Чтение онлайн

– Что за человек был твой отец? – спросил он у Элеаны.

– Я его не помню. Мама говорит, что он был добрым.

– Она знала, что он любит эту девицу?

– Понятия не имею.

– А были у твоего отца другие женщины?

– Этого я тоже не знаю. – Голос Элеаны стал резким. – Мама никогда не говорит много об отце. Каждый раз, когда дядя Джон или кто-нибудь другой вспоминает о нем, она плачет.

– Она все еще любит его, да?

– Думаю, что так. Во всяком случае, она больше не вышла замуж.

– Как она выглядит?

– Хорошо. Высокая, с серыми глазами и маленькими морщинками возле них. Они появляются, когда она смеется или улыбается. Высокие скулы, как у меня...

– А каков твой отец?

– Тоже высокий. Я похожа на него.

– Помчится, ты мне говорила, что нз помнишь его.

– Я описала его тебе по рассказам матери. – Элеана наморщила нос. – Но почему ты спрашиваешь меня об отце?

– Пытаюсь убедиться, что это не твой отец убил Санчеса.

– Почему?

– Думаю, что моя история будет интереснее, если я придумаю другого убийцу.

– Но этот медальон?

– Весьма возможно, что это специально подстроено. А почему не Кончите? Можно предположить, что она все еще живет с твоим отцом. Она перехватила письмо Санчеса, в котором он извещает о твоем прибытии в Мексику. Потом Кончита под каким-то предлогом заманивает Санчеса в Урапан, где всаживает ему в грудь кинжал, чтобы помешать Санчесу встретиться с твоим отцом, а твоему отцу – с тобой.

Бюстгальтер стеснял Элеану. Она села на кровать и расстегнула его.

– А кто такая эта Кончита?

– Это та танцовщица на канате, которую забрал с собой твой отец.

– А, с кем удрал мой отец... – В Элеане воскресла учительница. – Только ее звали не Кончита, а Тамара.

– Тамара – это не мексиканское имя.

– Но это имя женщины, с которой исчез мой отец, – пожала плечами Элеана. – Но зачем ей понадобилось убивать Санчеса?

– Я только что сказал тебе это. Чтобы помешать твоему отцу установить с тобой контакт. – Коннорс постепенно вживался в свою историю. – Прошло двадцать лет. Ее тело, раньше такое гибкое, отяжелело, у нее появился второй подбородок...

Элеана взяла у Эда сигарету.

– Это, должно быть, очень соблазнительно для любителя женщин?

– Она знает, что твой отец пресытился ею, – продолжал Коннорс, будто не слыша фразы Элеаны, – и боится, что если он увидит тебя, то эта встреча может разбудить в нем воспоминания о былом и он решит вернуться в Штаты.

– Где его разыскивают за убийство!

– Я забыл об этом, – признался Коннорс.

Элеана затянулась и вернула сигарету Эду.

– Нет, Эд, это не звучит. К тому же. Тамара умерла. В письме, которое отец прислал дяде Джону, одновременно с чеком на пять тысяч долларов, он сообщил, что вскоре после прибытия в Мексику произошел несчастный случай и Тамара погибла.

– Кажется, ты говорила, что твой отец не вернул ни цента из тех денег...

– Нет, я никогда этого не говорила. Это письмо пришло много лет назад. Мама рассказывала, что дядя Джон тогда считал отвратительным то, что отец только высылает деньги на мое содержание и ни разу не пожалел о случившемся. Потом пришли письмо и чек, и дядя успокоился. Но мама была тогда в столь стесненных обстоятельствах, что дядя Джон отдал маме эти пять тысяч, чтобы окончательно расплатиться за дом, в котором мы и живем по сей день.

– В котором мы продолжаем жить, – поправил ее Коннорс.

– Ты, вероятно, не знаешь, каким оружием убил твой отец мужа Тамары? – спросил Эд, обводя карандашом имя "Кончита".

– Полагаю, ножом. – Элеана встала и посмотрела в окно.

– Тем хуже, – проговорил Коннорс. – Предположим, это твой отец убил Санчеса...

Эд вытащил бумагу из машинки и скомкал ее, потом скинул ботинки и растянулся на кровати. Элеана отошла от окна и тоже села на край кровати.

– Это я втянула тебя в эту мерзкую историю, не так ли, Эд? Теперь ты погряз в ней, и я тоже. Не вижу способа выбраться из нее. Но что мы будем делать дальше?

Коннорс поцеловал кончики пальцев Элеаны.

– Я напишу два страшных романа по пятнадцать тысяч слов в каждом. Шад пришлет шестьсот пятьдесят долларов или больше. Часть этих денег пойдет на покупку билетов, а на остальные – снимем номер в лучшем отеле Эль Пасо и будем пить шампанское. – Он ласково провел рукой по затылку Элеаны.

– Кстати, напомни, я никогда не говорил тебе, как ты мне нравишься?

Элеана тяжело задышала, а ее акцент стал еще заметнее.

– Кажется, что-то подобное я уже слышала.

– Как давно это было?

– Ну, что ж, если хорошо подумать, то выяснится, что прошло уже несколько часов.

Коннорс потянул девушку к себе, и их губы встретились.

– Нет, Эд, – слабо запротестовала Элеана.

Расстегнутый бюстгальтер соскользнул с ее плеч, представив Коннорсу еще больше возможности для поцелуев. Глаза девушки загорелись зеленым цветом, прогоняя серый, и комната, казалось, расширилась. Шум на улице заглох. Какой-то паровоз свистнул в отдалении и тоже замолчал. Они остались одни во всем мире. Элеана смирилась.

– Дай мне хоть юбку снять!..

Утренние колокола еще не начали звонить, когда Коннорс напечатал цифру "30" в правом углу страницы, ниже последней строчки и отодвинул стул. Он давно уже не писал так много и так быстро. И ему понравилось то, что он написал. Клуб "Книга месяца" не купит его произведение, но он писал не для него. Это был старый добрый "полицейский" роман с ударами кулаков в каждом абзаце и с трупом на каждой второй странице.