На исходе ночи
Шрифт:
— И что в ней?
— Ну… Полная автономность, переход на кабельную связь… Много чего.
— Что именно?
— Ларсен!
— Нет, ну почему мне-то нельзя знать?
— Потому что по поводу инструкции есть инструкция держать ее в строгом секрете.
— Тебе же самому смешно все это.
— Да, мне очень смешно. Очень. — Корнфильд помолчал, затем добавил: — Есть еще пункт о подготовке ракет для эвакуации людей.
— Куда?
— На орбитальный комплекс.
Куда?! Что за бред! Сколько же людей?
— Ну, возьмут не всех, разумеется… лучших из лучших. — Советник саркастически усмехается. — Кроме того, составляются списки по состоянию здоровья… Это объявят в ближайшие дни. Возможно, это действительно бред, но ничего другого не остается… Здесь все кончено. Все, занавес. Тебе-то объяснять, надеюсь, не надо.
— Так это все-таки война? — помолчав, спрашивает Ларсен.
— Наверное. Хотя точно ничего не известно.
Ларсен с усталым удивлением мотает головой.
— Если война, то ее кто-то же начал? Кто? Русские? Американцы?
— Не обязательно. Могла быть ошибка компьютера, аварийный срыв… В результате — обмен ударами… Сколько их было уже последние годы, этих срывов! Не могло же так продолжаться бесконечно… Вот и допрыгались… Это моя версия. Теперь у каждого своя — все предполагают и никто ничего не знает.
— Но почему нет официального сообщения? За что вы мучаете всех?
— А что прикажешь официально сообщить? Что мир погиб из-за технической неполадки?
— Боже… Ведь мы маленькая островная страна, всего несколько иностранных баз.
— Всего! — горько усмехнулся Корнфильд. — Вполне достаточно, уверяю тебя… И потом какая разница — большая страна или малая, если погибла вся планета? Очень поучительная история, только некому будет извлечь из нее урок. Забавная ситуация… Очень забавная.
— Выпусти меня наверх, — после долгой паузы говорит Ларсен.
Корнфильд не отвечает, смотрит на собеседника, словно изучает его. Затем подсаживается к столу, берет трубку телефона:
— Соедините меня с полковником Ван дер Липпом. — Он вдруг прикрывает трубку ладонью и шепчет, наклонясь к Ларсену: — Смешно сказать, но если бы два месяца назад было принято предложение русских, ничего бы этого не было. Понимаешь? Ничего! А может… вообще началось бы разоружение. Ведь они предлагали начать. А ракеты на базах на них, на русских, были направлены.
Ларсен сидит у стены туннеля в центральном бункере. По полу струится вода. Ее мерное, однообразное журчание далеко разносится в пустом, почты полностью погруженном в темноту туннеле.
Ларсен забрасывает в рот таблетку. Подождав немного, глотает еще одну.
Неожиданно из боковой двери выходит маленькая девочка. Глядя в упор не Ларсена, прикладывает палец к губам. Ларсен замирает.
— Дождик идет наверху… Слышишь? — говорит девочка и, ступая на цыпочках, исчезает в темноте туннеля.
Ларсен у себя в комнате. Сидит на корточках перед тумбочкой, складывает в мешок свои немногочисленные вещи. Сосед с интересом наблюдает за его действиями. Толстый по-прежнему спит.
— Надолго?
— Что — надолго?
— Уходишь?
Ларсен молча застегивает молнию мешка.
— Понятно… Тебя здесь искали.
— Кто?
— Не назвался. Мордастый такой. Работал в Интерполе, кажется, по наркотикам.
— Ульф? — вскидывается Ларсен.
— Может, и Ульф… Приходил, принюхивался… По-моему, он и тут что-то расследует.
— Что?
— Пес его знает. Лишь бы что. Инерция. Ульф расследует… Военные играют, толстый — спит. Живем!
— Что Ульф сказал? — Ларсен встает.
— Что в госпиталь пойдет.
— Странно, как это мы разминулись.
— Наверно, он ходит секретными ходами. Разнюхивает. Ладно, идешь — иди.
Ларсен закрывает за собой дверь.
Ульфа Ларсен застает в госпитале. Ульф и доктор сидят у кровати, на которой, с капельницей, лежит, запрокинув голову и хрипло дыша, какой-то человек. Ларсен замирает у двери.
— Уцелел кто-нибудь из дежуривших вместе с вами? — тихо спрашивает Ульф, наклоняясь к лежащему.
— Откуда ему это знать? — еще тише говорит доктор. Ульф прерывает его жестом: тише. Лежащий молчит.
— Вы дежурили в самый момент взрыва?
— Да….
— Ваш радар вел круговое наблюдение?
Лежащий молчит.
— Ульф… — говорит доктор укоризненно.
Лежащий хрипит. Ульф вдруг встает и выходит из комнаты, сделав Ларсену знак следовать за ним…
…Теперь они в той комнате, где Ларсен и доктор беседовали утром. Несколько секунд молчания.
— Ты получил пропуск? — спрашивает Ульф.
— Да.
— Это хорошо… Попробуешь добраться до музея.
Ларсен кивает.
— Если я тоже выберусь наверх, я найду тебя… Возможно, мне понадобится твоя помощь.
— Что ты задумал?
— Тебе не надо этого знать, Ларсен.
— Но…
— Не надо — значит, не надо, — перебивает Ульф. — Если со мной что случится, я пришлю кого-нибудь…
— Ты думаешь… — осторожно начал Ларсен. — То есть я хочу сказать…