Шрифт:
Дети мои, в эту лунную ночь, когда её фигура оголится из-под тёмных мехов, свершится ритуал, оканчивающий детство. С завтрашнего дня начнётся учёба и становление частью племени. Но знаю, слишком юны вы, чтобы это понять и смиренно принять. Поэтому, я расскажу последнюю историю, пока ещё есть время до восхода луны.
Давным-давно, когда ещё даже прадеды не появились, Оуквейл был цветущим под снегом раем. В те далёкие дни, он полнился чудесами, которые сейчас покажутся выдумкой: извивающимися от собственной высоты башнями, рвущими полотно облаков, железными китами, везущими богатства, что терялись от своего количества за линией горизонта, с далёкого юга, живыми машинами, делающих за человека всю сложную работу, многочисленными замками, в каждом из которых могла уместиться целая деревня, парящими островами, что отрывались от великих гор Фрида, убегая путешествовать по миру, другими расами, с интересом изучавшими наш быт, в ответ делясь своими историями о родных краях – и это лишь то немногое, что унесло в воспоминаниях наше племя. Мы были частью великого созвездия, называемого “Империей”. Не знали ни голода, ни горя, ни битв, ни мук, а адские врата, некогда терзавшие душу, едва были не позабыты.
Сейчас сложно в это поверить, однако так все и было. Мы размякли от такой жизни, удалились от наследия героев и завоевателей, став жалкими разбалованными слизняками. И боги нас за это покарали.
Вначале восстали безвольные слуги. Обретя разум, они решили свергнуть своих хозяев со всей злостью, накопленной за века позорного рабства.
Эта война шла несколько десятилетий. Камня на камне не осталось от былых замков и башен. Перестали приплывать по земле киты, а летающие острова, в страхе, покинули горы, сбежав на юг. Главная звезда империи не откликалась более на просьбы о помощи. Мы остались одни. Тогда-то храбрейшие из мужей и женщин встали на защиту дома, хоть силой не могли и приблизиться к своим предкам.
Шли годы, а битвы ни на минуту не утихали, заставляя сражаться на пределах своих сил, выжигая слабых, и вот недавние крестьяне, барахтающиеся в комфорте и тепле, стали достойными потомками великих героев, способными потягаться с ними на равных.
Конец ознакомительного фрагмента.