МЖМ
Шрифт:
– Ну, только если ради этого.
Гадалка улыбнулась не без лукавства:
– Не только ради этого.
– А ради чего еще?
– А это сам узнаешь и без меня. И помни: никто твою Наташу у тебя не отнимет. На это защита стоит. Не моя. Деда твоего. Непробиваемая. Всё! Вон отсюда! И чтоб глаза мои тебя больше не видели!
Глава 2
По крайней мере, месяц меня терзали всяческие сомнения. Флакон лежал в укромном месте, терпеливо дожидаясь своего часа, а я всё думал, думал, думал – до тех пор, пока с женой не случился очередной приступ. Она закатилась в истерике, после чего упала в обморок. Я вызвал Скорую. К ее приеду Наташа пришла в сознание и как ни в чем не бывало приступила к готовке ужина. Фельдшер замерил пульс, давление и посоветовал обратиться к неврологу или хотя бы попить успокоительное. Уже ни о чем не думая в тот же вечер я достал флакон, незаметно добавил несколько капель зелья в вечерний кофе моей несчастной супруги, и начался отсчет девяти дней.
Волосы моей жены похожи на белые паруса мечты, скрывающейся за горизонтом. Глаза цвета южного моря – пронзительно голубые и теплые. Длинные красивые пальцы. Никакого фитнеса. Никаких ботексов и прочей новомодной фальши. Грудь между вторыми и третьим размером. Немного косметики и золотая цепочка с крестиком. Две сережки и обручальное кольцо. Идеальная хозяйка. Прекрасная мама. И моя верная жена.
Я привык к ее красоте, к ее верности, к ее заботе о семье и о доме. В какой-то момент я перестал это ценить практически совсем, стал воспринимать это как нечто само собой разумеющееся, мне стало скучно и в поисках новых впечатлений я, как это ни банально, стал ходить налево. Но случилась авария, в которой я чуть не погиб, и мое представление о жизни в принципе и о моей Наташеньке в частности буквально перевернулось. Я увидел, как дорог был для нее всегда, как она ценила и берегла нашу семью. А я не ценил и не берег ни ее, ни нашу семью, ни саму жизнь.
И теперь пришла пора отдавать долги и платить по счетам.
Первые дни после того, как Наташа, не ведая того, закончила девятидневный курс лечения от верности, я не находил себе места, с трепетом и ужасом ожидая раскрутки магической спирали. Малейшее опоздание Наташи с работы воспринималось мной, как знак того, что она уже с кем-то познакомилась. Воображение рисовало всякие картины: то как к ней подъезжает дорогая иномарка с выхолощенным самцом, пока она стоит на автобусной остановке, тот как к ней приклеивается некто в очереди на кассу в супермаркете, то как она, вся цветущая и готовая к первобытной любви, идет-плывет по улице, а ей навстречу – красавец с голливудской внешностью. Вот они разминулись, вот он остановился и обернулся, остановилась и она, взгляд, улыбка, ближайшая кафешка…
Но прошел месяц, потом второй и третий, и я понял, что ничего, ровным счетом ничего не происходит. Ни с кем не знакомится, ни с кем не общается. Телефон ее, как и раньше, не заблокирован, и сообщения она никому не строчит. Одевается так же. Макияж тот же. Никаких признаков того, что в ее жизни что-то изменилось. Но случилось другое: приступы постепенно стали сходить на нет. И это было уже настоящим прорывам. Неужели всё так просто? Неужели Наташа перестала испытывать страдания, и за это не придется приносить ее в жертву разврату и блуду? Что ж, если так, то это даже немного скучно…
Конец ознакомительного фрагмента.