Чтение онлайн

– Ладно, – уже спокойнее проговорил тот. – Думаю, мораль нашего разговора ты усек. На похороны, конечно, можешь сходить. Они, кажется, сегодня?

– Да.

– Давай договоримся, что после этого ты завязываешь со всем этим и начинаешь работать над другими делами.

Андрей покачал головой.

– Не могу этого обещать.

– Тогда мне придется посадить тебя в камеру, – пригрозил полковник. – А ключ от камеры я оставлю у себя.

– То есть вы собираетесь меня арестовать?

– Да.

– Если не секрет, на каком основании?

– Основание найдем. По крайней мере, я буду чувствовать себя гораздо спокойнее, если ты окажешься под присмотром. А то, дай тебе волю, таких дров наломаешь. Только не думай, что я зуб на тебя точу. Все делается для твоей же пользы. Ты хороший офицер, и я хочу, чтобы ты продолжал работать. Делом Кругловой занимаются специалисты классом повыше нашего. Они не любят, когда им мешают. А если их будет интересовать твое мнение или понадобится помощь, тебя об этом попросят. Ты все понял?

– Не совсем. Вы же сами говорили, что мое дело ловить преступников. Почему же теперь…

– Потому, что это преступление, – не дал договорить ему полковник, – вне нашей компетенции! Там, наверху, знают, что делают. А яйцо не вправе учить курицу.

Корнилов был шокирован столь откровенным признанием.

– Значит, если кому-то так нужно, преступление останется нераскрытым? – уточнил он.

– Наконец-то ты начинаешь соображать… – обрадовался Бухвостов. – Это дело как айсберг. Вроде мелочь, а подойди поближе, накроет с потрохами. Не зря ведь дело забрало ФСБ и на него наложен гриф секретности.

Андрей грустно усмехнулся:

– Тогда у меня вопросов больше нет. А что он мог еще сказать? С пеной у рта доказывать свою правоту? Да и кому доказывать! Всех устраивает существующее положение вещей. Еще раз убедившись в этом, Андрей пришел к нелегкому решению: кроме него, некому остановить разгуливающих на свободе убийц.

После душевной беседы с Бухалой, Андрей прямым ходом направился в кабинет к Гурвичу. Он был уверен, что дотошному Мише удалось разузнать, какие подводные течения раздирали фармацевтический бизнес и принимала ли в этом участие компания с загадочным названием «Сандора». Сведения оказались неутешительными.

Андрей, по-моему, ты тянешь пустышку, – поздоровавшись, заявил Гурвич и тут же пояснил:

– «Сандора» никогда не занималась чем-либо противозаконным… По крайней мере, сбыт …..белье, правда, французское, бешеные бабки стоит! – Он еще раз взглянул на фото, а затем продолжил уже увереннее:

– А что, такой может!

В последний раз он был на кладбище четыре года назад, перед выездом в Курдистан. Но все вокруг: и металлический забор с выломанными прутьями, и накренившаяся арка ворот, и нестройные ряды надмогильных плит – настолько врезалось в память, что в первый момент даже показалось, что видел это вчера.

Так уж распорядилась судьба: Веронику Круглову должны были похоронить на том же кладбище, где уже четыре года покоились близкие ему люди, жена и дочь.

Их могилы он нашел сразу, ноги сами привели к ограде.

«Светлана Сергеевна Полежаева, 3 июня 1973 – 15 августа 1995». – Он перевел взгляд на вторую плиту, совсем маленькую. «Даша Корнилова, 24 марта 1991 – 15 августа 1995».

Строгий взгляд Светланы и игривое личико дочки на портретах – это все, что осталось от прежней жизни. Андрей почувствовал, как у него защемило сердце. А в душе вновь поселилось чувство вины.

«Почему я не сел тогда в машину? Почему вы, а не я?..» Этот вопрос мучил его всякий раз, когда он стоял у ограды.

Почему все случилось именно так, он не мог понять ни тогда, ни сейчас. В тот злополучный день Андрей должен был заскочить на дачу, где его ждал тесть, Сергей Федорович Полежаев. Намечался серьезный разговор. Андрей задержался у друга, и тот пообещал подбросить его до дачи на своей машине. Когда Андрей был уже в пути, Полежаев вдруг решил вернуться в город. Он сообщил об этом Светлане.

Та, не долго думая, собрала дочку и отправилась вслед за Андреем на его машине.

Она надеялась, что эти несколько дней они проведут за городом. На двадцатом километре поперек дороги застрял лесовоз, а у нее почему-то отказали тормоза…

По крайней мере, такова была официальная версия. Трагическое стечение обстоятельств. Тогда, да и теперь Андрей думал: не задержись он у друга, жена и дочка остались бы живы…

«Какая-то дьявольская шутка во всем этом! – пронеслось в голове. – Трагедия в девяносто пятом и случившееся три дня назад словно по одному сценарию поставлено. С той лишь разницей, что тогда это была случайность, а теперь…»

Внезапно Андрея осенило: «А что, если люди, убившие Веронику, специально подвели события под такой финал?» – от этой догадки ему сделалось не по себе.

Мысленно извинившись перед женой и дочерью, он бросил прощальный взгляд на каменные плиты. Затем резко, по-армейски, развернулся и поспешил туда, где вот-вот начнутся похороны Вероники. Увидев в правом секторе кладбища небольшую группу людей, понял, что в какой-то момент потерял счет времени. Церемония прощания уже началась. Он подошел поближе. Закрытый гроб стоял на двух табуретах рядом со свежевырытой могилой. Двое красноносых рабочих с длинными веревками в руках молча рассматривали публику. Андрея удивило присутствие попа. Держа в одной руке потрепанную книжицу, а в другой кадило, он невнятно бубнил себе под нос. Остальные приглашенные, а их было немного, человек двенадцать, расположились полукругом. Каждый из них в меру своего таланта изображал скорбь.

Некоторые перешептывались. И лишь один человек плакал. Это была миниатюрная белокурая девушка в короткой коричневой дубленке. На вид ей было не больше семнадцати.

Еще раз окинув присутствующих взглядом, Андрей вновь повернулся к белокурой.

«Девчонка либо близкая подруга Вероники, либо работала вместе с ней», – предположил он и на всякий случай переместился поближе к девушке. Прежде чем заговорить, решил немного понаблюдать за остальными. Не исключено, что среди них мог находиться если не сам убийца, то, по крайней мере, человек, имевший отношение к убийству.