Чтение онлайн

– Где Обреутов? Ведь смена в двенадцать!

– А я всегда чуть пораньше прихожу. У меня электричка, вот и получается - прихватываю чуток. Посидим, бывает, с Володей, покалякаем. Дома скучно. Вот только сегодня он что-то заспешил, не с кем старику и словом перемолвиться. Вы ведь следователь? Ну, тогда угощайте куревом да спрашивайте...

– Боюсь, придется брать и Обреутова под наблюдение.
– Строкач сидел на подоконнике в кабинете, за спиной у него шумела улица.

– А при чем тут этот парень, который выпрыгнул из окна лестничной клетки? Тот, которого видела Октябрина... как ее...

– Владленовна. Да, прыгун этот, конечно, задачка. Жигареву прыгать было незачем - внизу дверь свободна. Разве что не хотел Турчину компрометировать, а это уж вовсе чушь... Не те нравы.

– Прыгуна видела только Скалдина. Зрение у нее, мягко говоря, не очень, - протянул лейтенант.

– Да ты за нее Бога должен молить! Пятьдесят метров, вполоборота, со спины, да тебе еще и словесный портрет подавай. Ну, ты, брат, совсем заелся. Короче, Жигарев или кто другой прыгал, давай организовывать за ним наблюдение, но и Теличко нельзя из виду упускать.

– Ты Засохина имеешь в виду? Пустим и за ним. Ничего себе подъезд как один просятся под наблюдение. Один майор не подкачал, железное алиби Варшава. Но на его счет есть у меня любопытное соображение. Как там у нас насчет уголовного прошлого фигурантов?

Родюков открыл папку, лежащую перед ним на столе, извлек тонкую стопку исписанных листов. На самом верху - серая поблекшая листовка с фотографией в левом верхнем углу под броской шапкой "Разыскивается преступник".

"Управлением внутренних дел... области разыскивается особо опасный преступник Теличко Николай Васильевич... года рождения, уроженец г. ..., житель г. ...

Его приметы: рост 182 см, телосложение плотное, лицо продолговатое, лоб покатый, брови прямые, глаза серые, нос прямой, губы тонкие, подбородок выступающий, уши средние, волосы темные, голос глухой.

Был одет в черные брюки, синюю рубашку, черные туфли. Преступник может менять одежду и внешность.

Если вам станет что-либо известно о местонахождении преступника, просим сообщить в милицию удобным для вас способом.

Уголовный розыск".

Дело особо опасного преступника было довольно типичным для своего времени.

Статья 86-прим, хищение государственного имущества в особо крупных размерах, срок - десять лет. По этой статье шли в зону тысячи людей, и прежде всего те, кого именовали "работниками временных коллективов, занятых в сельскохозяйственном производстве". По договорам с совхозами и колхозами они выращивали лук, арбузы и прочие трудоемкие культуры. Вынужденные работать по законам рынка, они оказывались в ловушке плановой социалистической экономики и подогнанных к ней статей уголовного кодекса. Люди получали за труд в соответствии с договорами, а некие эксперты пересчитывали все по госрасценкам и разницу между тем, что было выплачено, и тем, что, по их мнению, следовало выплатить, называли хищением.

Бригада Теличко работала в совхозе "Ленинец" в Крымской области, выращивала арбузы. Когда урожай созрел, директор заявил: вы их, ребята, соберите, вывезите, продайте, а потом уж поговорим и об оплате... Каждый год ему спускали план, те же арбузы сеяли, но ни разу и килограмма не собрали: весной засеют бахчу - осенью запашут. Не растут - и весь сказ. И вдруг - урожай вдесятеро против плана. Сотни тонн - что с такой прорвой делать?

Людей на уборку нет, транспорта тоже, о горючем и говорить не приходится.

Договор с бригадой был заключен только на выращивание, но условия директора пришлось принять - куда денешься? На рынках десяти областных городов они распродали арбузы, привезли в совхоз выручку. Кому-то показалось, что привезли мало. Было возбуждено уголовное дело, приглашены эксперты, которые подсчитали, что бригада похитила у совхоза около миллиона рублей.

Расчеты велись способом умножения гектаров на килограммы и затем на рыночную цену. По мере продвижения дела кое-что пришлось вычесть. Нельзя было не признать, что за перевозку и погрузку-разгрузку следует платить, что за время хранения могла произойти порча, что реализаторы бесплатно не торгуют, так что сумма вышла не столь грозной...

По пути из горотдела Строкач заскочил к Теличко, не особенно, впрочем, надеясь, что застанет того дома. Деловой все же человек. Но Теличко - вялый и заспанный - оказался на месте, а тема разговора не вызвала у него никакого энтузиазма.

– Приговор? Ага, помню: имея многолетний опыт хищения, создал преступную группу и, вступив в сговор, похитил у совхоза миллион. Это при том, что фактически я и рубля не получил за работу, да своих денег сколько ушло. Из моей зарплаты высчитывали за продукты для бригады, я же заплатил за семена на опытной станции... Свой трактор пригнали, машину для полива, да и натуроплаты я выдал бригаде меньше, чем полагалось: три процента. А между прочим, как раз в этом году прошел майский пленум ЦК, и там говорилось, что мы имеем право получить пятнадцать процентов от плана и треть сверхпланового урожая. Так что на самом деле не я был должен совхозу, а совхоз - мне. Мы же им еще и помогали: собирали подсолнечник, заготовляли сено, работали на току, который дождем залило, - все бесплатно. Совхоз получил от нашей работы полмиллиона прибыли, а сколько добра из-за его же нерасторопности на поле погнило... Когда меня судили, начальник конвоя не выдержал и сказал судье, указывая на меня и на директора совхоза: "Хорошо бы их местами поменять, был бы толк".

Теличко откинулся в кресле и на мгновение прикрыл глаза. Строкач негромко сказал:

– Я не в восторге от таких хозяйственных дел и никогда их не приветствовал. Но не угрозыск дает сроки.

– Ага, - казалось, Теличко совсем отрешился от происходящего.
– Где же вы раньше были?

– Там, где и сейчас. Делал свое дело.

– Бежал, куда укажут, сажал, кого прикажут, - все так же горько усмехнулся Теличко.

– Нет, за такие дела, как ваше, я никогда не брался. Правдами и неправдами, но находил способ уклониться. А вот ваш нынешний бизнес, пусть и трижды легальный, меня очень и очень интересует.

Теличко выстрелил взглядом из-под ресниц - твердым, полным недоброй энергии.

– У вас неверная информация, майор. Освободившись, я снова занялся арбузами. Нашел знакомую бригаду и стал с ними работать.

– Хороший получился урожай?

– Сумасшедший. Тридцать тонн с гектара считается очень хорошо, а у нас вышло - шестьдесят пять на круг.

– Вот я и говорю, - Строкач ухмыльнулся.
– Вы не только опасный расхититель, но еще и рецидивист.

– Ну уж, нет. С арбузами я завязал. Наглухо. Раньше как было: нашел босса в райкоме, смазал - и все вопросы решены. А сейчас на каждом углу по чиновнику от демократической администрации, и попробуй хоть одного пропустить! Надо мной уже братва смеялась - бесплатный пахарь продовольственной программы.