Летаргия
Шрифт:
– Что? Это…
Мой телефон вдруг зазвонил. Я вскочила с места и вбежала в зал. На экране высветился номер Марии.
– Доброе утро! – поприветствовала я.
– Доброе утро, Майя! Сегодня все в силе?
В следующее мгновение я услышала, как хлопнула входная дверь.
– Глеб, – крикнула я, выбегая в коридор.
Парень испарился, прихватив с собой трансивер.
– Ай, черт!
– У тебя гости? – тут же отреагировала Мария.
– Нет, соседский парниша заходил. Он у меня на балконе одну штуковину прятал, так я допытывалась от кого и зачем…
– А-а-а, – протянула Мария, судя по всему улавливая довольно мало смысла в моих словах.
– Впрочем, неважно, – отрезала я, – когда ты приезжаешь?
– Через полчаса думаю выходить. Мне до тебя не меньше часа езды.
– Хорошо, тогда жду!
– Ну что за человек, – с этими словами я опустила телефон и вскоре снова вышла на площадку. На этот раз звонки, стуки и уговоры не помогли. Глеб не отвечал на них и всячески меня игнорировал.
– Я еще вернусь, слышишь? – пообещала я и вернулась в дом.
Набрав в окне браузера новое для себя слово «трансивер», я увидела уже знакомый мне аппарат, который оказался приемником и одновременно транслятором радиоволн.
– Радиоволн? – я снова заговорила с Маркизом. – Как этот аппарат может кого-то поднять с постели среди ночи и заставить приехать в незнакомый дом? Этот ребенок что-то транслировал запрещенное? А, может, принял шпионский сигнал?
«Но если он принял, как об этом могли узнать? Значит, транслировал… Но что? Ладно, надо будет поинтересоваться у его родителей. Еще агента ноль ноль семь по соседству не хватало!»
Примерно через час раздался звонок домофона. А спустя пару минут я снова увидела широкую улыбку Марии и приветливо заулыбалась в ответ.
Мы расположились на кухне. Пока я занималась готовкой китайской лапши, Мария предложила открыть вино и выпить за знакомство.
– М-м-м, французское, – потянула я, изучая бутылку бургундской формы.
– Надеюсь, тебе понравится, – Мария приняла из моих рук штопор и ловко ввинтила его в пробку.
Раздался глухой «пух», и по моим рукам пробежала мелкая дрожь. Совсем недавно я слышала такой же в квартире Ларри.
– Майя? – поднесла бокал Мария. – За знакомство!
– За знакомство!
Я была рада, что вкус оказался иным, иначе волна воспоминаний снова грозила накрыть меня, надолго погрузив в свои воды.
– Майя, могу я просить тебя начать свой рассказ первой? – заговорила Мария, устроившись на стуле у окна.
– Кхм, – уйти от воспоминаний не представлялось возможным, – хорошо, я попробую рассказать во всех подробностях.
Когда я закончила рассказ, лапша не только приготовилась, но и успела остыть. Мария, кажется, не моргала. Она удивленно смотрела на меня, внимая каждому слову. Мне было довольно тяжело вспоминать все это. Но неожиданно, закончив, я почувствовала облегчение. Тяжесть ушла, и, даже понимая, что это на время, мне было приятно освободиться от груза, поделившись пережитым.
– Удивительно, – наконец произнесла она. – Ты когда-нибудь хотела стать врачом?
– Хотела, правда так сложилось, что я сдалась, провалив вступительные экзамены. Но я рада, что Эмма не сдалась!
– Так получается, мы разные с нашими… Как бы это правильнее сказать…
– С нашими копиями в параллельных мирах?
– Угу…
– Да, мы разные. Не знаю насколько, но в психологии ни для кого не секрет, что однояйцевые близнецы – люди, по своей сути являющиеся клонами, – воспитанные различными семьями в отличных друг от друга социальных группах могут вырасти совершенно разными людьми.
– М-м-м, – задумчиво протянула Мария, сделав небольшой глоток вина.
– Так, куда же путешествовала в своих снах ты? – я тоже пригубила вино, демонстрируя готовность услышать ее невероятную историю.
Гостья смущенно опустила голову.
– Наверное, достигнута нужная кондиция, – заулыбалась она.
Вдруг в дверь позвонили. Я выпрямилась от неожиданности, а звонок вскоре повторился. Объяснившись с Марией жестами, я вышла в коридор и открыла входную дверь. На площадке стояла Лариса – мама Глеба.
– Майя, – тревожно заговорила она, – ты не видела Глеба?
– Видела, – уверенно ответила я.
– Когда? – с надеждой в голосе протянула она.
– Да где-то пару часов назад, – прикинула я. – Он зашел ко мне за какой-то штуковиной, с которой потом и сбежал. Кстати, вы не подскажете, это случайно не из-за трансивера к вам посреди ночи приходили люди?
Лариса оторопела.
– Майя, о чем ты?
Я замолчала, еще раз сопоставляя факты в единую логическую цепочку.
– Ну, люди, что приезжали к вам ночью…
Она недоверчиво прищурила глаза.
– К нам никто не приезжал ночью, Майя. Да, впрочем, и днем тоже… – она задержала на мне свой удивленный взгляд. Мне же было нечего на это ответить. – Сегодня Глеб должен был со всей группой пройти обязательный медосмотр, но из колледжа позвонили, что он не пришел. Я просто пытаюсь выяснить, во сколько он вышел из дома и куда направился, Глеб не берет трубку. Он вечно ходит в своих огромных наушниках и совсем не смотрит по сторонам, когда переходит дорогу, – Лариса развела руками и покрутилась, показывая все возможные радиусы, откуда ее сыну может угрожать опасность.
– Эм, я думаю, если бы с ним что-то случилось, вам бы позвонили сами. Обычно милиция и скорая пытаются очень оперативно связаться с родственниками. Не волнуйтесь. Эти подростки вечно спасают мир, вместо того чтобы лишний раз позвонить матери.
Конец ознакомительного фрагмента.