Кречет

Стрела на треть ушла в земляную насыпь совсем рядом с моим ухом. Черт! Я осторожно выглянул из укрытия и махнул рукой:

— Свои, не стреляй!

Стрелки, прятавшиеся за развалинами панельной многоэтажки, замешкались.

— Подними руки и выходи! — донесся из руин визгливый голос.

— Спокойно, я один! — я выбрался из-за насыпи и направился в сторону лучников, попутно осматривая улицы вымершего города. Если опять пальнут — укроюсь тогда за брошенными тачками. Хорошо хоть огнестрела у них нет, от стрел еще можно увернуться…

Меня окружили трое. Лук оказался только у одного из них, и стрела смотрела мне в сердце.

— В голову целься, у меня кожанка с пластинами! — я попытался снять напряжение, постучав по груди костяшками пальцев.

Глухой стук под мотоциклетной курткой из толстой черной кожи насторожил незнакомцев. Черт! Зря это сказал. Теперь думают, что я боевик или того хуже — апостол. Хотя если разобраться — я боевик, но не мародер. Мирных не трогаю, а остальным бог судья, просто, этот небесный суд над ними ускоряю…

— Снимай куртку и рюкзак! — прошипел азиат-лучник.

Какой мерзкий тип! И смотрит на меня, как на ожившего. Того и гляди стрелу в лоб пустит… Может, зря я с ними на контакт пошел? Бродил бы сейчас один, как раньше… Но против апостолов в одиночку трудно выстоять.

Я с притворной покорностью швырнул рюкзак на землю, скинул кожанку и демонстративно прокрутился с поднятыми руками, разглядывая своих пленителей. Не из любопытства, конечно — приценился к ним. Но даже беглого взгляда хватило, чтобы понять, что передо мной тертые парнишки. Таких нахрапом не возьмешь.

Более других бросался в глаза огромный чернобородый толстяк, ростом под два метра с кувалдой на длинной рукояти. Несмотря на лишний вес он не выглядел рыхлым, а напоминал могучий дуб с руками-бревнами. Этакий викинг-переросток. Рядом с ним стоял крепкий старик. Седая щетина и дорожная пыль на загорелом лице не давали достоверно определить его возраст. Но он был явно не развалина, и нож держал так, что в любой момент мог по горлу чиркнуть. И смотрит, будто прикидывает, как лучше клинок воткнуть. Голубые глаза уже выцвели от возраста, а стойка бойца осталась. Вместо ремня на брюках у него потертая портупея, дедок явно из бывших военных.

— Кто такой, сколько вас? — взвизгнул лучник.

Тщедушное сложение и небольшой рост, делали его похожим на хорька. Колкий взгляд глаз-бусинок вцепился в меня, словно, хорек искал повод пустить стрелу. Если бы не его чистый русский, подумал бы, что передо мной китаец, ну или казах… Хотя нет, на казаха он не похоже. Те добрее и крупнее…

— Один я, прозвище Кречет, — миролюбиво ответил я. — К вашему отряду хочу присоединиться, сейчас одному тяжело выжить!

— К какому отряду? — в интонации лучника засквозило подозрение. — Нас только трое?

— К отряду или общине, или как вы там ее называете? Для которой вы консервы и припасы в этом городе второй день собираете, для троих многовато будет. — Я кивнул на заскорузлый микроавтобус неопределенной модели, ютившийся неподалеку среди подобных брошенных машин.

Хорек зыркнул на микроавтобус с припасами и поежился. Испугался падла. Понял, что я за ними следил и срисовал их минивэн.

— Почему сразу не вышел, зачем следил? — вмешался в разговор вояка-старик.

— Убедиться, что не отморозки, промышляющие грабежом, — ответил я.

— Убедился?

— А иначе бы и не вышел к вам. В этой аптеке, — я кивнул на соседнее здание, — Вы взяли детское питание, в супермаркете собачий корм, оживших убиваете без бахвальства и бравады, ведете себя скрытно и осторожно, значит, опасаетесь людей. Вы не похожи на банду, вы скорее группа добычи припасов мирной общины.

Мерзкое шипение прервало разговор — из-за угла заброшенной кафешки вынырнула толпа оживших. Черт! Как же не вовремя!

— Хан, стреляй в мертвецов! — скомандовал старик-военный.

Ожившие нас почуяли и ускорили шаг. Шаткая походка не давала им перейти на бег. Лохмотья одежды трепетали на ветру и придавали сходство с людьми. Но сиплое шипение и клацанье прогнивших челюстей говорили о том, что это давно уже не люди.

С другой стороны улицы появилась еще одна группа тварей. Они слились с первой и взяли нас в кольцо. Мертвецы спотыкаясь, торопились порвать нас на кусочки, тянули вперед гнилые длани и яростно шипели. Я осмотрелся, бежать не куда, надо прорываться…

Азиат выстрелил из лука почти не целясь. Первого зомби скосила стрела, глубоко засев в глазнице. Тот рухнул кулем под ноги стаи. Споткнувшись об него, две твари завалились на асфальт. Приподнявшись на руках, они попытались встать, но не успели. “Бородач-викинг” взмахом кувалды снес сразу обе головы! Силен… Старик, орудуя ножом, успел положить еще троих. Один удар в висок — один убитый, теперь уже навсегда! Его умение махать клинком лишь подтвердили мои предположения: опытный вояка и явно не в штабе задницу просиживал.

Спешно расстегнув рюкзак, я выхватил припрятанный там мачете и рубанул приблизившегося зомби. Тварь упала на колени, а клинок намертво застрял в его черепе. Гребаный компот! Слишком сильно ударил! С трудом выдернув мачете, я хряснул второго, целясь уже в шею. С треском разошлись шейные позвонки, разбрызгивая гнилую кровь! Я брезгливо отскочил назад, а оживший рухнул на асфальт и подергивался — его парализовало. Он шипел и вращал выпученными глазами в бессилии добраться до добычи. Пусть смотрит, как мы его дружков кромсаем!