Чтение онлайн

Как-то раз, когда я, как всегда, подкалывал Лебедева насчёт его возраста, он психанул. В итоге всплыла ещё одна правда. Живут Морты вовсе не вечно, дольше нашего, но не так, чтобы сильно. Два века считается долгожительством. Грубо говоря, как и у нас старушка лет на сто пять. А средний возраст: сто – сто пятьдесят лет. Если учитывать наш, то раза в три превышают.

Наши долгожители – это скорее следствие смешения крови с древними. Изначально мы были созданы так, чтобы заканчивать свой путь в пятьдесят-семьдесят лет. Да много чего он поведал в тот вечер, когда я узнал, что Машка жива. Много выплывало после. Ведь сразу всё не упомнить.

Лебедев выставил приборы на полу храма так, чтобы они заняли места под световым барабаном купола храма. Затем установил полированную прозрачную каплю в центре. Мы всю голову изломали, что это за хрень, когда думали, загружать её с собой или это просто туфта ненужная. Оказалось, что вещь архиценная.

После этого он включил тумблеры на коробе. Они, к слову, тоже были выполнены из камня, только чёрного. Работали на поворот между отметками «Вкл» и «Выкл». Шар в центре завибрировал, и вибрация эта вначале превратилась в гул и отдалась лёгким зудом в ступнях. Воздух вокруг мгновенно запах озоном, а шар налился тусклым голубоватым свечением. Точно таким же загорались коробки, или, как их назвал Фонарь: «Щебёночный сервак».

– Можете играться, – с кривой ухмылкой произнёс Лебедев. – Всё готово.

Ленка отобрала у меня Прыгуна, сразу заявив, что у неё опыт паркурщика круче моего. Саня взял себе Лизуна, ну а мне достался Таран.

Да будет свет.

Мир снова поменял краски. Изображения предметов приняли белые контуры. Я попробовал кнопки, как и в прошлый раз, управление осталось прежним. Вперёд, назад, повороты при помощи головы. Крик, который похож на гудок паровоза, сделал мир более ярким. Вот только на этот раз вокруг присутствовали обычные заражённые.

Они тоже отреагировали на призыв и толпой рванули туда, где я сфокусировал свой взгляд. И пока волна яркости не угасла, они полностью подчинялись мне. Рядом кто-то приземлился, я повернул голову, и снова сюрприз. Радом приземлился Прыгун, полагаю, что сейчас в нём сидела Ленка. Но видел я его отчётливо. Нет, точно так же, контурами, но яркими, даже какими-то золотистыми линиями. Присмотревшись к мертвякам, я заметил, что их контуры тоже были золотистого цвета.

– Лен, это ты? – спросил я вслух.

– Догоняй, – услышал я её голос, а мой аватар получил затрещину когтистой лапой.

Крик Прыгуна окрасил яркими линиями мир вокруг, а сам хозяин широким прыжком влетел на стену. Новый вопль, и Ленка, отталкивая своего аватара от стены, ушла ещё выше. Свободным ухом я услышал её коронное: «Юу-ху-у!», которое эхом разлетелось под куполом храма.

Я взревел паровозом и рванул вслед за Прыгуном. Рывок оказался не такой, как я ожидал. Когда впереди замаячил столб, свернуть с траектории движения не получилось. С гулким стуком я врезался в него, мой аватар отпрянул, и мне пришлось приложить усилие, чтобы не завалиться. Однако столб не выдержал такого надругательства над собой и с хрустом повалился на дорогу.

Тут же подоспели и мертвяки, они среагировали на моё направление, а звук падающего столба сработал дополнительным шумом. Они накинулись на бетонную конструкцию, но быстро поняли, что поживиться здесь нечем.

Ну теперь хотя бы понятно, как всё работает. Механика проста, как мозг поросёнка. Сейчас бы ещё врага какого отделать. Да где же его взять.

Рядом снова что-то шмякнулось и издало квакающий звук. Я посмотрел на Саню, – а это был его аватар, – и точно так же, как совсем недавно сделала Ленка, отвесил ему леща.

Вообще, я хотел пошутить, но вышло чуть иначе. Он моего подзатыльника, а точнее пинка, аватар Санька умер. Язык раскатился по дороге, словно пожарный шланг.

– Мля, Кузов, ну зачем? – обиженным голосом произнёс Саня в реальном мире. – Я и так еле до вас доскоблил.

– А как ты узнал, что мы здесь? – тут же спросил я.

– Ты зажми обе кнопки движения, и поймёшь, – ответил тот.

Ну я и попробовал. Мир вокруг изменил очертания. Точнее, он просто пригасил свои контуры, а я вдалеке увидел золотистую фигурку, которая прыгала и кувыркалась.

– Понял, а если другие две зажать? – спросил я и одновременно ткнул кнопку голоса и атаки.

Ничего особенного не случилось, мой аватар взревел и рванул куда глаза глядят. Дверь подъезда прогнуло дугой, а мне снова пришлось ловить равновесие. Я помахал руками, попеременно нажимая кнопки взад и вперёд. Вроде удержался.

Была у Тарана одна неудобная вещь в управлении. Передние лапки были маленькие. Как у того динозавра, который Ти-рекс. Так вот, чтобы нанести удар, нужно было зажать кнопку движения и махнуть рукой. Тогда мой Таран отвешивал знатного пинка. По крайней мере, жабья голова Сани чуть не отлетела.

Игрались мы долго. Саня тоже более или менее привык к своему Лизуну. У него были свои плюсы. Да, может быть он и был медленный, но зато карабкался по стенам и потолкам словно муха. Да и язык у него стрелял метров на десять.

Врагов мы так и не обнаружили, так что через какое-то время Фонарь дал команду отбой. Я заранее предупредил друзей, чтобы те не скидывали резко очки. Поэтому, покинув своих аватаров, мы немного постояли с закрытыми глазами. Помогло, возвращение вышло не таким тошнотворным, как в прошлый раз.

– Ну, что скажешь? – спросил я нашего спеца по компьютерам. – Сможешь создать подобное?

– Ну вот такое точно нет, – указал он пальцем на светящиеся коробки и сферу. – Но наши, человеческие технологии умеют не хуже.

– Так а я тебя о чём? – спросил я. – Сможешь, или нет?

– Тут, понимаешь, есть свои нюансы, – начал Фонарь свою песню.

Дальше понеслись термины типа серваки, частота сигнала, айпи и многое другое.

– Это он с кем сейчас разговаривал? – повернулся я к друзьям. – Алё, Фонарь, Аркадич немного правее.