Метатель. Книга 8

Мир вокруг меня схлопнулся с резким щелчком, выбрасывая из пузыря, где «обитал» Модуль-17, обратно в реальность. Меня буквально тряхнуло — словно кто-то дёрнул за невидимый крючок, вшитый между лопаток. Возвращение оказалось настолько резким, что я покачнулся, хватаясь за край стола, чтобы не упасть.

— Тём? — голос Киры пробился сквозь звон в ушах. — Тём, что случилось? Ты буквально завис на полуслове и…

Я поднял руку, прерывая поток вопросов. Мне требовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Два месяца. Всего два чёртовых месяца вместо комфортных четырёх с половиной лет. Система словно решила проверить, насколько быстро мы умеем бегать.

Воздух застрял в лёгких. Я глубоко вдохнул, пытаясь справиться с подступающей паникой. Параллельное сознание уже лихорадочно просчитывало варианты, перебирая возможности, прикидывая маршруты и сопоставляя вероятности.

— Артём, ты меня пугаешь, — Кира положила руку мне на плечо, и я почувствовал через эмпатическую связь волну её беспокойства. — Что там произошло?

— Связывался Модуль-17, — я, наконец, смог говорить, хотя голос звучал хрипло, будто я не использовал его несколько дней. — И у меня охренительно плохие новости.

Кира подвинула ко мне стакан с водой. Я сделал несколько жадных глотков, чувствуя, как холодная жидкость прочищает горло.

— У нас нет четырёх с половиной лет, — слова падали тяжело, как камни. — У нас два месяца. Максимум.

Она недоверчиво наклонила голову, уголки губ дрогнули в намёке на улыбку:

— Это шутка, да? Очень смешно, Тём. Ты вчера только рассказывал, что до критической точки…

— Прекрати, — я резко перебил её, ненавидя себя за грубость, но понимая, что медлить нельзя. — Это не шутка. По расчётам Модуля, к станции приближается астероид. Траектория почти параллельная с НИС, но есть постоянное смещение, и оно увеличивается. Столкновение через два месяца.

Улыбка исчезла с её лица, словно стёртая невидимой рукой. Кира внимательно всматривалась в моё лицо, словно пыталась найти следы розыгрыша. Но я знал, что она видит только страх и отчаянную решимость.

— Но это же… это невозможно, — её голос дрогнул. — Как они могли упустить целый астероид? У них же должны быть системы отслеживания, предупреждения…

— Видимо, все силы брошены на предотвращение падения в гравитационную яму звезды, — я потёр виски, чувствуя, как начинает пульсировать боль. — Либо сбой в системе наблюдения. Либо астероид появился откуда-то… неожиданно.

Она хотела что-то сказать, но в этот момент воздух между нами заискрился. Пространство пошло рябью, словно поверхность воды от брошенного камня. Интерфейс Системы мигнул, цифры и шкалы задрожали, некоторые значки на миг сменились вопросительными знаками.

Я встретился взглядом с Кирой. Теперь на её лице не осталось и тени сомнения — только понимание всей серьёзности ситуации.

— Помехи усиливаются, — тихо произнесла она.

Система снова глючит, и в этот раз глюки были заметны нам обоим. Полоса ХП Киры на секунду превратилась в набор случайных символов, мой интерфейс инвентаря показал вместо предметов только квадраты с вопросами. Где-то на периферии сознания промелькнуло системное сообщение, но оно исчезло раньше, чем я успел его прочитать.

— Это ещё не всё, — я активировал параллельное сознание на полную мощность, нужно было обработать слишком много информации сразу. — Модуль говорил про постоянное смещение, и я думаю, что дело не только в астероиде.

— В смысле?

— Смотри, — я начал расчерчивать воображаемую схему в воздухе. — НИС движется к звезде, это процесс постепенный, четыре с половиной года до точки невозврата. Но теперь появляется астероид, траектория почти параллельная, но со смещением в сторону станции.

Кира кивнула, следя за моими руками. Её глаза сузились, когда она начала понимать, к чему я веду.

— Может это быть не просто совпадение? — Продолжил я. — Подумай сама: мы узнаём про критическую ситуацию с ИИ, про четыре с половиной года на спасение, а буквально через пару дней откуда ни возьмись появляется астероид, который должен врезаться в станцию намного раньше?

— Ты думаешь, это… кто-то подстроил? — её голос упал до шёпота, хотя кроме нас в столовой никого не было.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но совпадение слишком удобное. И если Модуль прав, то у нас действительно осталось около двух месяцев.

Я снова активировал параллельное сознание, анализируя информацию. Цифры проносились в моём сознании, складываясь в некое понимание и осознание неизбежности.

— Четыре с половиной года против двух месяцев, — пробормотал я вслух. — Это сокращение времени примерно в 27 раз. Мы должны действовать в 27 раз быстрее, чем планировали изначально.

Кира побледнела:

— Это невозможно, Тём. У нас нет даже чёткого плана на эти четыре года, а ты говоришь про два месяца?

— В том и дело, — я стиснул кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. — Модуль-17 наверняка знал о возможности такого развития событий. Помнишь, как настойчиво он говорил о том, что мы должны найти в той параллельности? Думаю, он подозревал, что время может быть ограничено сильнее, чем предполагалось изначально.

Новая волна системных помех прокатилась по комнате. На этот раз текстуры вокруг на мгновение исказились, стены столовой на долю секунды стали прозрачными, показывая код Системы, незнакомые символы и строки данных. Затем всё вернулось к норме, но ощущение неправильности осталось.

— Нельзя медлить, — Кира поднялась с места, решительность вернулась в её глаза. — Нам нужно вернуться в параллельность Марии. Сейчас же.

Я кивнул, ценя её способность быстро собраться даже после таких новостей:

— Да, но сначала нужно предупредить Астру. И забрать всё необходимое.

— Сколько у нас времени до восстановления телепорта? — спросила Кира, уже собирая вещи со стола.

Я проверил таймер:

— Семнадцать минут. Успеем подготовиться.

Параллельное сознание продолжало работать, выдавая всё новые расчёты и варианты. Два месяца. Примерно шестьдесят дней. Если найти то, о чем говорит Модуль-17, у нас может получиться. Это, конечно, не учитывая время на поиск, на перемещения между параллельностями, на бои и непредвиденные обстоятельства…