Осколки судеб

========== Black out days ==========

PHANTOGRAM - Black out days

Он не помнит, когда именно начал наблюдать за этой девчонкой. Он думал, что его внимание не так уж и легко привлечь, тем более такая заурядная девушка не могла бы справиться с такой задачей. Справилась. По всей видимости, в их Дистрикте действительно учат преодолевать все трудности, добиваясь невозможного.

А у нее веснушки на лице. Он это заметил после такого тщательного (почти круглосуточного) наблюдения за ней на экране. Кто-то ему говорил, что такие люди - поцелованные солнцем. Она же скорее была обожженна.

Ее эмоции приковывали его к месту. Они доводили его до исступления или мурашек ужаса по коже. Он думал, что это нереально. Но эта девушка опровергает все теории.

Она умерла. Он тоже скоро покинет этот мир. В Аду они наверняка встретятся на одной сковороде.

Мирта/Сенека Крейн

========== Gold and Black ==========

Ludovico Einaudi - Dna

Он делал ее счастливой. Женщина была уверенна, что без него не сможет жить.

Она ждала его часами (и была готова, если честно, сидеть в ужасном мягком кресле еще столько же), ожидая, когда очередная его фантазия обретет облик. Она любила наблюдать за тем, как он работает. Как полностью сосредоточен, как умело его руки пробегают не только по листку бумаги, но и специально отобранной материи, как он радуется одними глазами успеху завершения.

Они редко выбирались куда-то. Все их встречи были сугубо дружескими в допустимых рамках. Правда, это не мешало рамкам с треском ломаться за пределами фешенебельных ресторанов в не менее шикарных отелях.

Она любила незаметно брать его за руку на различных приемах, ободряюще улыбаться и позволяла ему рисовать очередные идеи на своей коже.

После его смерти она поменяла весь свой гардероб на золотое и черное.

Цинна/Порция

========== I’m a Man ==========

Black Strobe - I’m a man

Он сходил с ума от ее безумия.

Она била посуду. Кидала стаканы в стены. Метала ножи. Бросалась ложками. Отправляла в полет вилки. Она скалилась в ответ. Царапала его. Оставляла синяки на его теле. Она грозилась вырвать себе все волосы. Она рвала на себе волосы.

Она отрубала всем манекенам головы топором в тренировочном зале. Она игриво усмехалась его врагам. Флиртовала с его ненавистниками. Она не хотела видеть его родителей. Она танцевала на столах в одном белье. Она не стеснялась публично посылать верхушку общества. Она могла напиться с одного бокала шампанского. Она всегда входит без стука. Она надевает слишком откровенные наряды. Несколько раз на вечеринках он снимал ее с шеста. Ее ужасные каблуки невероятной высоты часто летели в него, в дверь, в прислугу, в телеэкран, в окно. Она сорила деньгами. Она не умеет нормально общаться. Она лучше умрет, чем признает свое поражение. Она любит угрозы и сыплет ими по сторонам.

Многие бы сказали, что это проклятие. Он уверен, что это его лучшее решение, - жениться на ней.

Блеск/Джоанна Мэйсон

========== Почти ==========

IAMX - President

Сначала он думал, что ему показалось. Но первые лучи солнца упрямо указывали на девушку, которая с легкой улыбкой пробивалась через ограждение и шла к Центральной Площади. У нее были рыжие волосы, дырка на локте и сбитые колени. У него - лук на плече, мешок в руке и удивленное выражение на лице.

Ее отец был начальником шахты, мать поверхностно занималась врачеванием, беря дочь в подмастерье. Он несколько раз видел ее на Черном Рынке, когда та выменивала у торговцев ценные растения. Она, казалось, всегда легко, немного загадочно, улыбалась. Словно знала самую огромную тайну Вселенной.

Он часто думал о девочке с огненными волосами и каждый день обещал себе заговорить с ней. Но все также их редкие встречи происходили в половину пятого утра у ограждения, когда она с охапкой растений покидала лес, неизменно улыбаясь, а он просто провожал ее фигурку взглядом.

А потом ее семья, скопив достаточно средств, уехала в другой Дистрикт, оставив после себя пустой дом и чувство потери, которое остро ощущалось в половину пятого утра у ограды.

В последний раз он ее уже видел на экране - красивую, немного испуганную, взрослую и молчаливую. Она ехала на Голодные Игры не-добровольцем и почти выиграла.

Выиграла также “почти”, как он “почти” заговорил с ней несколько лет назад.

Лиса/Гейл Хоторн

========== That is the truth ==========

Quinn Walker - My Road

Она часто спрашивала, любит ли он ее. Парень лишь в ответ криво усмехался и говорил, что любви не существует. Девушка обижалась, не разговаривала с ним сутки, а потом еще раз спрашивала, чтобы получить такой же ответ.

Она часто застывала в пространстве, вспоминая о чем-то или представляя себе что-то. Как бы он ни старался, но вывести ее из своеобразного транса не удавалось. Поэтому он просто сидел и смотрел на ее обеспокоенное лицо, на котором изредка прискакивала очередная эмоция. Мрачная эмоция. Положительных в их жизни давно нет.

Девушка ужасно боялась кошмаров и темноты, а он не любил спать с кем-то в одной постели, делить драгоценное пространство. Пожалуй, это была самая приятная уступка в его жизни.

Она часто спрашивала о смерти и лила слезы попросту. Он удивлялся, как мог терпеть это все. Но ведь эта девушка такая хрупкая, такая беззащитная..

Она часто спрашивает о любви, а он точно знает, что однажды просто уверенно кивнет ей.

Марвел/Энни Креста

========== Afterwards ==========

Ludovico Einaudi - Walk

Она теперь редко бывала в своем новом доме. Будто бы он напоминал ей о чем-то. О ком-то. Он часто видел ее в тренировочном зале, когда приходил туда с утра пораньше, а она только выходила, уставшая, с мешками под глазами, ломотой во всем теле, но довольная. Она теперь и с ним редко разговаривала, будто бы он напоминал ей о чем-то. О ком-то.

На людях она идеально держала маску, играла в себя прежнюю: немного молчаливую девушку, которая саркастично улыбалась и сыпала колкостями в ответ. Окружающие были в восторге. Но он - не пестрое общество столицы, он видит разницу. А хотел бы не замечать.

В ее доме почти не горел свет. Ментора только ухмылялись и говорили, что первый год всегда был сложным. Но ее этим не сломать, он уверен, он знает. Их женщина-ментор проводила с ней много времени, но редко говорила что-то о девушке. Ему хотелось бы проводить со своей уже не-напарницей больше времени. Все же теперь они делят одно бремя на двоих.

У нее глаза светло-голубого цвета, и в них прекрасно видно ярость. И душу. У нее есть душа, тут не стоит сомневаться. Он скучает по времени на Арене, ведь тогда, под вечной угрозой смерти, он мог обнять ее и прижать к себе. И слова, произнесенные при тлеющих углях костра шепотом, - искренние. В них он верит до сих пор.