Нелюдь
Шрифт:
Дети подошли ко мне, и я напряженно замер. А ну как и на меня сейчас набросятся? Дети молчали и только серьезно смотрели на меня. Я тоже молчал. Неожиданно один из них сказал:
— Здорова, Нелюдь, а я думал, ты и разговаривать-то не умеешь.
— И вам не хворать, — ответил я. Ребята оказались на полголовы выше и явно старше меня. Лет шесть, семь точно. И как я этого сразу не заметил.
— Спасибо, что помог.
— Не за что, мне это ничего не стоило.
Мальчик хмыкнул.
— А как у тебя получилось так сильно камень кинуть?
— Я всегда так кидаю.
Если честно, мне было не по себе. Только что эти дети убили живых людей. А уже через пару минут интересуются, как это у меня получилось так сильно бросить камень.
— Вау! — воскликнул один из них. — А пошли к нам? Нам такие нужны.
Я задумался. С одной стороны, если я прибьюсь к ним, то мне очень повезет. Эти дети явно знают и умеют выживать. У меня же с этим проблемы, хоть мне как-то везло до этого. С другой стороны, жить среди малолетних убийц это… так, стоп! Успокоиться! Думать! Думать!
— Ну что? — прервал затянувшееся молчание тот мальчик, который еще не спрятал нож. — Идешь?
Я посмотрел в сторону трактира.
«Тогда что, Никон пролетит? Хм… ладно, завтра решу. Сейчас главное — найти место для ночевки и отдохнуть».
— Крыса! — возбужденно воскликнул один из детей и бросился за грызуном. Но та замерла от громкого вскрика и, увидев приближающегося человека, прыгнула в ближайшую дыру.
— Блин! Сорвалась! — плаксиво ответил мальчишка, и тут же получил подзатыльник от парня с ножом.
— Сколько раз тебе говорить, что бы ты не кричал лишний раз?! Опять крыса из-за тебя убежала! Что мы будем есть?!
«О боже! Они что, едят крыс? Видимо так. Где в ином случае им взять пищу? Да в принципе и я бы ел, если бы жрать охота, особенно если хорошо прожарится…»
Во рту сразу появились слюнки, а нос глубоко вздохнул воздух. Я прислушался, давайте, ушки, не подведите!
Я аккуратно на носочках подобрался к большой норе и встал сбоку от нее. Дети замолчали и заинтересованно посмотрели на меня. Я же не обращал на них никакого внимания. Если чувства не врут, то тут в норе притаилась огромная крыса. Мне даже показалось, что я слышал ее прерывистое дыхание. Время уже привычно замедлилось, и я молниеносным движением засовываю руку в дыру. Крыса не успевает трепыхнуться, и я резким рывком ломаю ей шею.
«Ни хрена себе! Вот это сила!»
В глазах на секунду потемнело, но я надеюсь, что в темноте этого никто не заметит.
На лицах детей было обалдение.
— Это мой вступительный взнос. Я согласен.
Мы шли недолго, стараясь держаться теней от стоящих вдоль дороги зданий, дети крались в известном им направлении. Я же шел позади них и старался в мельчайших подробностях запоминать наш маршрут движения. Двигался я налегке, так как предусмотрительно отдал крысу одному из ребят с ножом. Он выглядел старше, чем остальные и где-то на пол головы был выше их.
Неожиданно дети остановились перед развалинами разрушенного дома с явными следами копоти на стенах. И один за другим начали залазить в небольшой подкоп.
Если честно, я немного струхнул. А ну как они какие — нибудь маленькие каннибалы? Хотя стоп, я же нелюдь, значит, никакие они не каннибалы.
Подивившись тому, какие глупые мысли приходят мне в голову, я откинул их сторону и незаметно достал нож, а после быстрым движением юркнул внутрь.
Вынырнув с той стороны, я оказался в небольшом подвале. Посреди него уютно горел костер, оставляя на стенах причудливые блики. В подвале, помимо уже знакомых мне детей, сидело еще двое. Они обрадовано встали, увидев большую крысу в руках у мальчишки с ножом, а потом настороженно замерли, цепким взглядом уставившись на меня.
Парень с крысой с усмешкой посмотрел на меня и на зажатый в моей руке нож.
— Этот парень добыл крысу, — сказал он, — теперь он будет жить с нами.
Посмотрев на реакцию своих друзей, и не увидев в их глазах яркого негатива, он опять повернулся в мою сторону.
— Не бойся, — неожиданно дружелюбно сказал он. — Мы не причиним тебе вреда. Я Гнат, — представился он. — Кир, Федот, Альт, Саша, Степ, Юра, — донеслось до меня со всех сторон.
Я насторожился, уж очень их имена походили на Земные.
— Зовите меня Нелюдь. Я привык, — соврал я. Потому что не знал, как зовут настоящего хозяина тела.
Ребята серьезно кивнули.
— Саша, — сказал Гнат, протягивая крысу. — Начинай готовить, а мы пока посидим и новенькому тут все покажем.
Мальчишка схватил крысу и куда-то убежал, а мы стали рассаживаться у костра.
«Уютно», — подумал я и протянул руки к огню. Их сразу обдало теплом. А я удовлетворенно зажмурился. Все-таки за то время, что я лежал на холодной земле, я успел неплохо замерзнуть, но понял это только после того, как оказался возле огня.
— Скажи, Нелюдь, а ты всегда так охотишься? — с интересом спросил Гнат.
— Да, — еле слышно ответил я.
— Тогда… — парень немного помялся. — Тогда ты завтра идешь на охоту, а с тобой помощником пойдет Кир. Хорошо?
Вместо ответа я задал вопрос.
— А чем будут заниматься другие? — сейчас мне не только нужно было показать свой характер, но и узнать, чем дети занимаются целыми днями и как выживают.
— Кто чем, — пожал плечами он. — Кир у нас занимается охотой, с ним по желанию идет кто — нибудь еще, я с Федотом и другими идем на рынок, может, удастся срезать чей-то кошелек или стащить чего-нибудь у торговцев едой. Тогда это будет удачный день.
Я хмыкнул.
— А что, бывают и неудачные дни?
— А у тебя что, нет? — удивленно протянули ребята. — Не может быть.
Я неопределенно махнул рукой и уставился на огонь.
«М-да, жизнь у этих детей не сахар. Что бы такое придумать, чтобы и самому ноги не протянуть и детей из этого Ада вытянуть?»
Пришел Саша. Он уже снял с крысы шкуру, как-то обработал ее. При нас он насадил тушку крысы на импровизированный вертел и начал готовить ее у костра. Кстати, я заметил, что руки у него чистые, это очень хорошо, значит, дети знакомы с элементарными нормами гигиены. Ребята молчали и внимательно следили за процессом приготовления пищи. В подвале начали распространяться очень вкусные запахи. У меня в животе заурчало, у детей тоже. Хм… странно, не думал, что жареная крыса так вкусно пахнет. Вероятней всего она и на вкус тоже очень ничего.