Чтение онлайн

— Диана вдруг стала очень популярной, — сказал старик.

— Что?

— Очень популярной, — повторил он. — Обычно у Дианы не бывает гостей. Она порой заходит ко мне поиграть в шахматы. И странно мне вот что: насчет нее вчера спрашивал еще один деятель.

— Еще один? — Марк нахмурился. — Кто?

— Ее друг, — ответил старик. — Парень с больным горлом. Ему приходится подключать эдакую штуковину к шее и говорить через динамик. Кошмарная вещь.

— А Диана не говорила вам, к кому она может поехать в гости? — спросила Лаура, возвращая разговор в прежнюю колею.

— Не-а. Просто сказала, что уезжает на уик-энд. Сказала, едет на север.

Было очевидно, что старик больше ничего не знает.

— Спасибо вам, — сказала Лаура и старик, пожелав им доброго дня, закрыл дверь.

Возвращаясь к машине Лауры, Марк пнул сосновую шишку и сказал:

— Звучит нехорошо.

— Что?

— Насчет этого парня с плохим горлом. Звучит нехорошо.

— Почему? Может, это один из ее учеников по гончарному делу.

— Может быть. — Марк стоял уже рядом с автомобилем и прислушивался к ветру, гуляющему в голых деревьях. — Просто у меня нехорошее чувство, вот и все.

Он залез в автомобиль, и Лаура села за руль. Их поездка была для Лауры получением образования в радикальной философии и учении дзен. Марк Треггс был набит сведениями о вооруженной борьбе шестидесятых, и они вдались в долгую дискуссию насчет убийства Джона Ф. Кеннеди как момента, когда Америка стала отравленной.

— Что мы теперь будем делать? — спросил он, когда Лаура завела мотор.

— Я собираюсь дождаться, когда Беделия Морз вернется домой, — сказала она ему. — Ты свою роль выполнил. Если хочешь, я куплю тебе билет на самолет назад в Чаттанугу.

Марк принял решение на обратном пути в Энн-Арбор.

— Диди не станет с тобой разговаривать, если меня здесь не будет, — сказал он. — Она даже не пустит тебя на порог. — Он откинул свои длинные волосы за плечи и посмотрел на деревенский пейзаж за окном. — Нет, мне лучше быть рядом, — решил Марк. — Я попрошу Розу, чтобы в понедельник позвонила и сказала, что я болен. Никаких проблем.

— Я думала, ты рвешься домой.

— Это да, но… наверное, мне хочется повидать Диди. Ты знаешь, ради прежних времен.

Было кое-что, что Лаура намеревалась спросить, и теперь, казалось, пришло время.

— В своей книге ты посвятил Диди строчку: «Храни свою веру и люби того, с кем ты сейчас». О ком это ты говорил? Она живет с кем-то еще?

— Ага, — сказал Марк. — Сама с собой. Прошлым летом я отговорил ее резать себе вены. — Он быстро взглянул на Лауру и отвел взгляд. — Диди несет на себе страшную тяжесть. Она не тот человек, кем была прежде. По-моему, прошлое ее гложет.

Лаура посмотрела на руки и заметила одну вещь, которая ее почти встревожила. У нее не было маникюра, и ногти были грязными. Утренний душ она приняла наскоро. Бриллиант на обручальном кольце — связующее с Дугом звено — потускнел. До этого ужаса всегда тщательно занималась ногтями и чистила кольцо. Теперь все это казалось невероятно бессмысленным.

— Хмырь с плохим горлом, — тихо сказал Марк. — Ищет Диди. Не знаю. У меня мурашки бегут по коже.

— Почему?

— Если он из ее учеников, то разве не знал, что она уехала из города?

— Не обязательно. Он хмыкнул.

— Может, ты и права. Но мне это все равно не нравится.

— Этот годится? — Лаура показала на возникший слева мотель «Дейз-Инн». Марк сказал, что ему годится, и она повернула на стоянку. Первое, что она собиралась сделать, попав в номер, — это позвонить в ФБР и связаться с Каслом, но она не собиралась выдавать ни Марка, ни Беделию Морз. Она знала, что ей не одну стену еще придется перелезть, чтобы поговорить с Диди лицом к лицу.

Пока Лаура и Марк устраивались в мотеле, высокий худой человек, оставивший темно-синий «бьюик» на грунтовой дороге в полумиле от дома Беделии Морз, возвращался через лес к своей машине, хрустя ботинками по прошлогодней листве. Он был одет в коричневые штаны и серую парку с капюшоном: цвета, незаметные в оголенном зимнем лесу. На шее висел фотоаппарат с телеобъективом, через плечо — мешок из камуфляжной ткани, где лежала антенна-тарелка подслушивающего устройства, наушники и миниатюрный магнитофон, а еще — заряженный автоматический пистолет сорок пятого калибра. Лицо человека было скрыто капюшоном, но при дыхании слышалось механическое потрескивание.

Подойдя к машине, он отпер багажник и положил фотокамеру и мешок рядом с черным кожаным чехлом, где лежала винтовка «Валмет-Хантер» тридцать восьмого калибра с оптическим прицелом и магазином на девять патронов.

Его дом находился в пятнадцати милях к северо-западу в городе, называемом Хелл 2 .

И туда он и направился, крепко сжав руль руками в черных перчатках и улыбаясь демонической улыбкой.

За спиной у Мэри Террор лежал Нью-Йорк. Над ней раскинулось серое небо, бронированное облаками. Она стояла на палубе парома, который вез группу туристов по исхлестанной ветром воде туда, куда лежал ее путь: к Плачущей леди на острове Свободы.

Мэри стояла внутри застекленного салона, укрываясь от ветра и держа на руках Барабанщика. Плачущая леди росла и росла, держа в одной руке факел, другой прижимая к себе книгу. Пассажиры в основном были из Японии и фотографировали, как сумасшедшие. Мэри укачивала Барабанщика и агукала ему, и с каждым метром ближе к цели все сильнее билось ее сердце. В большой наплечной сумке лежал полностью заряженный «магнум». Мэри облизала губы. Ей стали видны люди, расхаживающие у подножия Плачущей леди, видны люди, кормившие чаек с пирса, куда причалит паром. Мэри поглядела на часы. Было без восьми минут два часа. До нее вдруг дошло, до чего же большой этот остров Свободы. Где же должен произойти контакт? Объявление в «Роллинг Стоун» ничего про это не говорило. Ее собранность на миг сменилась панической тревогой. А если она не найдет Джека? Он будет ждать ее, а она его не найдет?

«Спокойнее, — сказала она себе. — Верь в карму и имей глаза на затылке».

Барабанщик заплакал. «Тише», — мягко сказала она ему и дала пустышку. Под ее глазами залегли темные круги: ее сон был неспокоен и наполнен призраками — свиньи с винтовками и помповыми ружьями, лезущие на нее со всех сторон. Покупая билет, она внимательно осмотрела группу туристов, ожидавших паром: ни от кого из них не пахло свиньей, ни на ком не было начищенных до блеска ботинок. Но здесь, на открытом месте, она не чувствовала себя в безопасности, и как только она ступит на остров Свободы, то тут же расстегнет сумку, чтобы быстро выхватить пистолет, — если надо будет.