Шрифт:
Annotation
Цвикевич Георгий Юрьевич
Цвикевич Георгий Юрьевич
Мысли вслух.
ИТЬ С ЗАКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ ЛЕГКО,
НЕ ОСОЗНАВАЯ НИЧЕГО ВОКРУГ.
СТАНОВИТСЯ СЛОЖНЕЕ БЫТЬ СОБОЙ, НО НЕТ НИЧЕГО НЕВОЗМОЖНОГО.
НО МНЕ УЖЕ ВСЁ РАВНО.
ДАВАЙ ПОЙДЁМ СО МНОЙ, Я НАПРАВЛЯЮСЬ К ЗЕМЛЯНИЧНЫМ ПОЛЯНАМ.
НИЧТО НЕ СУЩЕСТВУЕТ И НИ О ЧЁМ НЕ СТОИТ ВОЛНОВАТЬСЯ.
ЗЕМЛЯНИЧНЫЕ ПОЛЯНЫ НАВСЕГДА.
БИТЛЗ. "ЗЕМЛЯНИЧНЫЕ ПОЛЯНЫ".
О ЖИЗНИ И СМЕРТИ.
Вчера мой шестилетний внук некоторое время рассуждал на тему смерти, и интересовался каким образом люди умирают. Я пытался как-то это ему объяснить, но был очень неубедителен, и видимо подорвал свой авторитет в его глазах.
А собственно, что можно было объяснить? Я, лично ничего не сделал для того, чтобы получить жизнь. Я не планировал её получить, и не знал, что кто-то подготовил мой приход в этот мир, и что я прийду в него именно в таком виде, в каком и существую в настоящий момент.
Странно, но я не знаю, когда я уйду из этого мира, и каким образом я это сделаю. Опять, как и в случае с моим появлением, я отлыниваю, и ничего не планирую. У меня очень смутное представление о моём собственном строении. Я практически ничего не знаю о том, как протекают основные процессы в моём организме. Я силюсь понять, когда и каким образом в первый раз застучало тогда ещё моё маленькое сердце, и что заставляет его работать без перерыва уже шестьдесят четыре года.
Я не понимаю как из земли вырастает дерево, как кошки и собаки находят дорогу к дому за тысячи километров. Я немало прожил на свете по человеческим меркам, но так и не понял, где располагается моя душа, отчего так рано умерли все мои друзья, почему надо кого-то очень любить, а потом расставаться с ним навсегда.
Я не могу повлиять на свой собственный процесс старения, не умею предсказать будущее для себя и для своих близких. Я не совсем понимаю зачем мне дано так любить окружающий меня мир, восхищаться его красотой, ощущать каждой клеточкой его величие и взаимосвязанность всех его элементов.
Что хотел увидеть во мне Творец? Что он хотел, чтобы я увидел своими глазами? Зачем я ему - такой маленький и такой уязвимый? Так я и живу, не понимая каким образом я это делаю, зачем я это делаю, и что ждёт меня за границей моей физической смерти. Но чем меньше я понимаю в чём смысл моей жизни, тем больше я эту жизнь люблю, уже не слишком задумываясь над этим парадоксом.
***
В царстве Аида скрыты многие тайны и великие разгадки. Однажды и нам доведётся пройти через эти врата. Там ли, а может в других сферах есть надежда встретить тех, по кому болит сердце. Много ли значит короткий миг, проведенный в мире иллюзий? Но пока бьётся сердце и видят глаза - ничего лучшего нет и быть не может.
***
Как мало мы знаем об этой жизни, чтобы с ней расстаться! Как много мы знаем о жизни собственной, чтобы полюбить её беззаветно! Люди уходят каждый день, исчезают, будто их и не было.
Ещё вчера он был со мной рядом, пожимал мне руку своей тёплой рукой, лучились его глаза, его голос говорил мне о том, как велик человек. А сегодня его нет, он исчез, как утренний туман, и там, где он недавно стоял - пустота.
Люди исчезают бесследно, от них не остаётся ничего - ни голоса, ни жеста, ни запаха, ни лёгкого абриса. Ушедшие поселяются в нашей памяти, в нашем сердце. Мы храним их любовь, пользуемся их привычками, перенимаем их жесты, их образ мышления. Зачем они были? Зачем мы есть? Господи?!
***
Мы - люди Севера, но мы не замерзнём, пока в наших сердцах живёт любовь. Давайте, прислушаемся к собственной душе, замрём на мгновение, как замирают спасатели на развалинах домов в поисках жизни. Ещё ничего не потеряно, но нельзя бесконечно жить шумом и никчемностью ускользающих дней.
***
Мы приходим в мир неосознанно, постепенно обретаем себя, поначалу лишь настолько, насколько требуется чтобы быть счастливым, не понимая этого, просто пользуясь состоянием сознания и тела. По мере роста сознания (души?), появляется недовольство собой, окружающим миром, существующим положением вещей, и угрозой неминуемой смерти.
Начинаются лихорадочные поиски бессмертия, при этом, выполняется природно-социальный минимум по материальному обеспечению, карьерному росту, обретению семьи и продолжению рода. Появляется привычка - та, которая по классику является заменой счастья.
Постепенно исчезают иллюзии, груз несбывшегося и обломки того, что было построено, но рухнуло под напором времени начинает давить, перегруженную бесплодными исканиями душу. Вопросы о смысле собственной жизни, о её значимости начинают доминировать во внутреннем мире. Поиски смысла жизни часто заводят в тупик.
Единственное спасение - в обретении Веры. Через Веру можно расширить границы поисков и даже найти ответы на некоторые вопросы, которые так мучают душу. Но человек мыслящий и творческий всегда будет колебаться между тем, что он считает реальностью и сферой духовной, метафизической. Мой незабвенный учитель - поэт Эрнст Портнягин - написал такие замечательные строки:
" Что делать, если даль глуха,
присыпан пылью подорожник.
Здесь от молитвы до греха
всю жизнь колеблется художник..."
***
В нас есть желание понять истинную ценность жизни, желание хоть что-то исправить, хоть как -то ощутить радость от того - очень простого, что надо было бы делать всегда, но что невозможно всегда делать, ввиду того, что есть молодость с её эгоизмом, есть животно-плотское, которое частенько берёт верх в человеке, есть лень и зависть, есть безразличие и вялость души.
Мы так устроены, что чаще созреваем духовно к тому моменту, когда лепестки уже подвяли, и вот-вот готовы опасть, когда душе уже ничего другого не остаётся, как покинуть своё временное пристанище, к которому она кажется привыкла. Но большая удача и истинное наслаждение для души, когда ещё в своём старом теле, она почувствует свою сопричастность со всей вселенной, примет как великое чудо осознание величия и красоты нашего Божественного Мира.