Ошибка

Матильда Старр, Даяна Стил

Ошибка

Глава 1

Несмотря на прохладу в темной комнате, я чувствовала жар. Зачем он меня сюда притащил?

– Скажите… – почему-то шепотом начала я, но он резко оборвал:

– Молчи!

Хрипотца в его голосе царапнула, скользнула холодком вдоль спины.

– Но…

Я и моргнуть не успела, как он припечатал меня к стене и навалился сзади. Да что с ним? Он вообще в своем уме? Я дернулась, пытаясь высвободиться, но он лишь крепче вжал меня в стену. Жар сильного мужского тела плавил кости, впитывался в кровь, разносился по венам, лишая желания сопротивляться. Внутри растекалась болезненная слабость, отзываясь дрожью предвкушения внизу живота. Мужчина склонил голову.

– Не говори ни слова, – хрипло пробормотал он, задевая губами ухо.

Висок опалило горячее дыхание, вздыбив волосы на затылке, и я судорожно сглотнула. Неужели это происходит со мной? И… с ним… Мысли смешались, и я окончательно перестала что-либо понимать.

Его рука скользнула по моему бедру, задирая подол платья. Платья, под которым не было белья!

Он, видимо, тоже почувствовал это – с тихим рыком прикусил мое плечо, стиснул стальными пальцами бедра. Дыхание перехватило, по коже пробежала волна сладкой дрожи. Ноги подкашивались, стена плавно качалась из стороны в сторону, и мне казалось, что меня сейчас унесет. Я запоздало испугалась. Так не должно быть! Я обязана его остановить – даже если он сошел с ума, я-то в порядке!

Но вместо этого я жадно и часто вдыхала его запах – аромат горьковатого парфюма и разгоряченного тела. И понимала, что единственная причина, по которой ничего не делаю, – я не хочу его останавливать.

Горячая ладонь смяла ягодицу, невыносимо медленно двинулась вниз, заставив замереть в томительном, сводящем с ума ожидании. Мужские пальцы скользнули между ног – и я тихо застонала.

За месяц до этого

Мы вышли из университета на два часа раньше, чем должны были, потому что апрель, потому что весна и потому что староста пообещала отметить нас на этой лекции.

– Ну и куда сейчас? – Маришка радостно смотрела по сторонам, видимо поражаясь обилию перспектив.

– Можем пойти в парк или на набережную, а можем просто прогуляться и придумать на ходу, – предложила я.

– Тоже годится, – согласилась Маришка.

Но мы не пошли ни в парк, ни на набережную. Даже просто прогуляться в этот раз не вышло. Черный «мерин» мягко притормозил у тротуара, ровненько под знаком, который сообщает всем нормальным людям, что здесь мягко притормаживать совсем не стоит. Но здоровенные шкафообразные парни, сидящие в машине, похоже, к нормальным не относились. Неужели будут знакомиться? Ха-ха, очень смешно.

– Ульяна Светлова? – то ли спросил один из шкафов, то ли поставил меня в известность.

Я подобралась и приготовилась нажать тревожную кнопку на брелоке – верное средство от похищений. Если твой отец – крупный бизнесмен, о таких вещах узнаешь куда раньше, чем хотелось бы, а принципы безопасности вызубриваешь лучше, чем правила дорожного движения.

Идентифицировав меня, шкаф скомандовал:

– Садитесь в машину. Давайте без глупостей!

Да уж… Не тот похититель нынче пошел! Кто уговаривает жертву сесть в машину? Надо хватать, натягивать мешок на голову и засовывать ее в багажник самостоятельно. Совсем обленились!

– Извините, ребята, но, пожалуй, откажусь, – сказала я и отошла подальше от дороги. Просто на всякий случай.

Шкаф, кажется, растерялся. Видимо, не ожидал отказа. Он покрутил головой, словно оглядываясь на кого-то. Стекло плавно съехало вниз, и я увидела знакомое лицо. Ну как – знакомое… С этим человеком я сталкивалась раза два, но он из тех, кто врезается в память намертво. Если мой отец – крупный бизнесмен, то Тимур Александрович Бояринцев – запредельно крупный бизнесмен.

Вот это сюрприз! В голове никак не укладывалось, что сам Бояринцев может ждать меня у университета.

– Садись в машину, Ульяна, – тихо повторил он.

Желания спорить не возникло.

– Извини, – сказала я Маришке, – погуляешь одна? У меня тут дела.

– Все в порядке? – Она покосилась на автомобиль.

– Да, не волнуйся, – отмахнулась я со спокойствием, которого совсем не чувствовала.

Все точно было не в порядке, но Маришка не тот человек, который способен помочь, так что и впутывать ее незачем. Я сделала несколько шагов к машине, шкаф проворно выскочил и открыл передо мной дверцу. Я чуть помедлила, прежде чем опуститься на сиденье.

– Что-то случилось? – спросила я у Бояринцева.

Взгляд стальных глаз, казалось, пронзил меня насквозь.

– А Костик, значит, тебе ничего не сказал?

Я не сразу поняла, что за Костик и почему он должен был мне что-то сказать.

– Так и знал, бережет…

Меня осенило: Костик – это же мой отец.

– Поговорить надо.Глава 2

Меня привезли в офис с на удивление аскетичной обстановкой. Я всегда думала, что такие бизнесмены, как Бояринцев, стремятся иметь все лучшее, а здесь оказалось как-то уж слишком… просто. Даже кабинет моего отца выглядел презентабельнее. Впрочем, кто сказал, что это офис Бояринцева? Я не увидела никаких семейных фотографий или селфи с министрами… Ничего такого! Может, выгнал кого-нибудь из подчиненных специально для этой встречи.

Бояринцев прошел вперед, кивнув мне на сиротское кресло для посетителей, и уселся за стол, непостижимым образом мгновенно заполнив собой весь кабинет. Сразу стало совсем неважно, какие тут стены, потолок или мебель: единственное, что словно магнитом притягивало взгляд, – сам хозяин.

Я лихорадочно вспоминала, что про него знаю. Кажется, у него есть дети, приблизительно мои ровесники. Самому ему около сорока, плюс-минус, но на свой возраст он не выглядит. Вообще не выглядит ни на какой возраст – высокий, широкоплечий, мощный и… опасный. Эта неуловимая угроза не отталкивала, нет. Скорее, завораживала.

– Насколько я понимаю, новостей ты еще не знаешь.

– Каких новостей? – спросила я внезапно севшим голосом.

Под немигающим властным взглядом задавать вопросы было крайне неуютно. Хотелось как можно скорее со всем согласиться и исчезнуть.

– Твой отец был неосторожен, последние его решения оказались неверными. Он связался не с теми людьми и… потерял деньги.

Я почему-то с облегчением выдохнула.

Потерял деньги? Не так уж и страшно. Мы давно не паниковали, прекрасно зная: даже если сегодня дела идут не очень, завтра они наладятся. Разве может быть иначе? Всю мою сознательную жизнь именно так и случалось.