Мультилюди
Шрифт:
– Что-то не очень. А в чем заключалась моя роль?
– Ты – наша память. Около года назад, когда нам пришлось лечь на дно, мы стерли у себя в мозгу часть информации, которая могла попасть к террористам… Ну не застрелиться же, в конце концов!..
– Бред… Это же все я только что придумал!
– Ага, молодца! Ты просто талант у нас… Слушай дальше. У тебя в мозгу три чужих образных пакета – мой, сестренкин и Свина. Мы собирались найти тебя, когда можно будет подняться со дна, и слить эти пакеты себе в черепушки обратно. Для инициализации этого процесса – еще до подключения аппаратуры – ты должен был набрать на компе ряд условных текстов – для запуска естественных мозговых процессов.
Но как оказалось, еще до того, как мы тебя нашли, что что-то засбоило у тебя в коробчонке, и ты где-то выдал себя… Во всяком случае, мы знаем, что тебя таскали в ФСБ… Но об этом ты расскажешь нам позже…
– А что за тексты я должен был набрать для этой самой… инициализации?
– Это Свин больше в курсе: он у нас по части промывания мозгов. Что-то отвлеченное. По китайской тематике, кажется. Про учителя и ученика… В общем, чушь какая-то про каратистов и шао-линьских монахов…
Олег, продолжал слушать Либидо и, ничего не понимая, вытирал со лба проступивший пот.
Вот это компот! Вот это свалка интеллекта! Вот это коктейль из мистики и реальности!
Но, во всяком, случае, в этих словах есть какая-то доля рационального. Ведь все действительно началось с текста по «китайской тематике», с этого злополучного сочинения. И если он таким образом инициировал непонятные процессы в своем сознании… И если можно верить этому человеку…
– А что должно было происходить со мной после инициализации?
– Все просто: микроволновый сканер снимает чужие образные пакеты и стирает их у тебя. Почти никаких потерь для нейронов. Но это должно произойти в течение трех часов после инициализации. Иначе содержимое образных пакетов может, так сказать, «протечь» в сознание носителя… Боюсь, это и произошло с тобой, Эго…
– И что теперь со мной будет? – Олегу стало не по себе. Он начинал верить во все сказанное. Должен же человек во что-то верить?
– Это пока не изучено, если честно. Думаю, ничего страшного, если не держать это в себе. Естественная защита – изливать давящую изнутри информацию вовне. Например, на бумагу. Или в компьютер. Иначе, может кончится чем-то психическим…
– Шизофренией, например, – предположил Олег.
– Возможно. Если тебя это утешит, скажу: здесь пострадали мы все. Если образные пакеты инициированы и прорваны – то мы остались без собственной памяти. Во всяком случае, без той ее части, которая необходима нам в работе.
– И ничего уже нельзя сделать?
– Понимаешь, Эго, все зависит от того, в каком виде ты выплескиваешь внутреннюю информацию вовне и, в частности, на бумагу. Возможно, что-то поможет нам восстановить память по ассоциативному ряду. Ведь эта область и вправду не изучена. Это, между прочим, наше ноу-хау, мы рассчитывали заработать на этом. Если бы не дикая идея Свина использовать чужие мультисистемы, а особенно мультисистемы террористов, которые не защищены законом, сам понимаешь… Тяга к халяве все погубила… Хотя, возможно, и не все.
– Так вы не боритесь с террористами? – спросил Олег и понял, что ляпнул глупость.
– Вчетвером?! Да побойся бога, Эго! Мы вляпались в эту историю только из-за невозможности пользоваться легальными мультисистемами – а кто выдаст патенты ворам? Все права отсудят собственники аппаратуры. А мультисистем террористов в правовом пространстве не существует, используй их, как хочешь, если не боишься – вот и ответ!
– А нельзя было как-то договориться, действовать по закону?
– Мы с самого начала начали не так, как следовало бы. А сейчас это уже слишком жирный кусок. На стадии разработок нас бы прижали военные. Ведь мы и начинали-то, работая на военных…
– Причем, на американских. В Калифорнии, отдел военных нейросистем.
– Этого мы тебе не говорили… Сто процентов, не говорили! Хм… Вот даже как. Ты хоть понял, откуда у тебя эта информация?
– О чем ты?
– А вот о чем: в тебе чужой образный пакет. И он «поплыл». Если хочешь помочь старым друзьям и вспомнить, что сам забыл – поработай клавишами компа – и поделись результатами с нами. Тебе компьютер нужен? Могу дать…
– У меня есть…
– Окей. Пожалуйста, все, что будешь вспоминать, описывай как можно тщательней. Поверь – и тебе от этого станет легче… И просьба – все, что ты уже насочинял, – скинь мне на болванку… Вот, держи… Тогда до завтра? Вот мой номер…
Либидо выхватил откуда-то из-под плаща ручку и нацарапал номер прямо на ладони у Олега.
– Только не звони без крайней необходимости. Захочешь встретиться – пришли по СМС сообщение «1», почуешь слежку – «2», потребуется помощь – «3». А пока пиши. И пиши побольше!
Незнакомец встал и быстро ушел.
Выходя из кафе, Олег заметил своих соглядатаев.
«Достали… Ну, я вам покажу, – недобро подумал Олег и внутренне усмехнулся. – Любите играть в шпионов? Ну, давайте…»
Олег нарочито подозрительно огляделся и быстро пошел в сторону, противоположную той, куда пошел его новый знакомый. Как и предполагалось, наблюдатели двинулись следом. Про себя Олег отметил, что если бы не назвавшийся Либидо, он никогда не заметил бы слежки.
С мокрой набережной Олег свернул на мокрые улочки приморского городка и попытался оторваться от преследователей.
Те плотно следовали за ним, тем не менее, ловко маскируясь среди немногих прохожих.
Олег прибавил шагу. Наблюдатели немного отстали, но находились в поле зрения.
Олег немного развеселился и решил проверить, что будет, если попытаться убежать.
Он побежал, постепенно увеличивая скорость, и холодных брызг, летящих в лицо, стало больше.
Как он, оказывается, забыл это ощущение – детское ощущение бега под дождем! Совершенно иррациональный восторг и радость жизни! И даже одышка куда-то пропала… Олег вдруг забыл о цели своего бега, наслаждаясь своим полетом в воздушно-водной стихии, а когда вспомнил, то, не снижая темпа оглянулся. Преследователи пропали.