Шрифт:
История о молодых симпатичных неунывающих ребятах-аферистах, летающих среди облаков в мире небесных городов и империй на маленьком корабле-платформе.
Поверхность земли принадлежит огромным, обладающим чуждым человеку интеллектом, кибернетическим «Автоматронам» и прочим железным смертоносным созданиям, порождению сумрачного научного потенциала утерянной цивилизации. Атомно-паровые машины, дети прошлых ужасных разрушительных войн, заполонили землю. Умное железо, пытаясь выжить, бродит по диким просторам опустевшей земли, не оставляя никому надежд на будущее. В небесах нет полной безопасности, там правят хищные летающие машины, собранные на подземных заводах без участия человеческих рук. Небо с ними делят имперские летающие города, линейные корабли и крейсера, разнообразные непримиримые гильдии и свободные фракции, жестокие банды пиратов и рабовладельцы, контрабандисты и торговцы артефактами. Беспринципные наемники будут рады уничтожить наших героев или заполучить их, как наживу. Чтобы выжить в этом непростом, безумном и жестоком мире, нужно иметь твердый характер, недюжую силу и сноровку, здоровое чувство юмора, оптимизм и, конечно, же удачу.
Высоко в стратосфере парят огромные загадочные черные объекты, прибывшие неизвестно откуда, безразлично наблюдающие за тем, что происходит внизу. Только вот вопрос: так уж и безразлично?
– Не к добру, точно не к добру. Зачем нужно было это затевать? Теперь что? Объясните мне, что теперь?
– Таня, ты к чему? Знаешь же, что так нужно. Сколько у нас топливных сборок осталось, а?
– Сколько? – переспросила девушка, затем честно ответила, – не знаю, видела одну точно.
– Том, сколько у нас сборок? – продолжал Макс. – Да прекращай ты дымить! – резко высказал.
Прежде, чем ответить Том посмотрел на свою сигарету в руке, не спешил отвечать. Затянулся, затем произнес:
– Полторы, точней – одна в запасной обойме. Вторая в работе, а энергии в ней максимум осталось дня на три.
Том снова затянулся, выпустил облако дыма и продолжил:
– Та, что в запасе, так себе. Мягко говоря, не идеальная. На неделю где-то. Сам знаешь, грязная сборка. «Тайкеши» ещё те мастеровые, у них сплошная перепаковка. Не знаю, как пройдёт адаптация, это ещё минус один день.
– Спасибо, Том! Вот тебе и ответ, Таня. Простое и понятное объяснение, почему мы здесь.
– Знаешь, Макс, если бы Боско не проигрался в карты, – произнесла резко Таня, крайне неудовлетворенная ответом, – то и сюда тащиться не нужно было бы. Не нужно было бы рисковать нашими задницами.
Симпатичная в своем гневе, стройная изящная девушка, с отличной точёной фигуркой, с выдающимся бюстом, в обтягивающей короткой кожаной куртке, в тугих кожаных брюках и высоких чёрных шнурованных ботинках на рифлёной платформе, Таня оперлась задом о фальшборт, всем своим видом показывая независимость своей позиции. В её сине-голубых глазах плясали огоньки гнева.
– Тань, ты же знаешь, он играл не от хорошей жизни, а делал это ради нас, – произнёс Макс, высокий худощавый светловолосый парень, одетый в ветровую куртку поверх серого свитера в чёрные брюки и ботинки.
– Можно было и не играть, болтались бы рядом с «Кристальным», собирали разный мусор. По крайней мере, без риска, – парировала Таня.
– Не, не прокатило бы. Мы это уже оговаривали, разве нет? – вмешался в разговор, категоричный Том, полный невысокого роста парень, с тёмной коротко стриженной головой, в синем засаленном машинным маслом комбинезоне, с круглыми очками на макушке.
– Во-первых, – начал он, бросив окурок за борт, – у нас не хватит мощности ловить что-то стоящее. Для этого нужно забраться высоко, сами знаете как, затем свободное падение… А во-вторых, где взять мощность, чтобы гасить вертикальную скорость? Выйти из штопора, да ещё с существенным добавочным весом? На это нужен модуль стабилизации и позиционирования. Нет, это точно не для нас. Да и как мусорщики посмотрят на конкуренцию? На минуточку, у нас что есть деньги на уловитель?
Том замолчал, его железные аргументы отрезвили Татьяну и охладили ее пыл. Она опустила глаза, потупившись.
– Я волнуюсь, где Боско? Сколько уже прошло? – спросила озабоченно, признавая, что зря вспылила.
По её лицу пробежала тень волнения.
– Пока нормально, терпит.
Том достал из нагрудного кармана массивные часы, нажал на кнопку. Открылась узорчатая крышка, обнажая циферблат с резными черными стрелками. тонко пискнул спускной клапан, выпустил струйку пара.
– Ждем еще минут десять, затем снижаемся, – произнес Том, захлопнул часы, положил обратно в карман.
– Там «Автоматрон», – Макс указал рукой вниз.
Внизу ни черта не было видно, все скрывал туман кучевого облака. Капельки росы уже начинали конденсироваться на канатах леерного ограждения и металлических частях платформы, от влаги потемнели доски, покрывающие палубу.
– Застрял в ущелье, часть породы сошла оползнем, придавила его. Скорее всего обрушила антенны коммуникации, уже давно бы вызвал своих. Думаю, что он еще живой, его системы ПВО активны. Я примерно два часа назад засек сигнал его радара, Боско знает, – объяснил Макс и замолчал.
– Да, дела… Уйдем ниже, можем нарваться на зенитную ракету, – предположила Таня.
– Не, ракету не сдюжим, опрокинемся. У меня всего лишь четыре винта, – невесело предупредил Том.
– Да знаем мы про этот «Автоматрон», про него уже байки неделю ходят. Как только Боско повелся на это, ума не приложу, – вновь разразилась Таня.
– Ну ты сама согласилась. Забыла?
– Нет, не забыла. Не думала, что так все будет, Макс.
– А как? – договорить не успел, из рубки тревожно, завопил сигнал присутствия чужого объекта.