Шрифт:
Глава 1 Диана
– Какие всё-таки мужики козлы! А твой так вообще козлинище! – стукнув рюмкой по стойке бара, заявляет Агата, и я с ней полностью согласна.
Разница между нами лишь в том, что моей новой знакомой хватило всего раз услышать рассказ о последних пяти лет моей жизни, чтобы понять, что Оливер – редкостный козлинище. А мне потребовалось застать своего любимого и единственного мужчину за изменой.
Кошмар!
Кажется, я никогда не вытравлю этот мерзкий кадр из своей памяти, а звуки стонов и хлёстких шлепков будут звучать в моих ушах снова и снова. До бесконечности.
Сегодня годовщина нашей с Оливером встречи. Мы познакомились пять лет назад и с тех пор не расставались. Он должен был забрать меня из нашего дома после работы, чтобы вместе отправиться на романтический ужин в ресторан. Однако я решила сделать Оливеру сюрприз, и сама приехала к нему в офис. Подумала, зачем ему из центра тащиться за мной в пригород, чтобы потом снова ехать в центр? Так сказать, хотела сэкономить его время и силы. Ведь он должен был быть очень уставшим после длинного рабочего дня.
Как же я ошибалась!
Сил у Оливера было хоть отбавляй, учитывая, с какой интенсивностью он вколачивался сзади в свою секретаршу, впечатанную грудью в его рабочий стол.
Сначала, когда я их только услышала из пустой приёмной, я подумала, что мне послышалось. Потом предположила, что я ошиблась этажом и нахожусь у дверей чужого офиса. Ведь мой Оливер не мог так со мной поступить. Он любил меня больше жизни. Заботился, оберегал, обеспечивал. Я была для него всем – так он мне всегда говорил.
Но на деле оказалось, что всем был только он для меня. Я же для Оливера не значила ровным счётом ничего, раз он настолько был поглощён процессом, что даже не услышал, как я приоткрыла дверь кабинета, а после убежала подальше от этого ужаса. А вишенкой на тортике было то, что после бурного секса с секретаршей он собирался как ни в чём не бывало пойти со мной в ресторан праздновать нашу годовщину. А он реально собирался. Оливер написал мне сообщение о том, что ждёт не дождётся нашей встречи и что выезжает из офиса и едет за мной. А когда я не ответила в течение минуты, как обычно, это делаю, начал названивать мне, но я отключила телефон. Не могла слышать его голос, не хотела. Это слишком больно. Невыносимо.
Сколько раз Оливер поступал так со мной? Сегодня же явно была не первая его измена, ведь эта секретарша работает у него почти два года. А сколько раз после предательства Оливер возвращался домой и преспокойно смотрел мне в глаза, пока с аппетитом поедал ужин, который я готовила для него несколько часов? Со сколькими женщинами он изменял мне все эти годы?
Все эти вопросы зудят в моей голове, раскалывая череп и сердце на части. Мне вновь становится трудно дышать, грудь сдавливает от невыносимой боли, а глаза наполняются слезами.
– Та-а-ак, подруга. Давай, ты не будешь опять распускать нюни из-за этого урода. Вся косметика поплывёт, а я ведь так старалась сделать из тебя конфетку, – произносит «подруга», хотя это слишком громкое слово для человека, с которым я познакомилась буквально три-четыре часа назад.
Агата увидела меня, ревущую и сидящую на бордюре тротуара в нескольких кварталах от офиса Оливера. Не помню, как добралась туда. Всё было как в тумане. И не знаю, как долго просидела на асфальте в элегантном платье от Dior.
В честь столь важного события я специально нарядилась скромно, но изящно, как любил Оливер. Убрала волосы в высокую причёску, надела некогда подаренное Оливером ожерелье и совсем немного подкрасила ресницы и губы, так как знала, что мой любимый мужчина предпочитает видеть меня без мейкапа. Я хотела порадовать его своим внешним видом и отлично провести этот знаменательный вечер, а в итоге проревела на улице неизвестно сколько времени. Одна. С разбитым сердцем. С полным отсутствием понимания, как мне теперь жить дальше.
Наверное, поэтому я и согласилась пойти с незнакомой девушкой в университетское общежитие, где она живёт в одной комнате с ещё двумя студентками. Домой я ни за что не собиралась возвращаться, а больше мне идти было некуда. Кроме Оливера, у меня никого нет. Ни родителей, ни братьев, ни сестёр, ни друзей. Говорю же: Оливер был всем моим миром, и он рухнул за секунду без возможности собраться воедино.
Дорогу до общаги и бесконечный монолог девушки я тоже не запомнила. Пришла в себя, только когда Агата выслушала мой слезливый рассказ, немного успокоила меня, отпоила чаем, а затем заявила, что мне срочно нужно отвлечься и повеселиться.
И где же ещё это делать, если не в ночном клубе?
Я пыталась отказаться, но Агата осталась непреклонной. А когда я опрометчиво выдала, что никогда в жизни не бывала в клубах, «подруга» обомлела и задалась целью затащить меня потанцевать, чего бы ей это ни стоило. И аргументы, что у меня нет ни настроения для веселья, ни подходящего наряда, ни денег не сработали на девушку.
Она и анекдоты мне начала рассказывать для поднятия настроения, и мейкап мне нанесла, и дала свои туфли с платьем. Хотя этот клочок ярко-розовой ткани, едва прикрывающий грудь и ягодицы, с натяжкой можно назвать платьем. Оливер убил бы меня, если бы я вышла в чём-то настолько вызывающем на улицу. Но так как с сегодняшнего дня его мнение потеряло для меня значимость, я всё-таки согласилась натянуть на себя это платьице. И пожалела об этом сразу же, как оказалась в душном, громком клубе, заполненном огромным количеством людей, большая часть из которой является сильной половиной человечества.
Я аж съёжилась от немалого количества внимания, обращённого в мой адрес. Постоянно одёргивала короткий подол платья и хотела уже развернуться и сбежать, но Агата не позволила. Она потребовала у меня успокоиться и расправить плечи. Заверила, что часто бывает в этом клубе и здесь нам ничего не угрожает. Почему я ей поверила? Не знаю. В моём нестабильном состоянии невозможно принимать верные решения, поэтому я опять сдалась и последовала за незнакомкой к бару, где она заказала целую бутылку текилы.