Чтение онлайн

– Пожалуйста, хочешь, возьми японский магнитофон, только записную книжку верни!

– Верну, когда изучу. Уверен, что найду что-то, о чем даже не догадываюсь. И вообще, нечего оскорблять нас такими предложениями, будто мы грабители. Мы берем только то, что ты украл.

Неожиданно резким движением Бифштекс попытался отнять у меня записную книжку. Завязалась небольшая потасовка, но быстрый удар в голову отправил Бифштекса на пол.

– А, черт, теперь придется задержаться, пока придет в себя…

– Ничего, сейчас приведем его в чувство. Дав, держи за ноги, потащили в ванную….

После холодного душа Бифштекс пришел в себя.

– Ну что, успокоился? Все нормально? Жив, невредим? Кроме твоего наворованного, мы ничего не взяли, а вот блокнот останется у меня. Я так хочу. Может, и правда что-нибудь там найду. Пошли, Рафа.

– Постой, девушка с нами. Она – мой трофей.

– Да ладно, я думал, ты шутишь! Ты и впрямь, что ли, чокнутый?

– С такими серьезными чувствами, как любовь с первого взгляда, я не шучу.

– Вика, ты хочешь с ним идти? Решай сама.

– Ну, да. Он же советский офицер, показал свое удостоверение, обещал помочь вернуться домой и дал большую сумму денег… Да и паспорт мой у него.

– Ну что ж, поехали. И помни, Биф, чистая совесть – залог спокойного сна.

Оставив Бифштекса на полу в ванной комнате, мы вышли из квартиры.

С рассветом я уже был дома. Дверь открыла Мари в ночной рубашке.

– Ты что тут делаешь? – удивился я.

– Как видишь, тебя жду. Дома не могла оставаться. Слава Богу, ты вернулся!

– Давай поспим хоть несколько часов, уже почти утро. Потом пойду на работу, хоть и с опозданием. Не хочешь спросить, удачно ли завершилась моя миссия?

– Догадываюсь. Тебе удалось забрать деньги? Надеюсь, без крови?

– А почему тон такой невеселый?

– Потому что это означает, что мои родители теперь точно уедут.

– Но это огромные деньги! Стоимость вашего дома и всего проданного имущества…

– К сожалению, да, у каждого свой выбор. Мы не смогли убедить друг друга в своей правоте. Главным инициатором является мама, и это понятно, ей все здесь чуждо. Папа мечется между нами. Ну ладно, пошли спать, жизнь расставит все по местам. Будь что будет.

Я уже собирался выйти из дома, когда зазвенел телефон. Голос Рафы был радостным и бодрым.

– Представь, мне вообще ночью не дали спать, в семь тридцать уже вызвали в управление. И знаешь, почему?

– Ну?

– Что «ну», фраер прокурорский, твои друзья-похитители, они же колхозники, запели! Ты даже представить не можешь, как интересно было слушать их чириканье!

– И что, кто заказчик?

– Увы, это оперативная тайна, узнаешь, когда дело будет официально передано прокуратуре. Я, как законопослушный сотрудник республиканского управления уголовного розыска, не имею права сообщать тебе об этом.

– Тогда зачем звонишь?

– Чтобы ты знал: советская милиция не спит, стоит на страже интересов нашего гуманного общества.

– Ты что, покурил с утра? Что за веселье? Ах, да, девушка, как ее… Виктория, так, что ли? Она с тобой?

– Она, чистая и довольная после горячего душа и двух рюмочек коньяка, видит во сне заснеженные подмосковные леса.

– Постой, но ты говорил, что у тебя была Гаяне!

– Но я же попрощался с Гаяне, когда вышел встретиться с тобой. Поэтому сейчас у меня вместо Гаяне другая девушка, юная и романтичная, принимает жизнь такой, какая она есть.

– Ну ладно, у меня нет времени разделять твои романтические настроения, я тороплюсь на работу. И, как тебе известно, в двенадцать тридцать иду встречаться с Бифом у комиссионного магазина. Мне интересно, что этот человечек предпримет, кто выплывет на поверхность, поэтому надо операцию довести до конца. Будь у телефона и отвечай на мои звонки. И все-таки, законопослушный сотрудник, может, скажешь хотя бы, откуда дул ветер? Я тебя прошу.

– Ветер дул с Севера.

– Пожалуйста, не дури.

– Ты так упрашиваешь француженку, когда она капризничает?

– Я серьезно!

– Дав, перед тем как взять картины и выйти из комиссионного, позвони мне. Сделай это непременно. Мерзавец исключительно хитер, у меня есть некоторая информация, правда, пока не проверенная.

– Что ты сегодня говоришь загадками? Ни на чем не могу сосредоточиться. Хочешь, дам поносить в любое время мои часы «Картье» – подарок отца Мари? Только скажи, кто был заказчиком похищения?

– Не отнимайте мое драгоценное время пустой болтовней.

– Тупица!

В трубке послышались короткие гудки.

– Давид, вас приглашает к себе прокурор, – позвонила из канцелярии помощница прокурора. – Прямо сейчас.

Примчался в кабинет.

– Давид, позвонил из КГБ курирующий прокуратуру сотрудник и сообщил, что тебе надо в шестнадцать часов быть в Управлении КГБ по борьбе с незаконным оборотом валюты. Как думаешь, что это может быть?

– Сам удивлен. Может, просят оказать какую-то помощь?

– Ладно, не хочешь, не говори. Товарищеский совет: ребята там коварные и без комплексов порядочности. Каждое слово взвешивай и не торопись с ответами. Если сочтешь нужным, звони после встречи. Ты понимаешь, что не должен разглашать содержание вашей беседы даже своему руководителю, то есть мне? Вот и хорошо. Пока. Удачи.

«Неужели Бифштекс на меня настучал? Нелогично. Конечно, то, что делали мы с Рафой, это превышение служебных полномочий, да и нанесение телесных повреждений, по-видимому, средней тяжести, налицо. Возможно, было даже сотрясение мозга. Получается, мы совершили уголовное преступление. Но его надо еще доказать. А как Бифштекс докажет? Тогда вскроются его махинации и мошенничество с валютой, и потом, мы ведь с Рафой наотрез откажемся признавать, что были там. Я был с Мари, а он – с Гаяне. Подтвердят мои родители и кто-нибудь со стороны Рафы. Девушку спрячем, да она и сама никогда не признается – во-первых, испугается, во-вторых, получила бешеные деньги. Биф ничего не докажет, у нас железное алиби. А его железка у меня в кармане, и он это знает. Значит, здесь еще одна статья. Нет, Биф мошенник, но далеко не идиот. Не будет же он сам себе выкалывать глаз. Тут явно что-то другое. Но что?»