Марш королей

Король МакГил споткнулся в своих покоях, выпив слишком много. Комната вращалась перед глазами, его голова раскалывалась после ночных празднований. Женщина, имени которой он не знал, прижалась к его боку, одна ее рука обвилась вокруг его талии. Ее рубашка наполовину сползла, а смех женщины указывал ему направление кровати. Двое слуг незаметно исчезли, закрыв за собой дверь.

Он не знал, где находилась его королева, но сегодняшней ночью это его не волновало. Теперь они редко делили ложе – она часто удалялась в свои покои, особенно в ночи празднеств, когда пир продолжался слишком долго. Королева знала о похождениях своего мужа, но, казалась, ее это не беспокоит. В конце концов, он был королем, а короли МакГилы всегда правили с привилегиями.

Но когда МакГил направлялся к кровати, комната перед его глазами вращалась слишком быстро, поэтому он вдруг захотел избавиться от ожидающей его женщины. Он утратил настроение к развлечениям.

«Оставь меня!» - приказал он, отталкивая ее.

Женщина – пораженная и оскорбленная – поднялась. Когда открылась дверь и вернулись слуги, они подхватили ее под руки и вывели из комнаты. Она сопротивлялась, но когда дверь за ней закрылась, ее крики были приглушены.

МакГил сел на край кровати и прикрыл голову руками, пытаясь остановить головную боль. Для него было несвойственно испытывать головную боль так рано - до того, как выпивка успела выветриться – но этим вечером все было по-другому. Все изменилось так быстро. Праздник был в самом разгаре, и ничто не нарушало веселье. Он позаботился о прекрасном выборе мяса и крепком вине. И тут появился тот мальчик, Тор, который испортил все.

Сначала он вторгся со своим глупым сном, потом он имел наглость выбить кубок из рук короля. После появилась та собака и, выпив вино, замертво упала на глаза у всех. В тот самый момент МакГил был потрясен. Осознание произошедшего било его словно молоток – кто-то пытался его отравить. Убить его. Он с трудом верил этому. Кто-то пробрался мимо его охраны, мимо его дегустаторов вина и еды. Король находился в шаге от смерти, и его до сих пор трясло при мысли об этом.

Он вспомнил, что Тора увели в подземелье, и спросил себя – правильный ли это был приказ. С одной стороны, разумеется, парень просто не мог знать о том, что вино в его кубке было отравлено, если он сам его не отправил или каким-то образом не был замешан в преступлении. С другой стороны, он знал, что Тор обладал глубокими таинственными силами – слишком таинственными – и, возможно, он говорил правду. Может быть, он на самом деле видел это в своем сне. Возможно, Тор действительно спас его жизнь и, может быть, МакГил отправил в подземелье поистине верного человека.

Голова МакГила раскалывалась от мыслей, пока он сидел, потирая свой сморщенный лоб, пытаясь осознать все случившееся. Но этой ночью король выпил слишком много, его разум был чересчур затуманен, мысли его кружились, поэтому он не мог добраться до самой сути. В комнате было слишком жарко – знойная летняя ночь давала о себе знать. Его тело перегрелось после часов поглощения еды и питья. Он чувствовал, что потеет.

МакГил протянул руку и скинул сначала свою мантию, затем верхнюю рубашку. Он снял все, кроме нижней рубашки.

Король вытер пот сначала со лба, потом со своей бороды. Он наклонился и стянул свои огромные тяжелые сапоги – по одному за раз – и сжал свои пальцы, когда они почувствовали воздух. МакГил сидел, тяжело дыша, пытаясь вернуть себе равновесие. Его живот сегодня отяжелел, а это было обременительно. МакГил поднял ноги вверх и лег на спину, положив подушку на голову. Он вздохнул и посмотрел вверх, на потолок, желая, чтобы комната прекратила вращаться.

«Кто хотел убить меня?»– снова и снова задавал он себе вопрос. Он любил Тора как сына – часть его чувствовала, что он не мог быть убийцей. МакГил спрашивал себя, кто хотел его смерти, какие мотивы могли быть у этого человека – и, что самое важное, попытается ли он снова. Был ли король в безопасности? Неужели заявления Аргона верны?

МакГил почувствовал, что его веки отяжелели, когда он ощутил, что ответ находится за пределами его понимания. Если бы он мог мыслить немного яснее, возможно, он бы все понял. Но ему придется подождать утра, чтобы вызвать своих советников и начать расследование. Вопрос был не в том, кто хотел его смерти, а в том, кто не хотел ее. Его двор был полон людей, жаждущих его трона: амбициозные генералы, маневрирующие члены совета, жаждущие власти дворяне, шпионы, старые соперники, убийцы из клана МакКлаудов и, может быть, даже из Уайльдса. Возможно, убийца находился к нему еще ближе.

Глаза МакГила дрогнули, когда он начал засыпать, но что-то привлекло его внимание. Он заметил какое-то движение и, присмотревшись, король увидел, что его слуг в комнате не было. Он моргнул, сбитый с толку. Слуги никогда не оставляли МакГила одного. На самом деле, он даже не мог вспомнить, когда в последний раз он оставался один в своих покоях. Король не помнил, чтобы приказывал им выйти. И, что самое странное – его дверь была распахнута.

В эту самую минуту МакГил услышал шум из дальнего конца комнаты и обернулся, всматриваясь. Там, пробираясь вдоль стены, из тени на свет факела вышел высокий худой человек, одетый в черный плащ, натянув капюшон на лицо. МакГил моргнул несколько раз, задаваясь вопросом, а не мерещится ли ему это все. Сначала он был уверен, что это всего лишь тени – мерцание факела сыграло с ним шутку.

Но через минуту фигура сделала несколько шагов вперед, быстро приближаясь к его кровати. МакГил попытался сконцентрироваться в тусклом свете, увидеть, кто это. Он инстинктивно начал подниматься и, будучи опытным воином, потянулся к своему поясу за мечом или, по крайней мере, за кинжалом. Но король был раздет, поэтому на нем не было никакого оружия. Безоружный МакГил сел на своей кровати.

Теперь фигура двигалась быстро – словно змея ночью – быстро приближаясь. Сев, МакГил увидел лицо этого человека. Комната все еще вращалась перед его глазами. Опьянение мешало ему четко видеть, но на какое-то мгновение король мог бы поклясться, что перед ним было лицо его сына.

Гарет?

Сердце МакГила наполнилось внезапной паникой, когда он спрашивал себя, что его сын мог здесь делать так поздно ночью, появившись без предупреждения.

«Мой сын?» - выкрикнул он.

МакГил увидел смертоносное намерение. Это все, что ему необходимо было увидеть – король начал выбираться из своей кровати.

Но фигура двигалась слишком быстро. Человек приступил к действию и, прежде чем МакГил поднял руку для защиты, в свете факела блеснул металл и быстро, слишком быстро, лезвие ножа, разрезав воздух, вонзилось в сердце короля.