Чтение онлайн

– А гвозди зачем? – спросил Володя, перематывая веревку через локоть и кисть большими кругами.

– Мало ли, может, табличку с объявлением приколотим, что мы были здесь.

Володя улыбнулся.

– Нет, серьезно?

– Если серьезно, может самолов какой-нибудь смастырим. Чтоб не возвращаться.

– Понятно, – Володя закинул кольца веревки на плечо. – Пшеницы ещё немного в рукавицу насыпь, если что – погрызем хоть пшено.

– Нет проблем!

Они взяли ножи, повесив их на пояса.

Меч-тесак и рогатину взял Вова.

Топор Ефим заткнул за пояс за спиной, взял лук и колчан со стрелами, который кое-как разместил у пояса.

– Ну и видок у нас, Володя. Богатыри!

– Скорее – охотники.

– Беспонтовые охотники, так точнее будет.

– Посмотрим.

– Посмотрим – это точно. Ну, двинули?

– К реке?

– Да.

И они двинули к реке. (Смешная парочка в старинных, неуклюжих одеждах.)

Не мудря и не теряя время, чуть ниже переправы, найдя подходящее место, они перегородили сетью речку.

Потом Ефим перебрался на другой берег к Володе, и они вышли на ту поляну, куда приземлился Владимир.

– Да-уж, посадочные места они выбрали почти одинаковые, – сказал Ефим, доставая стрелу. – Попробую, что за пушку нам дали – пристрелять надо.

Ефим уперся коленом в рукометь и, взяв лук за рога, попробовал его на прочность.

Лук оказался довольно тугим.

– Поможешь тетиву надеть? – спросил он Володю.

– Конечно.

Ефим ещё раз выгнул лук. Володя накинул тетиву на петли рогов. Ефим тихонько отпустил. Лук был в боевой готовности. Попробовав его на вытянутой руке, Ефим дернул тетиву. Та приятно зазвенела.

– Хорошая машина, – оценил Ефим и достал стрелу.

Сначала он просто выпустил стрелу вдоль поляны, чтобы оценить дальность, убойность и силу натяжения, как он выразился, машины.

Стрела довольно резко пересекла поляну и вонзилась в траву.

– О, хороший бой! Теперь проверим тебя на точность.

Он выдрал пучок травы, скрутил его в валик, бросил посреди поляны и пошел за стрелой, отсчитывая шаги.

Найдя стрелу примерно в тридцати шагах от травяного валика, Ефим натянул лук и выпустил стрелу по мишени.

Стрела пролетела гораздо выше.

Достав другую, он пустил и её.

Стрела воткнулась рядом.

Выстрелив ещё раз, он определил высоту «прицельной планки» и сделал царапину на рукоятке лука. «Так – это тридцать шагов! От неё и будем плясать!» – решил Ефим.

Подобрав стрелы, Ефим спросил Володю:

– Стрельнёшь?

– Потом – время не хочется терять. Пока ты стреляй – нормально получается.

– Спасибо, друг! – ответил Ефим, и они пошли в тайгу за поляну.

Решено было проверить места и поискать звериные тропы с «Володиной» стороны реки, так как на том берегу, они нашумели, да и склон горы слишком близко подходит к лагерю – будет дым от костра – по склону никто не пойдет. Хотя дымом провоняет вся ложбина, но здесь, за рекой вдалеке и тишине, по тропам, которые обязательно должны быть вдоль реки, животные, как им казалось, обязаны ходить без опаски. А куда им, собственно говоря, деться? Вот поэтому-то и пошли за реку.

И тропу нашли. Хорошую тропу. «Усеянную» свежим пометом разного вида парнокопытных.

– Хороша тропка, дичь есть! – сказал Вова. – Вверх пойдем или вниз?

– Пойдем вверх, посмотрим какую поганку можно копытным устроить! Если получится, тащить вниз будет сподручней. Ты делал когда-нибудь самоловы?

– Только читал. А ты?

– Пару раз делал. Но ничего не поймал.

– Надеюсь, теперь поймаешь.

– Я тоже, только на это и надеюсь. Выбора-то у нас нет, братишка. Обязательно нужно поймать! Жрать-то что-то надо!

– Значит поймаем!

– Хорошо бы! Посмотрим, как получится.

– Получится, я тебе точно говорю.

– Как скажешь! Ну, пошли, оптимист, спустимся обратно к реке, приготовим заподлянки, чтобы у тропы не сильно сорить.

– Пошли.

Первым делом, Ефим срубил небольшую сосенку. С одной стороны обтесал её, чтобы она получилась более-менее плоской и пробил её по всей длине через восемь-десять сантиметров гвоздями насквозь. Получилось нечто похожее на грабли-расческу метровой длины. Потом он ещё вырубил несколько березовых, прямых палочек разной длины, подрезал их, как ему надо и сказал:

– Вот, что можно здесь подготовить – готово, пошли, поищем, где всё это установить.

Примерно в километре выше по склону, звериная тропа пошла вдоль обрыва. Поперек её перегораживало упавшее дерево. Звери здесь должны были проходить под стволом. Слева, почти вплотную, к тропе подходила каменная стенка, справа – довольно крутой свал к реке. На краю обрыва валялась длинная сосновая лесина, почти без сучков.

– Отлично! – оценил Ефим. – Первую пакость здесь и устроим.

Прибив, на тонком конце лесины свою «расческу» острыми концами гвоздей кверху, напарники развернули лесину так, чтобы тяжёлый (очень тяжелый) её конец свисал с обрыва, а тонкий закрепили подготовленными березовыми палками за нижние сучки соседних деревьев, сразу за завалом. Что-то там помороковав, Ефим насторожил ловушку в надежде, что коза (или кто там ещё), проходя под завалившимся стволом, перешагнет через ствол лесины и наступит на плашку-сторожок. Тогда сработает отвес, легкий конец полетит вверх, гвозди воткнуться животному в тело и, возможно, животное, «прилипнув» к лесине, вместе с ней упадет с обрыва. Раненое так жестоко, оно далеко не уйдет, если вообще будет способно подняться. Замаскировав ловушку, как можно более тщательно, Ефим остался доволен ловушкой. Володя кивком головы одобрил «изобретение», а вслух произнес:

– Получилось бы только.

– Получится! Ты сам сказал.

– Значит получится! Что ещё?

– Пошли обратно, я там березку приглядел подходящую. Кое-что там насторожим.

Они вернулись вниз по тропе на несколько сотен метров.

Здесь Ефим задумал перегнуть березку, настроить сторожок, на который животное то же должно наступить, тогда береза резко выпрямится, и из земли взлетит вместе с березкиной вершиной веревка, унизанная рыболовными крючками «на акул». Если они зацепят животное, то станут крючками «на оленей», как пошутил Ефим. А уж если крюки зацепят, то бедолага ни только не сможет сойти с крючка, он ещё и к берёзе веревкой прижат будет.