Чтение онлайн

Александр Петрович замолчал, а я, воспользовавшись паузой, спросил:

— Считаются ненайденными или не найдены?

— Хороший вопрос. Надеюсь, что не найдены. Но так или иначе, их активно ищут вот уже сто лет. Ищут все — от простых авантюристов до обладателей трёх других Великих артефактов.

— А им зачем? — удивился я. — У них же есть уже.

— У кого будет два Великих артефакта, тот станет в два раза сильнее, — пояснил Романов. — А может, и не в два. Я не знаю, просто дополняет сила одного артефакта силу другого или приумножает её в несколько раз. Но точно знаю, что тот, кто будет обладать двумя Великими артефактами одновременно, станет невероятно могущественным. И чрезвычайно опасным.

— Такого мага невозможно будет победить?

— Практически. Он, конечно, в одиночку не уничтожит всех вражеских одарённых, но остановить его будет очень нелегко. Цена победы над таким магом будет невероятно велика. Поэтому я очень надеюсь, что шапка Мономаха и Кусанаги-но цуруги действительно ещё не найдены, а не спрятаны в тайнике у Вильгельма Пятого или Хосе Второго, или, что намного хуже, у англичан.

— Не очень весёлые вещи Вы рассказываете, — заметил я.

— Есть такое, — согласился Романов. — Но мне кажется, один из этих двух Великих артефактов я нашёл. Похоже, я знаю, где и у кого он находится.

Последнюю фразу Александр Петрович произнёс как-то по-особому, негромко, после чего посмотрел мне прямо в глаза и странно прищурился; я тут же почувствовал себя неуютно, однако в этот раз виду не подал. Ну или мне казалось, что не подал. Играть в гляделки мне не хотелось, и я спросил:

— Какой из двух? О каком артефакте Вы говорите?

— А сам как думаешь?

Вопрос Романова мне не понравился, но я твёрдо решил, что лишь под ментальным допросом признаюсь, что Кусанаги-но цуруги у меня. А пока я об этом думал, Романов добавил:

— Конечно, шапку Мономаха — это же логично. Откуда мне знать, где может находиться японский меч и как его вообще искать? А по шапке у меня были зацепки, всё же она моим предкам принадлежала.

У меня отлегло от сердца. Всё же не просто так говорят, что у страха глаза велики. Романов, похоже, своей мимикой и тихим голосом хотел придать важность произнесённым словам, показать лишний раз, что доверяет мне тайну, а я опять всё неправильно понял. И ещё я снова не сдержал эмоций — невольно расплылся в улыбке, когда услышал, что речь идёт не о моём мече.

Надо было серьёзно поработать над контролем эмоций, вон у Тойво или Ристо по лицу вообще никогда не понятно, что у них на уме. У меня должно быть так же, если я хочу стать по-настоящему сильным магом. Но мне повезло — в тот день с чтением эмоций ошибался не только я, неправильно истолковал мою улыбку и сказал:

— Не стоит пока так сильно радоваться. Я ещё до конца всё не проверил. Но шанс большой

— А где она находится?

— Об этом пока рано говорить. Для начала ты должен всё хорошо обдумать и принять решение, сможешь ли ты мне помочь.

— Что тут думать? — удивился я. — Если я могу Вам помочь в таком важном деле, я с радостью это сделаю.

— Погоди соглашаться так быстро, — осадил меня Романов. — Я должен предупредить тебя, что это будет чрезвычайно сложная миссия и очень опасная. Подумай хорошо, риски велики — есть шанс не только не выполнить задание, но и не вернуться с него.

— Я всё понимаю, Александр Петрович, но Вы же сами сказали, без этого артефакта Россия уязвима, а если он попадёт в руки к нашим врагам, особенно к англичанам, у которых уже есть один Великий артефакт, будет совсем плохо. Поэтому о чём тут думать? Надо добывать шапку Мономаха, не важно, готов я или не готов. Время наверняка есть на подготовку, не думаю, что Вы решили сказать мне об этом в последний момент.

— Время есть, — согласился кесарь. — Но в первую очередь, чтобы всё взвесить. Ты хороший человек, Роман, и я ценю твоё желание помочь, но всё же подумай. Нельзя такие решения принимать вот так сразу. Встретимся послезавтра. Я как раз ещё кое-что уточню.

— Как скажете. Послезавтра так послезавтра.

Романов кивнул, улыбнулся и сказал:

— Ещё тебя, наверное, волнует вопрос: если это так сложно и опасно, то почему я не сделаю это сам или не отправлю на такое задание кого-то более опытного и подготовленного, чем ты.

— Не то чтобы очень волнует, но я хотел бы это знать, — ответил я. — Думаю, эта информация мне пригодится.

— В то место, где по моему предположению находится артефакт, будет сложно, практически невозможно, попасть тем, кому больше восемнадцати — двадцати лет. Почему — скажу позже. Поэтому мне нужен молодой, но при этом опытный проверенный боец, который не испугается никаких опасностей, ещё и сильный маг, которому я к тому же должен доверять практически как себе. Кроме тебя, кандидатур на эту роль нет.

— Вы мне льстите.

— Отнюдь. У тебя в твои девятнадцать лет за плечами больше сложных и, что важно, успешных спецопераций, чем у многих агентов КФБ. Ты уже, по сути, профессионал в этом деле.

— Мне помогали.

— Ну если бы ты это всё сделал один, без помощи, я бы тебя уже боялся, — сказал Романов и рассмеялся. — В общем, подумай хорошо, без эмоций. Если надумаешь, жду тебя послезавтра в это же время, если нет, будем считать, что сегодняшнего разговора не было.

— Но я Вам обещал. Вы помогли мне спасти родных.

— А ты мне жизнь спас в Туркестане! Поэтому никто никому ничего не должен! — отрезал кесарь. — Если ты откажешься, это никак не отразится на наших отношениях.

*****

Каган Карим восседал на золотом троне и ждал важного гостя — виконта Карингтона. Обычно они с виконтом встречались в менее официальной обстановке, но это было до коронации Карима. А теперь он стал Великим Каганом, теперь ситуация изменилась, и Карим очень хотел подчеркнуть это.

Его брат использовал тронный зал лишь для встречи официальных иностранных делегаций и во время зачитывания особо важных приказов, но Карим проводил здесь почти все рабочие встречи. Золотой трон был очень массивным и высоким, новому кагану нравилось, когда на него смотрели снизу.