Чтение онлайн

— Такое просто невозможно.

Я потянулся за суперсекретньш шпионским телефоном. Повертел его в потных руках; попытался найти номер, с которого мне позвонила Энни. Разумеется, он не высветился.

Я пролистал меню в поисках чего-то еще, что могло помочь найти ее местопребывание. Найти сразу — не через двадцать часов, когда будет слишком поздно. Посмотрел на себя в зеркало. Увидел белое как мел лицо, больные глаза.

Набрал номер справочной и попросил дать мне телефон Гленна Киндла. В справочнике такой не значился. С «Киндл инвестмент патнерс» мне повезло больше. Голос административного помощника Гленна, Дианы Макналти, предложил мне оставить сообщение. Дорогая Диана. Как я мог о ней забыть? Вновь позвонил в справочную, чтобы узнать телефон всех Диан Макналти, проживающих поблизости. Нашелся только один номер, в Редвуд-Сити, городке, расположенном в нескольких милях севернее Пало-Альто.

Через мгновение, еще не отдавая себе отчета в том, что делаю, я уже набирал номер Дианы. И вскоре услышал еще один голос из прошлого.

— Алло.

— Диана?

— Она самая.

— Добрый вечер, Диана Макналти. — Я воспользовался приемом политиков называть человека и по имени, и по фамилии. — Это Натаниэль Айдл — давний бойфренд Энни.

Пауза.

— Привет, Нат. Не ожидала услышать твой голос. Как поживаешь?

Теплый голос. Как у бабушки, которая хочет пригласить тебя на крыльцо и дать стакан холодного лимонада.

— Диана, мне необходимо найти Гленна. Это очень важно.

Вновь пауза.

— Завтра я с радостью передам ему твою просьбу. Сможешь позвонить мне на работу?

Я вжал голову в плечи. Она — улыбающийся цербер, собака, которая охраняла ворота, радостно виляя хвостом, но не подпускала ни на шаг.

— Могу я связаться с ним этим вечером? — настаивал я. — Ты и представить себе не можешь, как это важно.

— Боюсь, что нет, Нат. Он сейчас едет в Лас-Вегас. Выступает на «ТелКоме», ежегодном конгрессе представителей телекоммуникационных компаний. Готова спорить, ты звонишь насчет Эда Гейверсона. Ты ведь до сих пор репортер, так?

Эд Гейверсон. Основатель «Дитсофта», друг Гленна Киндла и, иногда, деловой соперник.

— Трагедия, не так ли? Находиться на вершине мира… и потом… — Она понизила голос: — Это, разумеется, строго между нами.

Я ничего не понимал. Что-то случилось с Гейверсоном?

— Мне нужно поговорить с ним… об Энни, — ответил я.

— Ох, Нат, — тут же заговорила она, и с такой искренностью в голосе. — Я знаю, как тяжело ты это переживал. Обещаю, при первой возможности дам ему знать, что ты хочешь с ним поговорить. Скоро очередная годовщина ее смерти, не так ли?

Диана понятия не имела, о чем речь. И я не знал, сколь много можно ей сказать. А вдруг Энни скрывается и от отца?

Кого еще она могла до смерти бояться?

— Как мне найти Дейва Эллиота? — спросил я.

— Да, это хорошая идея. Его контора в центре Сан-Франциско.

Я развернул «эксплорер» и выехал со стоянки. В зеркале заднего обзора поймал отражение своего лица, подсвеченное заходящим солнцем. Морщинки у глаз словно заполнила брызнувшая из них кровь. Если мне не удастся получить ответы в самом ближайшем будущем, проживу ли я достаточно долго, чтобы увидеться с Энни?

В справочной мне дали телефонный номер юридической фирмы Дейва Эллиота, а когда я очень уж попросил, и адрес. Эллиот входил в ближний круг Киндла. Может, он мог ввести туда и меня.

Я ощущал пульсацию в висках. Понимал, что это предупреждение: на мне вновь собирались потоптаться защитники футбольной команды. А потом навалилась бы дикая усталость. Я лишь интуитивно предположил: со мной что-то не так. Энни подтвердила мои опасения. Оставалось надеяться, что Дейв Эллиот сможет прояснить картину.

Сахар. Кофеин.

Кому-то следует сказать ФДА: [41] самые сильные наркотики бесконтрольно продаются по низким ценам в любом «Севн-Илевн».

Через несколько минут я уже стоял у кассы такого магазинчика с корзинкой, наполненной предметами мечты одиннадцатилетнего подростка: коробка «Кокоа паффс», большой контейнер с кофе, полдесятка батончиков «Сникерс», четыре — «Милки уэй», шестибаночная упаковка «Джолта», двенадцать сахарных пончиков и, для протеина, «Слим джимс» и крекеры с арахисовым маслом. А также разные другие сладости, которые я всегда хотел купить, но не решался без совета компетентного специалиста.

Я ушел из магазина, игнорируя любопытствующий взгляд продавца. Затем уселся за руль, огляделся в поисках полиции или других плохишей, стрескал два батончика, запил очень уж похожим на мутную воду кофе. Подзарядился и сахаром, и кофеином.

Направился в центр города. При удаче мог рассчитывать на то, что Дейв Эллиот ничем не отличается от большинства адвокатов. То есть работает допоздна.

По пути вспомнил про моего редактора, Кевина, которому задолжал статью о воздействии радиосигнала, поступающего на мобильник, на человеческий мозг. Это школа так хорошо меня воспитала, что и в критические моменты жизни я не забывал о своих обязательствах? Я чуть не рассмеялся.

Наконец нашел достойную отмазку. «Кевин, я собирался сдать статью вовремя, но меня убили». Если уж эта причина не позволила бы мне выгадать несколько недель, то и не знаю, какая бы позволила.

Я позвонил моему адвокату.

Ответил он после первого гудка:

— Привет, парень.

Нужно отдать должное Эрику Раггеру. Он, возможно, не знал, как найти подход к обычным людям, которых выбирают в присяжные, но прекрасно освоил лексикон обычного подростка.

— Что-нибудь узнал?

— Отличные новости. Никто не расследует вновь дело Аравело. Я навел справки. Тебе волноваться не о чем.

— Да, я это уже выяснил по своим каналам. Есть и другие новости: меня разыскивают за взрыв кафе «Солнечный свет».

— Если ты серьезно, лучше не говорить об этом по мобильной связи. Они могут записывать эти разговоры.

— Я невиновен. И мне наплевать, кто слушает.

— Нат, ты говоришь про сообщения по радио насчет того, что полиция разыскивает двух выживших при взрыве?