Шрифт:
Часть первая
Глава первая
Был, несомненно, июнь.
Я сидел на лавочке, цедил прямо из бутылки воду с газом и смотрел, как Дарина играет в волейбол.
Говорят, газировка для желудка вредная. Но мне плевать. Если вам не доводилось пить из разорванной артерии Прежней радиоактивный энергетический газ – то не надо со мной спорить о здоровом питании.
Спортивная площадка была при школе, где я когда-то учился. Днём туда посторонних не пускали, конечно, а вот вечером можно было прийти и поиграть. Тусили тут и несколько одиннадцатиклассников, старательно изображающих из себя взрослых, и наши ребята, бывшие сёрчеры. Кто-то чуть старше школоты, а кому-то и хорошо за тридцатник.
Будь Дарина единственной Изменённой на площадке, игра вышла бы нечестной. Но против неё играла стража из Гнезда на Олимпийском, так что команде Дарины приходилось туго. Стража куда быстрее и сильнее, чем жницы.
Но жницы, во всяком случае на Земле, поумнее. Стража – бойцы, их готовят по ускоренному курсу.
Так что команда Дарины всё-таки держалась и даже вела в счёте.
Смеркалось, на небе (сезон дождей неделю как закончился) всё ярче и ярче блистало Лунное кольцо. Я поднял голову, выискивая среди звёзд Росс 128.
И не увидел.
Я знал, где она, тусклая звезда, у самой короны которой кружит планета Саельм. Я там был.
И звезда, конечно, осталась на небе.
Но мой небывалый второй Призыв прошёл. Когда два месяца назад Высший в теле Миланы вернул меня из формы Защитника в человеческий облик, он что-то очень серьёзно поменял. «Откатил» меня к моменту первого Призыва и даже дальше. Я чувствовал, что остаюсь сильнее и быстрее обычного человека, наверное, почти на уровне жницы. Но никаких способностей изменять тело, поглощать электричество, швырять лезвия энергетических полей не осталось.
Не то, чтобы я сильно переживал…
Хотя вру. Конечно же, немного обидно.
– Сетка! – завопил кто-то из команды противника, когда Дарина сильным ударом вколотила решающий мяч.
Но сетки не было, стража покачала головой, подошла к Дарине и пожала ей руку. Потом что-то шепнула, стянула футболку и подала ей. Дарина перетянула себя футболкой, повязав на манер пояса и, хмурясь, пошла ко мне. Волосы у неё за последние месяцы отросли до плеч, она совсем походила на обычную девушку, только глаза остались фиолетовыми, волшебными.
– Умница, – сказал я. – Что за новый обычай?
– Футболка? – рассеянно спросила Дарина. – Трофей… Пошли домой?
Я поглядел на стражу. В шортах и без футболки та, как ни странно, выглядела лучше. Пропала внешняя схожесть с людьми, которую давала одежда. Мускулистое тело со светлой шершавой кожей, крупный подбородок, очень короткие волосы, длинные руки – всё было гармонично.
Большинство Изменённых больше не носили комбинезоны. Жили они по-прежнему в Гнёздах и вроде как продолжали заниматься своими делами, но стали выходить, гулять по городу, общаться. Вот, даже спортом занимаются…
– Посидим? – предложил я.
– Макс…
– Понял, понял, – я вздохнул, вставая. – Пошли. У меня есть несколько идей на этот вечер.
Дарина рассеянно улыбнулась, уточнять не стала.
Мы дошагали до дома, это совсем рядом, поднялись ко мне. Консьерж Андреич настороженно кивнул нам. Дарину он побаивался, хоть никогда бы и не признался в этом. Он вообще недолюбливал Изменённых, а ко мне относился с сочувствием – угораздило же парня влюбиться в нелюдь…
Откуда я это знаю?
Смысл, поглощённый когда-то на планете Трисгард, остался во мне, Высший его не забрал. Я умею чувствовать чужое настроение.
Дома Дарина тут же направилась в ванную и щёлкнула замком на двери.
– Эй, я тоже вспотел и тоже хочу в душ! – сказал я.
– Я быстро.
– Может вместе помоемся?
– Потерпишь…
Зашумела вода, я вздохнул, прошёл в гостиную, включил телевизор. В новостях рассказывали об исследованиях по созданию низкоскоростного интернета. Как на мой взгляд, это было уныло, но, может, и сойдёт для школоты, не знавшей нормальных сетей. Эх, какой у меня в детстве был интернет! Всё летало…
Высший прогнал с Земли и Инсека, и Прежних. Продавцы ушли сами. Кристаллы по-прежнему возникали где попало, значит, орбитальные излучатели работали, выколачивая из людей смыслы. Вот только покупать их было некому.
Почему он так сделал?
Загадка.
Я спрашивал об этом Милану, когда та стала собой, но она не смогла ответить. Высший – это существо, живущее на всём протяжении времени, с того момента, когда первый его разумный компонент появился на свет, и… и до конца Вселенной? Не знаю. Вроде как даже Высшие не бессмертны. Так вот, Милана – это начало Высшего. Он может перенести в неё своё сознание, проявиться в ней или в ком-то другом. Но по большей части Высший своими младенческими временами не интересуется. Так, появился пару раз, чтобы обеспечить своё собственное рождение – и исчез. Может быть, он сейчас гасит и зажигает звёзды, рисует туманности, жонглирует чёрными дырами и закручивает галактики. У него свои интересы.
Милана считает, что я и Дарина тоже станем частью Высшего. Но я подозреваю, что не всё так предопределено.
– Дарин, ужин сделать? – крикнул я, когда шум воды стих.
– Я сделаю, – она вышла в одном халатике, улыбнулась. – Пиццу. Я ведь жница, готовить моя обязанность. Готовить, лечить, убирать…
– Идеальная боевая подруга! – восхитился я. Попытался посадить Дарину себе на колени, та ловко увернулась.
– Максим, я на кухню.
– Идеальная! – повторил я громко.
И нахмурился.
В общем-то Дарина совсем не против, когда на кухне командую я. Что это с ней?
– Лучше к экзамену готовься! – донеслось до меня. Потом пискнул телефон – она кому-то звонила.
Ну да… экзамен.
Я всё-таки собрался поступить в университет. Стать дипломатом. В идеале – межзвёздным.
Если, конечно, Изменённые однажды разрешат людям пользоваться порталами. Если Инсеки и Прежние захотят иметь с нами дипломатические отношения.
Однажды Лихачёв сказал мне, что я поступлю, даже если на экзаменах буду сидеть и загадочно улыбаться. Я единственный из людей, кто побывал на других планетах, общался с несколькими инопланетными цивилизациями, контактировал с Высшим… и даже некоторое время был им. Про такие вещи публично не говорят, но кому надо – те знают. Я две недели с утра до вечера писал отчёты, рассказывал о своих приключениях. Меня даже пытались загипнотизировать для лучших воспоминаний, но кончилось это неожиданно, доктора сами впали в транс. Хотя я ничего не делал, честное слово!