Шрифт:
– Было это, мой милый дружок, давным-давно, когда ещё не родился твой папа, не было твоего дедушки и даже дедушкиного дедушки.
– Далеко отсюда, на Крайнем Севере, за Полярным Кругом, жили медведи. Они были белые-белые и на снегу совершенно незаметные. Это сейчас у них чёрные носы и когти, и во время охоты им приходиться хитрить: прикрывать чёрную носопырку лапой.
«Отчего у них носы почернели?» – спросишь ты.
– О-о-!!! Это забавная история. Я расскажу тебе, мой дружок, послушай.
Жил среди медведей медвежонок, такой же маленький, как и ты, мой дружок. И такой же шалунишка, как и ты. Любопытный, любопытный. Везде совал свой нос, где надо и не надо. Ты ведь то же суешь свой нос, где надо и не надо. А на Дальнем Севере, у Полярного круга мест, куда бы можно было сунуть свой нос, крайне мало: бесконечный снег и колючий лёд.
Ты же знаешь, мой дружок, как бывает скучно, если некуда сунуть свой нос?! Вот и белому медвежонку стало скучно-прескучно.
– Непоседа! Ты куда? – спросила мать – медведица.
– Скучно здесь на Севере, – грустно сказал Непоседа. – Вчера на берегу я подслушал разговор двух уток, прилетевших с Юга. Там столько всего интересного! Пойду и я посмотрю.
Мать-медведица знала, что Непоседа далеко не уйдёт. Ты же, мой дружок, то же далеко от мамы не уходишь? А уходить далеко и не надо было. Всего несколько шагов – и оказываешься в тундре. Там птиц – видимо-невидимо! Сунулся было Непоседа к одной птице полюбопытствовать, она и слушать не захотела, сунулся к другой – и та упорхнула.
– Сколько птиц в тундре, а поговорить не с кем,– буркнул недовольный Непоседа.
– Каждая птица занята своим делом, – сказал маленький лисёнок, бежавший по тундре мимо медвежонка. – Лето здесь короткое, нужно успеть набрать пуха, свить гнездо, высидеть птенцов, поставить их на крыло, – и всё это за два месяца. Так что лясы точить тут с тобой никто не собирается. Некогда.
Конец ознакомительного фрагмента.