Шрифт:
Пролог
– Доктор Кин, вы сюда деньги пришли зарабатывать или изображать из себя невинность?
Его голос… Такой жестокий, холодный и предвкушающий. Он даже не коснулся меня, а по ощущениям уже сомкнул пальцы на горле. Наверняка мечтал об этом там – в лаборатории, два года назад. Я слишком хорошо помнила его взгляд – решительный, злой, полный намерений спастись любой ценой.
И он спасся. Чтобы теперь прийти за мной вот так…
Пальцы тряслись, когда я искала застежку лифчика.
Как и за что я оказалась в этом кошмаре – вопрос риторический. Только одна мысль о том, что дома ждет голодный Денни, привела меня в чувство.
Когда я получила письмо с приглашением на высокооплачиваемую эротическую съемку, мне сказали, что у записи уже есть заказчик – кому-то я где-то приглянулась. При мысли, что какой-то богатый жердяй будет кончать от порнухи с моим участием, начинало мутить. Но от голода мутило гораздо реальней. Агент словно знал, в какой момент подсунуть мне это приглашение – тем утром я как раз вытащила из шкафчика предпоследнюю пачку с хлопьями и получила извещение об увольнении.
И вот теперь я здесь. Стою в тесной душной комнате с «неизвестным коллегой» по несчастью, как думала изначально. Ну что такого, казалось мне, договоримся с бедолагой, которому живется так же хреново, найдем общий язык и покажем «любовь» на камеру. Абы кого с улицы сюда не взяли бы – мне пришлось пройти дорогостоящую проверку, подтвердить параметры тела, сделать фотосессию в белье…
Только никакого бедолаги не оказалось. Стоило мне шагнуть в раздевалку, я чуть не рухнула на колени: на меня смотрел Кайл – призрак из прошлого, которого здесь не должно быть. А он был. Идеальный, каким его создали когда-то. Высокий, сильный и до одури пугающий – идеальная машина для убийства. Каждую секунду ожидая его броска, я пыталась совладать с трясущимися руками.
Он приблизился неслышно:
– Доктор Кин, – выдохнул мне в шею и коснулся пальцами позвоночника между лопаток.
– Не трогай меня, – я прикрыла глаза, упираясь ладонями в стенку, у которой стояла.
Первым желанием было выяснить, что он тут забыл, как вышло, что мы встретились в этом «предбаннике»? Но смысла в этом не было. Я ничего не хотела знать. Дам заднюю – не заплатят, а пачки хлопьев на завтра у меня уже нет.
– Погнали, Кайл? – усмехнулась мутному отражению в темно-красной пластиковой панели и обернулась… чтобы впечататься в стенку лопатками.
Он смотрел на меня странно даже для киборга. Внимательно, изучающе, будто мы с ним поменялись местами, и теперь он – кибернетик, а я – подопытный киборг.
– Только ты и я, да, доктор Кин? – больное предвкушение пропитало его голос.
– Зови меня Рошель, – губы искривила болезненная усмешка, я задрожала. – Не знала, что ты трахаешься, Кайл…
– Ты многого обо мне не знала, – довольно усмехнулся он. – Я обещал им, что будешь сопротивляться. Это стоит дороже…
– Больной ублюдок, – только и успела процедить, как он прижал меня к стенке и ворвался в рот языком.
Пролог_2
Жесткие пальцы обхватили затылок, и я забилась о холодный пластик. Контраст обжигающего холода стены и его горячего тела обострил чувства до предела. Голова закружилась, и я вцепилась ногтями в плечи Кайла.
– Да ты профессионал, Рошель, – оторвался он от моих губ и, подхватив меня под мышки, понес к двери.
Приглушенный точечный свет, зеркальные стены и круглая кровать в центре квадратной комнаты – все, что я увидела перед тем, как он толкнул меня в ее центр на живот. Вскинув голову, я загнанно осматривала помещение, ожидая увидеть что угодно – толпы операторов, режиссера…
Только все уже стало неважным – шоу должно состояться. Я прислушалась, тяжело дыша. Матрас позади прогнулся под тяжестью мужчины, его руки легли на кружевную резинку трусов и потянули вниз, давая мне возможность прочувствовать каждый миллиметр моего унижения.
«Девяносто восемь килограмм, сто девяносто восемь сантиметров…» – услужливо подсказала память.
– Не делай мне больно…
Зачем я это сказала? Он с силой впечатал руки с обеих сторон от меня, уменьшая и без того тесное пространство.
«Не делай мне больно… больше», – фраза, которая нас связывала. Единственное, о чем он однажды попросил в тишине лаборатории. И этого хватило, чтобы я уволилась. Но уйти из «Тайкун Лабораториз» просто так мне не дали. Их службы проследили, чтобы работу я больше не нашла.
Между лопаток обожгло жгучим укусом, а в ложбинку между ягодиц ткнулась твердая горячая плоть – он прижался бедрами вплотную. Кошмар приобретал оттенки эротического сна. Я испуганно смотрела на свои широко раскрытые глаза, и Кайл тоже поднял взгляд на наше отражение, член перестал упираться между ягодиц, его сменила ладонь…
Я не была с мужчиной очень давно, даже и не помнила сколько. Тело, забывшее о том, как это, когда тебя касаются вот так, отозвалось жаром и бешеным сердцебиением. Кайл придавил поясницу одной рукой, а второй скользнул между ягодиц, спустился ниже и тронул средоточие нервов… А осознание того, что на нас смотрят, добавило эмоциям адского перца.
– Твою ж мать… – выдохнул он изумленно, врываясь в лоно пальцами и чувствуя бешеные сокращения его стенок.
Я вцепилась в простыню, не в силах прийти в себя, чувствуя, как дрожь от низа живота подбирается к ребрам. Так сладко и болезненно, что я громко застонала, наплевав на все и всех. Стыд смешался с острым удовольствием, бросая рассудок в спасительный туман. Кайл потянул меня к себе и развернул на спину, нависая сверху. Его лицо склонилось ниже, губы почти коснулись моих:
– Я думал, будешь беситься…
– Я думала, будешь трахать, – пьяно оскалилась я.
Что я несу? Хотя… а что мне оставалось? Доставить ему и всем наблюдателям удовольствие своим сопротивлением? Пусть выкусят.
– Буду, – его голос дрогнул и охрип, меж бровей залегла злая морщинка. Неужели не ожидал?
Я застонала, когда он рывком уложил меня ближе к краю и широко раздвинул ноги. Жесткие пальцы с такой силой впились в бедра, что пришлось признать – напоминания об этом кошмаре будут долго цвести радужно-желтыми пятнами. Но когда его язык скользнул между дрожащих складок, я об этом больше не вспоминала. Несколько умелых прикосновений, и меня снова накрыло волной оргазма.