Чтение онлайн

— Итак, мы знаем, кого мы ищем, — сказал Харри. — Знаем, что он думает, что мы не знаем. Наверное, он думает, что сейчас я ищу улики против Эванса Уайта. Но боюсь, это лишь временно. Долго держать округу без телефонов мы не можем, к тому же чем дольше это продлится, тем будет подозрительнее. Если он решит показаться дома, там его ждут наши люди. То же самое с яхтой. Но лично я уверен — он слишком осторожен, чтобы совершить глупость, не удостоверившись на сто процентов, что все чисто. Допустим, до конца дня он поймет, что мы побывали у него дома. Значит, у нас есть два варианта. Можно раструбить всем, что мы его ищем, передать особые приметы по телевидению и надеяться, что мы его схватим до того, как он исчезнет. Минусы: если он установил у себя дома такую хитрую сигнализацию, наверняка продумал и дальнейшие действия. Если он увидит себя на экране, тут же как сквозь землю провалится. Вариант номер два: попытаться взять его за то короткое время, что у нас осталось, пока он не чувствует опасности и… сам относительно безопасен.

— Я за то, чтобы брать. — Лебье смахнул волос с плеча.

— Брать? — переспросил Уодкинс. — В Сиднее четыре миллиона жителей, и мы даже не представляем, где он находится. Черт, мы даже не знаем, в городе ли он!

— Ну нет, — сказал Харри. — По крайней мере последние полтора часа он в Сиднее.

— Что? Ты за ним следишь?

— Юн, — Харри предоставил слово неизменно улыбающемуся китайцу.

— Мобильный телефон! — начал тот. Как будто собирался читать лекцию с кафедры. — Все мобильные телефоны соединяются через станции связи, которые принимают и передают сигналы. Телефонная компания регистрирует, от каких абонентов сигналы поступают на станции. Каждая станция покрывает территорию примерно в милю радиусом. В густонаселенных районах телефон попадает в зону действия сети сразу нескольких станций. Примерно как радио. То есть когда вы разговариваете по телефону, телефонная компания может определить ваше местонахождение с точностью до мили. А если сигнал идет на две станции, то еще точнее: по участку, где зоны перекрываются. Если сигнал ловится тремя станциями, круг сужается еще больше, и так далее. То есть нельзя определить точный адрес, но подсказка есть, — объяснял Юн. — Мы связались с телефонной компанией, и трое операторов сейчас отслеживают только сигнал с телефона Тувумбы. Можно установить открытую линию с ними прямо в этой комнате. Пока сигналы одновременно идут только на две станции. Участок, где зоны перекрываются, — это весь Сити, порт и половина Вуллумулу. Но сигнал перемещается — и это хорошо.

— Ждем, пока нам повезет, — вставил Харри.

— Мы надеемся, что он попадет на участок, перекрываемый тремя или более станциями. Если это произойдет, можно будет взять машину и ехать прямо туда. Надеюсь, мы его схватим.

Но Уодкинс не разделял его уверенности.

— Значит, он разговаривал с кем-то сейчас и еще раз — полчаса назад. И оба раза сигналы принимали сиднейские станции? — сказал он. — Получается, что найдем мы его или нет — зависит от того, будет ли он звонить по этому проклятому телефону. А если не будет?

— Можно самим ему позвонить, — предложил Лебье.

— Точно! — Уодкинс побагровел. — Отличная идея! Будем звонить ему каждые пятнадцать минут и представляться английской королевой или чертовой бабушкой! Чтобы он уж наверняка понял, что не стоит говорить по телефону!

— Нет, — сказал Юн. — Ему не нужно разговаривать по телефону.

— А как…

— Нужно, чтобы телефон был включен, — объяснил Харри. — Тувумба наверняка этого не знает, но пока телефон включен, он автоматически каждые полчаса отсылает короткие сигналы, чтобы показать, что он работает. Эти сигналы регистрируются станциями точно так же, как и разговоры.

— Выходит…

— Выходит, нужно просто установить открытую линию, приготовить кофе, сесть и надеяться.

Телефон работал в режиме громкой связи.

— Сигнал перемещается в зону станций 3 и 4, — сообщил металлический голос.

Юн показал это на карте Сиднея с пронумерованными кругами зон действия сети каждой из станций.

— Пирмонт, Глин и окраина Бэлмейна.

— Черт! — выругался Уодкинс. — Слишком большой охват! Который час? Он пробовал звонить домой?

— Сейчас шесть, — ответил Лебье. — За последний час он дважды набирал свой домашний номер.

— Скоро он поймет, что что-то не так. — Маккормак снова встал.

— Но еще не понял, — тихо заметил Харри, который последние два часа просидел молча и не шелохнувшись в дальнем кресле у стены.

— А погода? — спросил Уодкинс.

— Будет ухудшаться, — ответил Лебье. — Ночью обещали бурю.

Минуты шли. Юн отправился за новой порцией кофе.

— Алло? — послышалось из телефона.

— Да? — вскочил Уодкинс.

— Абонент только что говорил по телефону. Его засекли станции 3, 4 и 7.

— Секунду! — Уодкинс посмотрел на карту. — Окраина Пирмонта и бухта Дарлинг, верно?

— Так точно.

— Черт! Еще бы 9 или 10 — и он у нас в руках!

— Если он стоит на месте — то да, — ответил Маккормак. — Куда он звонил?

— В наш центральный офис, — ответил металлический голос. — Спрашивал, что случилось с его домашним телефоном.

— Черт, черт, черт! — Уодкинс налился кровью. — Уходит! Тревога! Полная готовность!

— Заткнись! — В комнате стало тихо. — Прошу прощения за грубость, сэр, — продолжил Харри. — Но думаю, надо не суетиться, а подождать следующего сигнала.

Уодкинс вытаращился на Харри.

— Хоули прав, — рассудил Маккормак. — Присядь, Уодкинс. Телефоны разблокируют только через час. А значит, прежде чем Тувумба поймет, что отключен именно его телефон, у нас будет еще один, максимум два сигнала. Пирмонт и бухта Дарлинг — не такие уж большие районы, но вечером там больше всего народу. Если послать туда кучу машин, начнется хаос, и Тувумбе будет легче скрыться. Подождем.

Без двадцати семь телефон заговорил снова:

— Сигнал принимается станциями 3, 4 и 7.

Уодкинс тихо застонал.

— Спасибо, — сказал Харри и выдернул микрофон. — Там же, где и раньше. Значит, уже долго не перемещается. Где он в таком случае?

Все собрались у карты.

— Может, он на тренировке? — предположил Лебье.

— Это мысль! — одобрил Маккормак. — Так. Где-нибудь здесь есть боксерский зал? Кто-нибудь знает, где он тренируется?

— Сейчас проверю, сэр, — ответил Юн и исчез.