он часто содержит студенистые комочки различной величины. Но так как при длительной перевязке (15 дней и дольше) их не обнаруживается, а, напротив того, сок так же чист, как у нормальных кроликов, то ясно, что они происходят от катара железы (а именно - ее отводящего притока), который следует непосредственно за перевязкой и позднее исчезает.