Чтение онлайн

Топот усилился, вовсе не похожий теперь на мягкий шорох лап. Постепенно он становился все громче и громче.

Алекс обвела взглядом комнату, пытаясь понять, что происходит.

– Что-то не так.

Звук исходил откуда-то из темноты. Он раздавался снизу.

Каменный пол содрогнулся, Алекс ощущала нарастающий рокот даже сквозь подошвы ботинок. Из разверзшегося ничто пахнуло серой.

– Доуз, закрывай.

– Но…

– Закрой портал!

Теперь во тьме замерцали красные пятна; мгновение спустя Алекс осознала – это глаза.

– Доуз!

Слишком поздно. Алекс отшатнулась к стене. Из дыры на месте стола вылетел табун несущихся в панике лошадей. Угольно-черные, с пылающими красными глазами, они ворвались в комнату неистовой лавиной конской плоти. Копыта, ударяясь об пол, выбивали пламя. Разбрасывая соль и камни, адские скакуны помчались к двери в храмовый зал, потом, храпя, понеслись по коридору, одну за другой преодолевая защитные линии.

– Они не остановятся! – вскричала Доуз.

Казалось, лошади вот-вот вынесут входную дверь и выскочат на улицу. Но когда стремительно несущийся табун достиг последней соляной черты, смешанной с кровью, он вдруг рассыпался на части – так волна разбивается о скалы. Одна из лошадей упала набок и пронзительно заржала; со стороны казалось, что это кричал человек. Постепенно табун вновь слился в беспорядочный поток, лошади, громко стуча копытами, понеслись обратно в храмовый зал.

– Доуз! – позвала Алекс. Она знала множество смертных слов, припасла серебряные цепи, веревку с замысловатыми узлами, проклятый кубик Рубика – ведь демоны любят головоломки, но понятия не имела, что делать с изрыгающими серу лошадьми, вырвавшимися из самых глубин ада.

– Убирайся с дороги! – в ответ закричала Доуз.

Алекс снова вжалась в стену. Доуз с рассыпавшимися по плечам рыжими волосами застыла у дальнего края стола и выкрикивала слова, которых Алекс не понимала. Она поднесла трубу к губам; раздавшийся звук походил на тысячу рожков, отданное с помощью музыки повеление.

«Они раздавят ее, – мелькнула у Алекс мысль. – Сомнут и растопчут в прах».

Когда черная волна тяжелых тел и синего пламени подкатилась почти вплотную, Доуз швырнула трубу в пропасть. Лошади, выписывая в воздухе немыслимые дуги, устремились следом за ней, со стороны похожие скорее на беснующиеся клочья морской пены. Они прибывали, как вода во время прилива, и растворялись во тьме.

– Закрой! – прокричала Алекс.

Доуз воздела вверх пустые ладони, потом соединила их и потерла друг о друга, словно бы отмывая руки от всего пережитого.

– Ghalaqa al-baab! Al-tariiq muharram lakum! – Дверь закрыта! Путь тебе запрещен!

А потом по комнате эхом разнесся голос. Идущий сверху? Снизу? Невозможно было понять. Но Алекс тут же его узнала. В четко произнесенном слове звучала почти мольба.

Жди.

– Нет! – закричала Доуз.

Но было уже слишком поздно. Раздался оглушительный грохот, походящий на звук захлопнувшейся тяжелой двери. Не удержавшись на ногах, Алекс полетела на пол.

Дальше Алекс почти ничего не помнила. Звенело в ушах, глаза слезились, в комнате непереносимо воняло серой. Стоило с трудом подняться на четвереньки, как ее тут же вывернуло наизнанку. Алекс услышала, как поблизости вырвало Доуз; ей тут же захотелось расплакаться от счастья. Если Доуз могла блевать, значит, она жива.

В комнату ворвался Робби.

– Какого хрена? Что за дерьмо? – закричал он, пытаясь разогнать руками дым. Потом его тоже вырвало.

Стены комнаты покрылись черной сажей, Алекс и Доуз были не чище. А стол – тот самый, за которым якобы собирались рыцари короля Артура, – раскололся посередине.

Жди.

Как бы ни хотелось, Алекс не удастся сделать вид, что она ничего не слышала – ведь в тот миг рядом с ней находилась Доуз. Когда портал захлопнулся, Алекс прочитала боль в глазах Памелы.

Она подползла к дрожащей Доуз, скрючившейся возле стены.

– Ничего не говори, – шепотом предупредила Алекс. – Мы всего лишь проводили проверку.

– Я слышала его… – Глаза Доуз наполнились слезами.

– Знаю, но сейчас нам нужно прикрыть свои задницы. Повторяй за мной: мы проводили проверку.

– Мы проводили про… проверку.

Остальное прошло как в тумане. Кричали прибежавшие в гробницу члены «Свитка и ключа», звонили какие-то выпускники и представители правления, еще громче кричал Майкл Ансельм, прибывший в Нью-Хейвен на пригородном поезде; он даже предложил использовать горн Хирама, чтобы восстановить стол. Доуз и Алекс, насколько возможно, попытались оттереть с себя сажу, а потом в коридоре гробницы «Свитка и ключа» предстали пред очи Ансельма.

– Мы не виноваты, – тут же заявила Алекс, решив, что лучшая защита – это нападение. – Мы просто хотели убедиться, что они самовольно не открывали порталы и не проводили несогласованные ритуалы, поэтому я применила заклятие откровения.

Историю для прикрытия она подготовила заранее. И уж конечно вовсе не предвидела, что прикрывать придется мощный взрыв, но, как говорится, чем богаты…

Ансельм, как раз общавшийся с выпускником «Свитка и ключа», который что-то вопил в трубку, прекратил расхаживать взад-вперед и прикрыл мобильник ладонью.

– Ты знала, что нексус нестабилен, – проговорил он. – Вы могли кого-то убить.

– Стол сломан на две части! – донесся из трубки визг выпускника. – Весь храмовый зал разрушен!

– Мы все уберем, – пообещал Ансельм и, снова прикрыв телефон ладонью, яростно прошептал: – В Il Bastone.

– Не волнуйся, – сказала Алекс, когда они с Доуз прошли мимо разгневанной толпы Замочников и, спустившись по лестнице, вышли на тротуар. Попавшийся им на глаза Робби Кендалл, потерявший одну из кожаных туфель, сейчас весьма напоминал трубочиста. – Ансельм во всем обвинит меня. Тебе не достанется. Доуз? – Памела будто бы не слышала. Алекс заметила ее испуганный, отсутствующий взгляд. Доуз слишком потрясло то слово. Жди. – Держи себя в руках. Плевать, что ты сейчас в шоке. Никто не должен знать, что там произошло.